Downloaded from YTS.MX
Official YIFY movies site: YTS.MX
Кингс Роу - отличный город для вас и ваших детей. 1890 год.
- Пока, Дрейк. - Пэррис!
- Привет, Кэсси. - Привет, Пэррис.
Я достану еще один.
Тёплая.
Кажется, достаточно теплая, чтобы искупаться.
Расстегни на спине. Мне не дотянуться.
- Вот. - Спасибо.
А внизу не очень теплая.
Девчонки слишком медленно заплывают.
Будет здорово без школы, да?
Тогда мы сможем купаться каждый день!
Мне нужно высушить волосы, чтобы папа не догадался.
Иначе он рассердится.
Ты очень красивая, Кэсси.
- Я? Честно? - Ставлю что угодно.
По-моему, ты самая красивая девочка во всей школе.
- Ну, до свидания. - До свидания.
Но я опоздал со своими упражнениями.
Вот, что пришло тебе сегодня.
Похоже, что от юной леди.
Спасибо.
- Ты голоден? - Конечно.
Луиза Гордон устраивает у себя вечеринку в субботу.
И это в день рождения Кассандры Тауэр.
Уверен, она сделала это нарочно.
Если хочешь знать мое мнение, то лучше пойти к Гордонам.
Анна, Пэррис в состоянии решить сам,
что лучше, а что нет.
И все же, есть в этих Тауэрах что-то странное.
Врач, который говорит, что он врач, но не принимает пациентов...
Да еще его жена, которая никогда не выходит из комнаты наверху.
От этого бросает в дрожь.
Они не подходящая компания для мальчика, который...
Меня не волнует, что говорят о Тауэрах.
Я собираюсь пойти к Кэсси.
Хочешь, поиграем во что-нибудь?
Нет, не хочу.
Я хочу, чтобы все ушли.
Я уйду, если ты так хочешь.
Тогда и другие последуют моему примеру.
Я стольких пригласила...
Ну...
Я пойду, скажу "до свидания".
Миссис Тауэр!
- Мальчик, ты куда? - Попрощаться с миссис Тауэр, сэр.
В этом нет необходимости.
Но бабушка говорила, что нужно быть вежливым, доктор Тауэр.
Я передам миссис Тауэр твой поклон.
Почему она не спустится, сэр?
- Мама Кэсси, ко всем? - Кассандра, гость уходит.
- До свидания, Кэсси. - До свидания.
Ну вот, как неловко...
- Мороженое осталось и торт тоже. - Я думаю, мы переживем.
- Я прекрасно провел время, сэр. - До свидания. Спасибо, что пришел.
Спасибо, что пригласили.
- Ты Пэррис Митчелл, не так ли? - Да, сэр.
Передавай привет своей бабушке.
Давай, Пэррис! Заходи!
Оставь его. Он нам не нужен.
Эй, Пэррис! Постой!
Ну их, этих баб.
- Как было у Кэсси? - А как ты думаешь?
Черт возьми, Пэррис, не рычи на меня. Мне стыдно, и все такое.
Просто все вертятся вокруг Луизы. Даже я.
Но я ведь ушел, разве нет?
- А почему? Просто, чтобы быть со мной? - Ну да.
Давай спустимся к депо.
Может быть, встретим Фалмера Грина и его банду.
Они самые кровожадные из всех ублюдков.
"Балтимор и Огайо".
"Чесапик и Иллинойс".
Гляди, есть один с Запада - "Дэнвер и Рио-Гранде".
Это отличная железная дорога, скажи?!
Привет, Дрейк. Привет, Пэррис.
- Я здесь, на заборе. - Хэй, Рыжая!
- Что ты там делаешь? - Я-то тут живу.
- А вот вы зачем сюда заявились? - Собираемся забраться в ледяной склад к Элрою.
- А что там? - Качели на кольцах.
- Может, составишь компанию? - Хорошо!
Идите вперед. Я догоню.
- Почему она сразу не пошла с нами? - Ты, похоже, многого не знаешь.
А вот ее старик знает, что девочку нельзя отпускать гулять с мальчиками.
А то она станет грубая и научится ругаться.
Смотри!
И я так могу!
Попробуй так!
Проще простого!
- Ну, Пэррис, покажи свою ловкость. - Давай, Пэррис.
Спорим, ты не сможешь это сделать!
Давай, шевелись!
Давай же!
Попробуй еще раз. Наверное, у тебя штаны слишком узкие.
Так сними их.
Я не могу. У меня ничего нет под ними.
Ну, пока.
Как-нибудь еще увидимся, Рыжая.
Конечно. Это же свободная страна. Наверное.
Ты только посмотри на тех лошадок! Экипаж Гордонов, так ведь?
Вилли Макинтош. Я слыхал, что его папаша совсем загибается.
Давай, спроси. Ты же будущий врач.
Извини, Вилли. Что с твоим отцом?
Что собирается делать доктор Гордон?
Операцию!
У папы язвы на ноге.
- Какие язвы? - Я не знаю.
Но они ужасные.
- Он сказал, что их надо вырезать. - Я надеюсь, что твой отец...
- Ой, что это? - Это мой папа!
Разве доктор Гордон не дал ему хлороформ?
Доктор сказал, что у него больное сердце.
Я думал, операции всегда делают под хлороформом.
Он должен отказаться! Он должен уйти!
Я убью этого доктора! Я убью его!
Давай-ка убираться отсюда.
Я прежде никогда не слышал, чтобы взрослый человек так вот прям криком кричал...
Пока, Дрейк. Неплохо провели время сегодня.
А то!
Держись меня и я многому тебя научу.
Ты можешь, это точно.
Конечно. Мы же друзья. И должны оставаться ими.
Дрейк МакХью! Хватит шляться, дома много работы!
Ладно, тетя Мэмми!
Где угодно меня отловит.
- Помни, что я тебе сказал. - Конечно, Дрейк.
Пэррис?
Святые небеса... Это ты, Кэсси?
Где ты был?
Ну... мы с Дрейком МакХью ходили
на ледяной склад Элроя.
Он, я и Рэнди Манэхэн качались на кольцах.
Ты качался на кольцах с Рэнди Манэхэн?
Но это же ничего не значит.
Слушай, ведь уже почти стемнело...
Я просто хотела сказать тебе кое-что. Кое-что ужасное.
У меня где-то был носовой платок.
Я больше не смогу ходить в школу.
Не сможешь?
Папа сказал, что намерен учить меня сам.
Он говорит, что так будет лучше для меня.
- Но все ходят в школу. - А я не буду. Больше не буду.
Но если ты не станешь ходить в школу, я не смогу провожать тебя до дома.
И на речку. И вообще...
Может быть, я никогда никуда не смогу больше ходить.
Может быть, мне навсегда придется остаться дома. Как маме.
Ну и дела!
Кэсси, постой!
Кэсси!
Ради всех святых! Кого я вижу!
- Пэррис! - Привет, Дрейк.
Где ты пропадал?
Это тот парень, я рассказывал...
Познакомься с малышками Джинни и Поппи Росс.
- Как поживаете? Я слышал о вас... - О, ну еще бы!
Как тебе мои новые лошадь и экипаж?
Только вчера получил содержание.
А ты что поделываешь?
Я очень занят, Дрейк. Колледж...
Перрис учится на врача. Такой умный - аж страшно.
Давай, запрыгивай в коляску и забудь про свою зубрежку.
Мы собираемся прокатиться за город.
Сядь на колени к Джинни, а хочешь - уступлю Поппи, если тебе нравятся пухленькие.
- В другой раз, Дрейк. - Ну, да, как обычно нет времени.
Просто сегодня не могу. Я иду навестить доктора Тауэра.
- Папашу Кэсси? На что он тебе? - Хочу почитать у него кое-что по медицине.
Я не знаю никого, кто посещает Тауэров.
- Давно ты к ним ходишь? - О, нет, нет.
Это будет в первый раз.
- Кэсси Тауэр? Это та, которая... - Точно, она самая.
Старик держит ее под замком.
Похоже, он думает, что все на свете мечтают ее украсть.
Полагаю, она бы не отказалась.
К слову, я в последний раз видел Кэсси еще когда мы учились в школе.
- А ты? - Нет... В смысле, я тоже.
Чертовски жаль, что не могу пойти с тобой. Расскажешь потом, как все было.
Мне уже пора.
Единственная девчонка в школе, которая носила шелковые чулки.
Извините за сегодня. Как-нибудь в другой раз.
Конечно, малыш. Еще увидимся. Ну, мы покатили.
Кэсси?
Туда. Последняя дверь.
- Как ты поживаешь, Кэсси? - У меня все в порядке.
Я слышал, что твоя мама плоха. Мне жаль.
Туда.
Войдите.
Добрый день, сэр.
Впредь заходите в кабинет снаружи.
Незачем бродить по всему дому.
Простите?
Я сказал, в дальнейшем вы будете пользоваться этой дверью.
Входить через нее и выходить тоже.
- Садитесь. - Благодарю, сэр.
Итак, ваша бабушка хочет отправить вас в медицинскую школу в Вене.
Да, сэр.
Ну, если вы не совсем безмозглы,
я мог бы подготовить вас к экзаменам.
Вы намерены стать настоящим врачом или одним из этих сельских шарлатанов?
О, я хочу быть настоящим, как...
- Как кто? - Как те, о ком читают в книгах.
В каких книгах?
Я попаду туда в свое время, не так ли, сэр?
Я имею в виду - в разряд легендарных врачей.
Что ж, Митчелл,
конечно, я не знаю, каков ваш подход к медицине.
Возможно, вы считаете ее возможностью стать одним из прикроватных хлыщей
со списком собственных таблеток, которые они дают больному,
когда не знают, от чего его лечить.
Или, возможно, ваша цель - стать выдающимся плотником,
мастером ножа, стамески и пилы.
Может быть, вы даже благородно мечтаете
освободить человечество от страданий.
Я разъясню вам свой подход к медицине. Это игра.
Игра, в которой человек противопоставляет свой разум
разрушающей силе болезни.
Я не жду, что вы с самого начала сможете принять участие в этой игре.
Вы будете только слушать и постигать.
Вы будете учиться, записывать и запоминать.
И делать все это вы будете только потому, что я велю вам.
Детали просты, полковник.
Я хочу распорядиться всем так, чтобы Пэррису было гарантировано образование.
Я хочу сделать для него все от меня зависящее.
Да, да, конечно. Конечно. Желательно составить завещание, мэм.
Ведь, в случае, если вы неожиданно...
Это будет не неожиданно, Айзек.
Поэтому нужно завершить все как можно быстрее.
Мария, вам придется сказать прямо.
Сколько у вас времени?
Генри?
Мадам располагает в лучшем случае несколькими месяцами.
Я не верю в это. Не верю ни единому слову.
Но мы будем действовать, даже если Гордон сам не знает, что несет.
Ты не выглядишь умирающей, Мария. Совсем не выглядишь.
Все когда-нибудь умирают. Но я не хочу.
Ради Пэрриса - не хочу.
Прошу меня извинить. Я немного устала.
Конечно, Мария.
- Спокойной ночи, мой друг. - Спокойной ночи.
Спасибо вам обоим за вашу доброту.
Я пойду спать, Анна.
Когда она уйдет, что уйдет вместе с нею?
Весь нынешний образ жизни.
Благородство. Честь. Достоинство.
Все это уйдет, Генри.
И уже никогда не вернется в этот мир.
- Опять допоздна. - Это вы.
И так каждую ночь.
Эти книги такие толстые и тяжелые.
Нужно прочесть их все?
Думаю, это еще только начало.
Тебе нравится читать?
И тебе нравится доктор Тауэр?
Вы знали, что так будет, когда посылали меня к нему. Признайтесь.
Я знаю лишь, что следует судить о людях по тому, что ты сам знаешь о них,
а не по тому, что о них говорят другие.
О, я и не рассчитываю узнать его до конца.
Но он самый блестящий ум, который я когда-либо встречал.
Мне повезло работать с ним.
Вы с ним похожи.
Большую часть времени он меня даже не замечает.
Он заметит. Он должен.
Ложись спать, Пэррис.
- Надо беречь себя. - Кто бы говорил!
- Уложи ее в постель, Анна. - Да, сэр.
Слушайся мужчину.
Спокойной ночи, мой дорогой.
Я без ума от вас, леди.
- Спокойной ночи, Анна. - Спокойной ночи, Пэррис.
И в диагностике
ни в коем случае нельзя пренебрегать подсознательными ощущениями.
Инстинктом, если хотите. Или, что вернее, интуицией.
Вот, что отличает истинного врача.
Лучше ослабить немного рабочий ритм, молодой человек.
- О, я в порядке, сэр. - Не похоже.
У нас была трудная зима.
Возьмите выходной. Сходите куда-нибудь.
Со своими сверстниками, друзьями. Немного беспутства. Это не лишне.
- В чем дело? У вас нет друзей? - Только один, сэр.
Что ж, одиночество тоже не повредит.
Вам следует привыкать к нему.
Да, я хотел сказать...
Я очень сожалею о миссис Тауэр. Кажется, никто не знал о похоронах.
Спасибо. Я получил соболезнование от вас и вашей бабушки.
И Кассандре тоже передайте, если можно.
Я с удовольствием ей передам. Спасибо.
Доктор Тауэр...
У вас есть вопросы?
Нет, сэр.
- Ступайте, мой мальчик. - До свидания, доктор.
Салют, Пэррис!
Привет, Дрейк, рад тебя видеть.
Знаешь, малыш, ты постоянно зарыт в книгах,
тебя не отыскать.
- Влезай. - Спасибо.
Это забавно, что мы встретились именно сейчас, Дрейк.
Доктор Тауэр только что сказал, что я должен с тобой увидеться.
- Со мной? - Он сказал, что я должен быть с друзьями.
О, да, это про меня!
- Как Кэсси? - Не знаю.
Как это ты не знаешь?
Доктор Тауэр выпустил меня через черный ход.
- И я просто не смог увидеть ее. - Спорю, что я нашел бы способ.
Малыш, если не научишься все брать от жизни сам,
то не получишь ничего.
Ты зря не ездишь со мной и с малышками Росс.
На прошлой неделе я возил их и Дадли Райт
на пруд в Уэйли на пикник. Это было что-то, малыш!
- Куда мы сейчас, Дрейк? - Мы собираемся завернуть к Гордонам.
Я хочу, чтоб ты слегка помог мне в разговоре с Луизой.
Чем же я тут могу помочь?
Ну, я, в некотором роде, собираюсь на ней жениться.
Дрейк, ты женишься?!
Ты что - не слыхал о нас с Луизой?
Я думал, об этом известно всему городу.
Просто поддержи меня немного, малыш. Ты же видишь - я волнуюсь.
Мама с папой вот-вот вернутся.
- Дрейк, тебе не кажется, что... - Нет!
Урезонь же его, Пэррис.
Я знаю папину необузданность. Мне не сладить с ним.
Я всего лишь девушка и я его боюсь.
Что этот старый придурок имеет против меня?
Почему мы не можем больше встречаться?
Ты не будешь психовать, если я скажу тебе?
Ну, что? Я не знаю. Я уже психую!
Тогда я не скажу.
Давай. В чем дело?
Ладно. Папа говорит...
Ну...
Дело в Поппи Росс.
А, это.
Он сказал, что ты распутник.
Конечно, я не обращаю внимания.
Я знаю, что ты просто катаешь ее в своем экипаже.
Я не возражаю. Не слишком.
Я знаю, что тебе просто одиноко и ты не влюблен в Поппи,
но ведь мне тоже одиноко, однако у меня нет Поппи Росс.
А люди говорят... И мама с папой их слушают.
Что это?
Быстрее! Через черный ход.
Думаю, пришло время посмотреть старому маразматику в глаза.
Дрейк, ты горячишься. Может, если ты уйдешь и остынешь...
Это ты привела его, Луиза?
Нет, я сам пришел, доктор Гордон. Я хочу с вами поговорить.
Мне нечего сказать или услышать.
Тогда с вами, миссис Гордон.
Дрейк МакХью, благодарение небу, что ваша тетя не дожила
до того, чтобы видеть вас сейчас.
- Она была праведной и богобоязненной женщиной. - О, довольно.
- Теперь все зависит от тебя, Луиза. - Что ты имеешь в виду, Дрейк?
Я еще два года не смогу получить деньги, которые оставила мне тетя Мэмми,
но до тех пор мы сможем как-нибудь прожить вместе.
Что ж, решили. Я пошел.
Подожди, Дрейк!
Всего лишь потому, что я не прячусь!
- Всего лишь потому, что я не делаю ничего украдкой! - Пожалуйста, будь благоразумен, Дрейк.
Я им покажу. Это моя лошадь и мой экипаж,
и я буду каждый день ездить мимо Гордонов с Поппи Росс. Мне наплевать.
Я даже приведу ее к себе домой, если захочу.
Кстати, странно, почему я раньше не подумал об этом.
Девушке очень нелегко пойти против своей семьи.
Ну да. Я знаю. Я всегда неправ.
С тех пор, как себя помню.
Здравствуй, Кассандра. Это я, Пэррис.
Я не хотел тебя напугать.
Здравствуй.
- Входи. - Я шел домой,
когда вспомнил, что оставил свои тетради.
Входи.
Я думаю, ты знаешь, где они.
Да. Доктор всегда запирает их в одном и том же ящике.
Присядешь?
С удовольствием.
Твой отец здесь?
Он уехал в Сент-Луис шестичасовым поездом. Вернется во вторник.
- Ты торопишься? - Нет.
- Я могу задержаться. - Сядь рядом.
Знаешь, Кэсси, я очень долго не мог тебя по-настоящему повидать.
Знаю.
Все то время, что я приходил на занятия к твоему отцу,
- я надеялся увидеть тебя. - Это, вероятно, будет единственный случай.
Но почему?
Я не вижусь ни с кем, никогда.
Разве ты не знаешь?
- Отец не позволяет? - Я сказала, что не могу ни с кем встречаться.
И не задавай вопросов, пожалуйста.
Но я лишь хочу знать, почему, если ты не желаешь меня видеть,
- ты не можешь прямо сказать об этом... - Прошу, не обижайся, Пэррис.
Давай просто поговорим о чем-нибудь.
Ладно, Кэсси.
- О чем мы будем говорить? - О чем угодно.
Расскажи, как ты живешь.
В основном, читаю и учусь применять прочитанное на практике.
- По-прежнему занимаешься музыкой? - Да.
Я тоже читаю и учусь, но думаю, что ты меня опередил.
Я ведь не вижу людей.
Я только читаю книги.
Почему твой отец забрал тебя из школы?
Не потому ли...
Если ты так хочешь знать, почему не спросишь у него?
А я тех пор постоянно вспоминал. Представлял разные мелочи.
Как мы вместе вприпрыжку бежим домой.
Как ты запрокидываешь голову, глядя вверх.
Какие у тебя солнечные волосы, как ты говоришь: "Я хочу быть твоей невестой".
"Я думаю, что люблю тебя".
Эти образы посещали меня большую часть времени.
Но я понимал, что ты тоже взрослеешь.
Сперва тебе исполнилось 16, потом - 18.
Тогда я спрашивал себя: чем ты занята? Вот сейчас, в эту минуту?
Вышиваешь или учишь уроки, плачешь, а может быть...
... ты смеешься?
Смеешься, когда я думаю о тебе
- и страдаю. - Дети так глупы.
О, нет. Нет, я не имею в виду тебя, Пэррис. Ты всегда был самым лучшим.
Но поговорим о чем-нибудь другом.
Ты такая красивая, Кэсси.
В самом деле. Ты еще красивее, чем прежде,
хотя всегда была самой прекрасной девушкой в городе.
Не надо!
Прости.
- Кэсси. - Пэррис.
- Эй, кому там делать нечего? - Это я, Дрейк. Пэррис.
Ради всех святых, какого ты торчишь под моими окнами посреди ночи?
- Впусти меня, быстрее. - Сейчас спущусь, малыш.
- Что случилось? - Ничего.
Я просто шел мимо. И воспользовался случаем.
- Дрейк, я могу переночевать у тебя? - Эй, да ты не с ума ли спрыгнул, дружок?
Нет, не думаю.
Но что-то ведь случилось? Лучше скажи мне сразу.
Я просто хочу остаться здесь.
Утром позвоню домой
- и скажу, что провел всю ночь у тебя. - Ладно, ладно.
Только я должен быть уверен, что обойдется без проблем, малыш.
- Так что лучше скажи, где ты был. - Я бы не хотел, Дрейк.
Ради всех святых... ты!
Что смешного?
А я еще собирался вводить тебя в курс дела!
Ну, ради всех святых! Давай, снимай свое мокрое пальто!
Я сделаю тебе кофе. Это не займет и минуты.
Нет, нет, спасибо. Я не хочу.
Да все нормально. Сними же эти мокрые тряпки!
Надо за тобой поухаживать. Уложить в постельку...
Конечно, тебе придется делить ее со мной. Надеюсь, вы не будете возражать, мистер Митчелл?
Все так, как я говорю, мадам.
Он постоянно то приходит, то уходит.
Бродит где попало, рассеян, глядит отрешенно.
- Должно быть, дело в девушке. - Это нечто большее, чем просто девушка, мадам.
Он влюблен вот по сих пор.
Я не понимаю твоих речей.
Мадам, он вырос на моих глазах.
Мне кажется, я сама чувствую все, что чувствует он.
И сейчас в нем все так быстро меняется.
Я думаю, он боится будущего.
- Анна, ты не говорила ему? - Нет, мадам.
Он не должен знать, Анна.
Нет, мадам, но когда я думаю...
Не плачь, Анна, ради меня.
Ему от этого будет только хуже.
Мои беды уже почти закончены, а его только начинаются.
Взрослеть так трудно, Анна.
Разочарования и сердечные раны.
Пугающие проблемы.
Подлость и жестокость мира.
Как часто я мечтала, чтобы была жива его мать.
Или отец.
Или чтобы я была его матерью.
Это неправильно, когда ребенка растит старуха,
которая оставит его именно в тот момент, когда он нуждается в ней больше всего.
Что с ним будет?
- Пэррис хороший мальчик, мадам. - Я надеюсь на это.
Я сделала все возможное, чтобы воспитать из него джентльмена.
И всё, чтобы обеспечить его будущее.
Что же касается прочего... Все должно доставлять ему радость
до самого его отъезда.
Поэтому я буду цепляться за жизнь, сколько смогу.
- Опять закопался? - Привет, Дрейк.
Да, что-то вроде того. Что тебя привело сюда?
У меня записка от твоей возлюбленной. Считай меня посланником Амура.
Спасибо.
В чем дело?
Что-то не складывается со старушкой Кэсс?
Что-то происходит, Дрейк. Что-то плохое, но я не знаю, что.
Это чувство постоянно преследует меня в последнее время.
Я не могу ничего предотвратить, и оттого чувствую себя виноватым.
Она хочет вечером встретиться со мной.
А ты не хочешь?
Я бы не сказал этого никому другому, Дрейк.
С самого детства для меня не существует никого, кроме нее.
Даже так. Я понятия не имел.
Ну, тогда у вас все должно быть первоклассно.
А, ясно. Ее старик.
Нет, нет. Нечто другое.
Какая-то тайна в самой Кэсси.
Доктор Тауэр сказал как-то:
"Каждый из нас живет в своем мире".
Это как будто в точности о ней.
Ты становишься настоящим философом.
Нет еще. Я многому научился у доктора Тауэра.
- Но пока далеко не всему. - По-моему, он сумасшедший.
Нет, он умнее, чем все в этом городе вместе взятые.
Ну, значит, он сумасшедший только у себя дома.
Я чувствую, что меня тянет к нему. Он мне нравится, Дрейк.
Но когда я думаю о Кэсси, о том, во что он превратил ее жизнь...
Черт возьми, во мне все перепуталось.
- Проходите, Пэррис. - Добрый день, сэр.
Вас что-то тревожит?
Доктор Тауэр, я собираюсь задать вопрос, который, возможно, вам не понравится.
- Тогда я не отвечу. - Доктор Гордон хороший врач?
Не самый тактичный вопрос, юноша,
и не самый этичный для молодого врача.
Он делает много непонятных вещей.
Когда я был еще ребенком, отец Вилли Макинтоша
умер у него от шока во время операции без наркоза.
Потом был еще странный случай. С Лоди Симмс.
Вы знаете - та вдова, что подмигивала всем мужчинам?
Доктор Гордон лечил ее,
и с тех пор одна сторона ее лица ужасающе парализована.
Есть и другие примеры.
А теперь он лечит мою бабушку.
Могу заверить, что в случае с вашей бабушкой
он знает свое дело.
Я рад это слышать от вас, сэр.
- Доверяете моему мнению? - Я уверен, вы знаете.
Может быть, ты просто дурень, Пэррис Митчелл.
- Как насчет чашечки кофе, мой мальчик? - Да, сэр.
Пэррис, я начал занятия с вами с определенной опаской.
И, думаю, справедливо будет сказать вам сейчас, что я наслаждался ими.
- Каждый должен быть сам за себя, а? - Я думаю, придется, сэр.
Философия - это иногда не так уж плохо.
- Надеюсь, вы любите черный кофе. - Спасибо.
- Вы это читали? - Да, сэр.
Правда, боюсь, ничего не понял.
Это новое поле деятельности.
Даже новое слово: психиатрия.
Я об этом иногда задумывался.
Врачу желательней лечить болезни
в умах людей, а не в телах.
- Полагаю, что это довольно большое поле, сэр. - Может быть, слишком большое.
Может быть, на столетия.
Хотя, никто не знает. В Вене уже сейчас работают в этом направлении.
Я не хочу специально подталкивать вас,
Но если вам интересно, могу предложить дополнительный материал.
Вы изучали историю средневековья, Пэррис?
Да, сэр.
Обратите внимание на ХII и ХIII века.
Дискомфорт человека, его реальный дискомфорт в этом мире начался вскоре после того времени.
- Но я всегда... - О, ну да, - мыло.
Мощеные дороги, стоматология и свобода слова.
- Да, да, сэр. - Незначительные факторы.
В ХIII веке человек был гораздо счастливее
и чувствовал себя более комфортно, чем сейчас.
В смысле состояния психики и отношений со Вселенной.
Я понимаю, сэр. Тогда все было просто.
Вот именно, Пэррис. Вот именно.
Сегодня, в сложном современном мире,
человек ломается под тяжестью непонимания,
неудовлетворения и разочарования.
Он теряется, сходит с ума, кончает жизнь самоубийством.
Я не знаю, что случится с этим миром
в ближайшие сто лет или около того,
но могу гарантировать, что жизнь не станет проще.
Страхи и сомнения будут вызывать нытье и жалобы.
Человечество - крупнейшее сборище нытиков в истории.
Но лучше оставим это.
На сегодня достаточно эпиграммной напыщенности.
Вот вы говорили...
Нет, наверное, мне лучше помолчать.
Продолжайте, кроме меня никто не услышит.
Вы сказали, что люди теряются.
Мне кажется, люди намеренно теряют и обманывают себя,
отгораживаясь от реальности.
И правильнее всего - обмануть их снова.
Знаете, это как ловить кролика, убегающего из вольера.
Отвлеките его внимание, и он не найдет выхода.
Единственное, что ему останется - вернуться домой.
Вы это где-то вычитали? "Вернуться домой, но, при этом - в клетку."
Нет, сэр. Должно быть, я сам это придумал.
Не удивлюсь, молодой человек, если вы станете хорошим врачом.
Может быть, даже великолепным. А теперь бегите к себе.
Я напишу рекомендательные письма в Вену.
Я наслаждался нашей беседой, сэр.
Мне нравится ваша вежливость, Пэррис.
Ваша бабушка верит в вас. Знайте, что я тоже верю.
Я постараюсь оправдать, сэр.
Если бы у меня был сын, я бы хотел, чтобы он был таким, как вы.
Да, да, замечательно.
Это лучше, чем вы думаете, Пэррис.
И собираться стать врачом - какая трата таланта!
Простите меня.
- Анна, как она? - Все так же.
Жар скоро спадет.
Извините, профессор Бердофф,
- видимо, нам придется закончить. - Да.
Доктор Гордон уже дважды приезжал сегодня.
Анна.
- Давно это требуется? - Как глупо, что я оставила его здесь.
Анна?
Уже несколько недель, Пэррис.
- Рак? - Да, Пэррис.
Почему мне не сказали? Почему от меня все скрывают, словно я ребенок?
Так пожелала мадам.
Она хотела, чтобы ты спокойно закончил учебу.
Она взяла с меня слово.
Она надеялась, что проживет хотя бы до сентября.
Она не проживет? Ты это имеешь в виду?
Будет чудом, если она продержится еще несколько дней.
- Всего несколько дней? - Да, Пэррис.
Пэррис.
Пэррис, мне нужно было увидеть тебя.
Ты не боишься ходить сюда одна по темноте?
Почти нет. Знаешь, я бы не позвонила,
- если бы это не было важно. - Вернемся к твоему дому?
Нет, я должна была сбежать оттуда сегодня. Я больше не могла этого выносить.
- Кэсси, что происходит? - Разве мы не можем просто погулять среди деревьев?
Я никогда не замечал прежде, какая ты маленькая.
А я только что заметила, какой ты высокий.
Кажется, давно ли мы так же шли домой из школы.
Смотри, Пэррис, пруд.
Я и забыла, как тут хорошо.
Знаешь, раньше я считала его нашим тайным местом.
Я тоже.
Как странно, что мы... Или не странно.
Ты скоро уедешь.
Да, наверное.
Я буду скучать по тебе.
В самом деле будешь, Кэсси?
Никто не знает точно, что будет.
- Я обожаю тебя, Кэсси. - Не надо.
Не говори того, чего не чувствуешь.
Я тоже не знаю, что чувствую к тебе.
Не знаю с того самого дня, как ты пришел в наш дом,
и я открыла тебе дверь.
Я знаю только, что не могу думать ни о ком другом, но...
- Почему же, когда я прошу... - Я пришла сюда - и этого довольно.
- Я тебя не понимаю. Иной раз... - Не будем об этом, пожалуйста.
- Ты, вроде, собиралась что-то мне сказать. - Разве?
Пэррис.
Ты веришь, что я никогда не сделала бы тебе больно?
- Что такое, что тебя так пугает? - Это...
- Я... - Скажи мне.
Я не думаю, что лечение принесет пользу, Пэррис.
Вот и все.
Пэррис, тебе не говорят, что твоя бабушка умирает.
А ты должен это знать.
Я боюсь, что внезапный удар будет тяжело принять.
Ах, милый!
Наверное, так еще тяжелее, лучше б я не говорила.
Нет, нет. Все в порядке, Кэсси.
Я уже знаю. Но я все же рад, что ты решила сказать мне.
Это важно, Кэсси, когда не кто попало...
- Я иногда забываю, как ты хорошенькая. - О, Пэррис.
- Ты плачешь. - Чуть-чуть, не важно.
Но я схожу с ума. Я не хочу!
Ах, почему с нами происходят такие ужасные вещи?
Почему тебе приходится плакать?
Ты самый милый, самый лучший.
За что наши слезы? В чем мы провинились?
Ненавижу. Ненавижу все.
Ненавижу Бога, если угодно. Но ничего не могу изменить.
- Кэсси. - Не надо. Молчи.
Я хочу, ты тоже ненавидел его, ненавидел все, что причиняет нам боль.
Пэррис, не плачь. Пожалуйста, не плачь, я не вынесу этого.
Ах, милый! Милый, милый.
Может быть, я вижу тебя в последний раз.
Кэсси, послушай.
Я уезжаю, но я вернусь.
Я намерен стать хорошим врачом, великим, если смогу.
Я вернусь. Время пролетит быстро.
А когда я вернусь, ты выйдешь за меня?
- Кэсси, ты не хочешь чтоб мы поженились? - Если бы ты только мог понять.
- Может быть, смогу. - Нет, не сможешь.
Нет. Ты не сможешь.
- Послушай, Кэсси... - Пожалуйста, Пэррис.
У нас все замечательно, пока мы не пытаемся говорить об этом.
Не пробуй меня понять.
Просто будь со мной, пока возможно, и...
Кэсси?
- Пэррис, это ты. - Да.
Я заходила к тебе в полночь, как только ушел доктор Гордон.
- Анна, она... - Нет.
Доктор Гордон сказал, что больше ничего не может сделать.
Я думала...
Я надеялась, что это случится не прежде, чем ты вернешься.
Ты вернулся.
Анна, я не могу ей помочь.
Нет, нет.
- Наводишь порядок? - Здравствуй, Дрейк.
Ты не против, если я оставлю свои книги тебе на хранение?
Думаю, в сарае достаточно места.
Было очень мило с твоей стороны, Дрейк, терпеть меня все последние дни.
- Я был не самой веселой компанией. - Ну, я же всегда говорил,
что мы с тобой в одной лодке. А сейчас - больше, чем когда-либо.
Я как раз давно хочу спросить тебя об этом, Дрейк.
Ты не говоришь о Луизе Гордон с... даже не знаю с каких пор.
Кажется, мне придется жениться на ком-нибудь, вроде Поппи Росс.
- Хоть получу удовольствие. - Ты же этого не сделаешь?
Нет, наверное, нет.
Однажды я удивлю некоторых людей в этом городе.
Когда я получу свои деньги, я займусь бизнесом.
Остепениться сложно, но я остепенюсь.
Я добьюсь, что Луиза станет гордиться мной, и тогда, возможно, она...
Кто это?
- Кэсси. - Пэррис!
- Пэррис, нам надо поговорить. - Если вы меня извините...
Не уходи. Я только на одно слово. Ты все равно все знаешь о нас.
Ты выглядишь... Ты...
- Как? - Ты выглядишь страшно.
- Пэррис, позволь мне поехать с тобой. - Поехать? В смысле - со мной в Европу?
Куда угодно, мне все равно. Я должна сбежать.
Позволь мне быть с тобой, я смогу о тебе позаботиться.
Но мы не можем пожениться сейчас. Мне предстоит большая работа.
- Но я говорил, что, как только вернусь... - Не бери в голову.
Кэсси, если ты настаиваешь, я...
- Это была идиотская мысль. Прости. - Подожди. Присядь.
- Объясни, что случилось. - Ничего. Совсем ничего. Мне нужно идти.
- Я отведу тебя домой. - Нет, нет, ни в коем случае.
Позволь же мне поговорить с тобой, Кэсси.
Пусть он проводит тебя хотя бы до полдороги.
Нет, спасибо. Спокойной ночи.
- Я пойду туда, Дрейк. - Угомонись.
Она же сказала... Ты слышал - она не хочет, чтобы ты шел за ней.
Она вдвое сильнее испугалась, когда ты предложил...
Смотри, там все в порядке. Он сидит на крыльце.
Я бы туда - запросто.
Я всерьез намерен это сделать.
Я собираюсь украсть ее у него из под носа.
Мы сбежим - и будь что будет.
Ты фермер? Или будущий врач?
Разве об этом мечтала твоя бабушка?
- Малыш, если мне придется тебе врезать... - Даю шанс, Дрейк.
Видишь? Похоже ли это на трагедию?
У старушки Кэсс просто была истерика из-за твоего отъезда, вот и все.
У всех девушек иногда такое случается.
Но это ничего не значит, право.
И все же, Дрейк, я боюсь. Не знаю, почему.
Тебе нужно выспаться. Ты утомился и перенервничал.
Пойдем домой. Вы увидитесь с Кэсси завтра.
Только не говори ему пока.
Знаешь, лучше я сам отнесу.
Ты уже встал, малыш?
Вот. Завтрак.
- В чем причина такого внимания? - Давай. Поешь.
Что это с тобой, Дрейк?
Мне нужно кое-что тебе сказать, но сначала выпей кофе.
Говори сейчас.
Это касается Кэсси.
Кэсси умерла.
Ее убили прошлой ночью. Вероятно, вскоре после того, как мы ушли.
Кто?
Ее отец. Он покончил с собой.
- Это неправда. Ты... - Держи себя в руках, малыш.
Я расскажу все, что сам знаю.
Я услышал об этом по радио рано утром,
позвонил в газету, там подтвердили.
Доктор Тауэр отравил Кэсси,
а потом застрелился.
Он был мертв совсем недолго, когда их нашел пришедший повар.
Он оставил какое-то письмо. Не знаю, какое, в газете не сказано.
Поэтому сейчас я иду туда, и постараюсь выяснить подробнее.
Да. Именно, Дрейк. Мы пойдем туда.
Ты не пойдешь, даже если мне придется запереть тебя в подполе.
- Я должен! - Слушай, ты, дурак!
Кэсси была здесь прошлой ночью.
Мы, вероятно, были последними, кто видел ее живой.
Если не думаешь о себе,
подумай, хотя бы, о том, чтобы защитить ее.
- Защитить, Дрейк? Я убил ее! - Да.
Ты брякнешь это вслух несколько раз, и кто-нибудь да поверит.
И каким тогда окажется твое будущее в этом городе?
- Мне все равно. - Слушай, малыш, я знаю, что ты чувствуешь.
Я знаю, что тебе не терпится действовать, но только отпусти меня первым. Это все, о чем я прошу.
Я вернусь и все тебе расскажу.
После этого можешь делать все, что считаешь нужным.
- Эй, МакХью. - Я друг семьи.
- Нашли еще что-нибудь? - Пока нет.
Действительно, мистика.
Здравствуйте, Сэм. Добрый день, полковник Скеффингтон.
Что вы хотели, Дрейк? Сейчас не время...
Минуту, Сэм.
Вы пришли кстати.
Где Пэррис Митчелл? Все еще у вас дома?
Да, сэр.
Передайте ему, чтобы он был так любезен оставаться там, пока я не встречусь с ним.
- Могу ли я спросить, зачем, сэр? - Я хочу с ним поговорить.
Он не тот, с кем вам следует говорить.
Как это понимать?
Есть новости?
Только та же, о девушке.
В смысле - та, что она упаковала свои вещи, готовясь улизнуть?
Поговорим позже.
Так что вы хотели сказать?
Если Пэррис не тот, с кем следует говорить,
стало быть, есть кто-то еще?
Полагаю, что имею в виду себя.
- Вы что-то знаете об этом деле? - Я знал Кэсси Тауэр.
Я слышал, вы сказали, что она упаковала вещи.
В общем, мы собирались бежать.
Мы встречались с ней довольно долго...
- Нужно ли добавлять что-то еще? - Доктор Тауэр знал об этом?
Если бы он знал, меня бы здесь сегодня не было. Повезло.
Но я ничего не знаю о самом преступлении или как там вы это называете.
И если вы намерены привлечь меня в свидетели, я отопрусь от всего, что только что сказал.
- Ничего, если я уже пойду? - Думаю, да. Нет причин задерживать вас.
Только зачем вы вообще пришли и рассказали все это?
Я просто хотел облегчить вашу задачу, сэр.
Вам ведь теперь не нужно говорить с Пэррисом, не так ли?
Похоже, вы сделали неправильные выводы, Дрейк.
Я хотел встретиться с Пэррисом,
чтобы передать ему письмо, оставленное доктором Тауэром.
Он завещал Перрису всю свою собственность.
Он - что?
Кажется, вам не так повезло, как вы думали.
Если бы он знал, что вы его будущий зять,
он мог бы все оставить вам.
Пожалуй, я пойду, сэр.
Забавно. Я про этого юношу. Наглец, каких мало.
Но он единственный молодой человек в городе - кроме Пэрриса Митчелла -
который имеет достаточно воспитания обращаться к старшим "сэр".
- Ради всех святых, пожалуйста... - Почему, Дрейк? Почему это случилось?
Зачем Кэсси приходила сюда ночью? Что она боялась?
Что происходило в другие вечера, когда мы с ней виделись?
Что могло заставить ее отца убить ее?
Как он мог решиться на самоубийство?
Почему Кэсси не хотела ничего не объяснить?
Почему доктор Тауэр оставил мне всю свою собственность?
Почему кто-то должен желать убить Кэсси, которая никому не сделала вреда?
Почему?
Интересно, ты в курсе, что уже полночь?
Сядь, Дрейк.
Ну, сел. В чем дело?
Я думаю, что знаю.
Я знаю, почему доктор Тауэр убил себя и Кэсси.
Серьезно?
Ты должен пообещать мне, что это останется между нами, Дрейк.
Разумеется.
Дрейк, ты хорошо помнишь миссис Тауэр?
Мать Кэсси? Немного, мы были детьми.
Помнишь, что она всегда сидела дома и только смотрела из окна?
Конечно. Все думали, что она сдвинутая.
Как ты относишься к таким людям, Дрейк?
Обязательно говорить об этом сейчас?
Как ты относишься к кому-то, у кого больное сердце
или что-то не так с ногами, руками, глазами?
Ну, если это не по своей вине...
Вот так же я отношусь к людям, у которых не в порядке с головой.
Ты имеешь в виду, доктор Тауэр...
- Знаешь, малыш, я всегда тебе говорил... - Здесь запись, практически в самом начале:
"Сегодня я заметил первый признак у Кассандры".
- То есть, это она... Это Кэсси?..
Полагаю, не в большей степени, чем была миссис Тауэр,
когда доктор Тауэр женился на ней по любви.
- Наша Кэсси... - У нее были только первые признаки,
начало развития раннего слабоумия.
Эй, ты говоришь, как врач.
Которым, конечно, не являюсь.
- Не будем об этом больше... - Нет, будем.
- Дрейк, я думаю, доктор Тауэр знал о нас. - О вас с Кэсси?
А она - знала? О себе, я имею в виду.
Да, я уверен.
Вот почему всякий раз, когда я заговаривал с ней о нашем будущем,
я никогда не мог удержать ее.
Но ночью она пришла просить тебя принять ее.
Она не скрывала этого.
Полное отчаяние, я думаю.
Я не знаю, что было известно доктору Тауэру о той ночи. Может быть, ничего.
Может быть, он просто догадался.
Может быть, он просто примерял на меня свою судьбу.
- Я не совсем понимаю тебя, малыш. - Он был блестящим врачом, Дрейк.
Зачем он приехал в такой крошечный городок
и похоронил себя здесь с молодых лет?
Из-за миссис Тауэр?
Он не хотел, чтобы со мной случилось то же самое.
Погубленная карьера.
Он думал обо мне больше, чем я подозревал, Дрейк.
Слушай, Пэррис...
Давай сожжем эти записи, и никто ничего не узнает.
Нет, Дрейк.
Мы не сожжем их.
Я буду их изучать.
- Я устал. - Конечно, малыш. Я погашу свет.
Дрейк, я соберусь как можно быстрее.
Возьму только самое необходимое.
Держись подальше от дома, пока он не продан.
Забери все, что пожелаешь.
А остальные вещи брось.
Пиши мне.
Если я тебе когда-нибудь понадоблюсь, мой Liebchen, я буду рада...
Я знаю, Анна, я знаю.
Приветствую, Дрейк МакХью.
О, приветствую, Рэнди Манэхэн. Слушай, я сто лет тебя не видел!
Ну, ты же не приходил больше на ледяной склад. Уезжаешь?
- Привет, Рэнди. - Привет, Пэррис.
Пэррис уезжает. Отправляется в Европу.
В самом деле? И надолго?
Я не знаю. Я не готов строить планы.
- Пусть все будет как будет. - Он вернется.
Я слышала, умерла твоя бабушка, Перрис.
- Да. - Мне жаль.
Рэнди, тебе уже кто-нибудь говорил, что ты самая красивая девушка в мире.
Поезд.
- Черт возьми. - В чем дело?
Не могу видеть, как малыш уезжает.
Мой дорогой друг.
- Он хороший парень, не так ли? - Самый лучший.
Уехал.
На четыре или пять лет. Черт возьми.
Слушай, здесь мой экипаж.
Как насчет того, чтобы прокатиться за город?
Давай.
Минутку. Бутерброд.
Видел ли ты когда-нибудь денек прелестнее?
Трррр, Мальчик-с-Пальчик. Не спеши.
- Почему ты зовешь его Мальчик-с-Пальчик, Дрейк? - Потому что он большой.
- В этом есть смысл. - Мой смысл.
Вот и я о том же.
- Я его выдрессировал. - Вижу.
- Он всегда знает, чего я от него хочу. - Похоже, он часто тренировался.
- Бегать сам, без поводьев? Конечно. - А зачем?
Вот затем.
Я, может, и похожа на лошадь, но не так хорошо дрессирована.
Да ладно, Рэнди. Мне так грустно и одиноко. Будь со мной поласковей.
А ты точно не спутал меня с одной из малышек Росс?
Что плохого в поцелуе?
В поцелуе?
Может быть, выясним?
- Нет, нет, подожди.
С новым веком, дурочка!
Вот оно, дорогая.
Ты притащил меня на этот ветрище, просто посмотреть на пейзажи?
Но я собираюсь купить все это у Пейтона Грейвса.
- Как только вступлю в наследство. - Для чего?
Для того, что я задумал.
Разделение на участки.
Представляешь, если бы тут были дома?
- Да. Их бы унесло ветром. - Ох, заткнись. Здесь не всегда ветер.
Но, Дрейк, только богатые люди могут позволить себе здесь дома.
- Мы и будем продавать их богатым. - И много таких в Кингс Роу?
Почему ты постоянно окунаешь меня в холодную воду?
Хочешь, покажу, что лично мне кажется хорошей идеей?
- Где? - Лощина, вниз по ручью.
С другой стороны железной дороги. С моей стороны.
Здесь?
Разве не восхитительно?
Это возбуждает, правда?
- Я имею в виду... - Да, дорогой. Я знаю, что ты имеешь в виду.
- Неужели? - Именно так. Но, Дрейк...
Сейчас ты опять примешься отчитывать меня за что-то.
Нет, мне просто интересно. Тебя возбуждает большинство вещей, да?
Запах цветущей сливы, солнечные лучи, лунный свет,
утро, день, ночь. Практически все.
- Но в основном - ты. - Это только слова.
Честно.
- Давай, выходи. Здесь очень красиво. - Еще бы.
Дрейк МакХью, ты иногда совершенно ненормальный.
Самое лучшее в тебе, дорогая,
- что ты никогда не притворяешься. - Да, я не притворяюсь.
О чем мы вообще говорим?
Ну, например, сейчас я предложила выйти.
- И что в этом плохого? - То, что ты подумал...
- Что? - А я всего лишь хотела
поделиться своей идеей.
Так говори. Я слушаю.
И скажу. Она действительно неплоха.
Если ты хочешь купить недвижимость, почему бы не купить эту?
- Эту помойку? - Ее можно почистить.
В конце концов, есть много людей, работающих на карьерах,
на заводах и шахтах, которые тоже хотели бы иметь дома.
- Центы и никели... - Составляют доллар.
Я не понимаю, как такая красотка может быть настолько практичной.
Помнишь, как мы забирались в ледяной склад Элроя
и вместе с Пэррисом качались на кольцах?
Я была ужасной маленький хулиганкой, да?
Была. А ты еще больше дразнил и подзуживал меня.
- Я был противным ребенком. - Да, это точно.
Но в тот день я безумствовала, в основном, из-за того, что там был Пэррис.
Мне он нравился гораздо больше, чем ты.
Тогда.
- Ты уверена, что сейчас?.. - А ты как думаешь?
Когда девушка ведет себя так, как я с тобой,
это потому, что она так хочет.
Потому что она любит сильнее всего на свете.
Ты серьезно?
Нет ничего серьезного в этом мире, не так ли?
- Эй! - Дрейк, моя новая шляпка!
Нет, моя шляпка!
Луиза. Луиза.
- Что вам угодно? - Твой отец может услышать.
Почему ты плачешь?
- Какая разница? - Не отвечай мне так.
Почему вы не оставите меня в покое?
Потому что я не хочу, чтобы ты сидела здесь, рыдая, как дурочка, по пустякам.
- По пустякам. - Я знаю, почему ты плачешь.
Я видела, как Дрейк МакХью разьезжает с этим ничтожеством по центру города.
- Не стыдно тебе? - За что?
- За то, что позвола ей отнять его у меня? - Луиза,
ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. У тебя есть чувство собственного достоинства?
Нет.
И я почти в это верю.
Если ему нравится подбирать всякий мусор...
Пойми, все мальчишки таковы. Твой отец врач.
- Если бы ты знала все, что знаю я... - Я не желаю слушать!
Когда парень шатается с такой девицей, это всего лишь...
Жаль, что я - не она.
Что ты сказала?
Я сказала: жаль, что я - не она.
Жаль, что я - не она! Жаль, что я - не она!
- Эй, Рэнди! - Привет, Эд!
- Я сойду здесь, Дрейк. - Почему?
Почему я никогда не могу проводить тебя до двери?
Уже поздно. Мой папа и брат дома.
- Я недостаточно хорош даже для... - Дрейк,
Ты хотел сказать - "даже для меня"?
Не совсем.
Я хотел сказать - "даже для них".
Они думают, что это я недостаточно хороша для тебя.
Мы неподходящая пара. Ты с Юнион-стрит.
Твоя семья принадлежала к высшему обществу.
А мой отец - начальник железнодорожного участка.
О, надеюсь, ты не собираешься рассуждать о классовом неравенстве.
Почему мы сейчас проехали мимо Гордонов?
Ну...
Это же по пути домой.
Даже если и так.
Разве вы не хороводились с Луизой?
Ее старик считает, что я распутник.
Поэтому ты перешел с городских барышень на девчонок с железной дороги.
Рэнди, ты знаешь, что дело не в этом.
- Ты когда-нибудь еще думаешь о Луизе? - Иногда.
- Что именно? - Я злюсь.
Что-нибудь еще?
- Я не знаю. - Спасибо, Дрейк.
- За что? - За то, что честно.
Когда городской парень
начинает раскатывать по вечерам с девушкой из предместья,
возникают пересуды. Тебе это известно?
Еще бы. Сплетни, сплетни, сплетни. Хоть раз бы их высказали в лицо.
Мы не можем винить людей за то, что говорят правду, не так ли?
О, Рэнди, ради всех святых.
Просто сказав "Ради всех святых", ничего не решишь.
А зачем нужно что-то решать?
Затем, что папа не желает, чтобы мы встречались.
Думаю, и мама была бы против, будь сейчас жива.
Мы продолжим, если ты хочешь,
но не сердись, когда я пытаюсь выяснить, как обстоят дела.
Если бы я женился на тебе, это бы заставило всех заткнуться.
- Я бы не пошла за тебя, Дрейк. - Что?
- Удивлен? - Да.
Ну, вот так оно и есть. Я гуляю с тобой и ничего больше.
Прошу это запомнить.
Ты, кажется, хотела здесь сойти?
- До свидания, Дрейк. - Пока, дорогуша.
- Привет, сестренка. - И от меня того же.
Надеюсь, я не слишком опоздала. Сейчас, Па, я займусь этим.
- Ну, один раз не страшно. - Давай, садись. Я накрою на стол.
Сегодня сравняли излом на третьем перегоне, сестренка.
- Выровняли, словно по ниточке. - Это здорово, Тод.
Когда Па уйдет на пенсию и я получу должность начальника...
Дрейк!
Мистер Манэхэн, я Дрейк МакХью. Вероятно, вы обо мне слышали.
Удивлюсь, если нет, так как люди болтливы.
И большая часть из того, что они болтают - правда.
Но никто из них не может сказать, что я когда-нибудь лицемерил.
Я встречаюсь с вашей дочерью, катаю ее в экипаже.
Мы нравимся друг другу. И я не намерен делать вид, что это не так.
Одним словом, если у вас есть возражения по поводу наших встреч,
настало время их высказать.
Почему? Нет, нет.
А тебе есть что сказать?
Может, поужинаешь с нами?
- Вы хотели меня видеть, мистер Луис? - О, да, МакХью.
Присаживайтесь.
Речь идет о вашем кредите. Вам известно, что он немного превышен?
Естественно, учитывая, как вы тратите.
Но я думал, что на моем счету еще более тысячи долларов.
- Как вы могли так ошибиться? - Я не знаю. Могу ли я поговорить с мистером Керли?
Мистер Керли в Техасе. По вопросам бизнеса.
Мы не ожидаем его раньше следующей недели.
Но я не тратил денег. Не так много.
С июля прошлого года должно было поступить около тысячи.
Регулярные ежеквартальные платежи.
Это точно?
Подождите минуту.
- В июле не было никаких поступлений. - Вы уверены?
Ничего со 2-го апреля.
Облигации и документы на недвижимость хранятся в личной ячейке мистера Керли?
Он всегда держал их там.
- Возьмите ключи. - Да, сэр.
Не говори об этом никому, пока мы не убедимся окончательно.
- Никому постороннему. - Да, сэр.
А, Дрейк.
Заходи, заходи.
Мне нужно сказать вам несколько слов, мистер Манэхэн.
Рэнди здесь?
Я не хочу, чтобы она меня видела.
- Я пришел поговорить с вами. - Она наверху.
Я просто возился здесь.
Никогда не знаешь, чем занять себя по воскресеньям.
Когда была жива жена, можно было хотя бы сидеть и беседовать.
Как насчет чашечки кофе?
Спасибо, констебль уже предложил мне кофе.
Я напился вчера вечером у Фрица Бахмэна.
Сэм Уинтерс отвез меня в участок
как раз вовремя, прежде чем я успел замерзнуть, когда меня вышвырнули.
Фриц Бахмэн - паршивый скунс.
Меня никто не заставлял напиваться.
Нет, не заставлял. По правде, сынок,
я давно хотел тебе это сказать.
Не нужно.
Я дал себе слово в это утро, когда проснулся в камере
с тремя другими такими же.
Мне нужна работа, мистер Манэхэн. Можете ли вы найти для меня что-нибудь на железной дороге?
У меня нет мест в бригаде, Дрейк.
Наверное, я все же выпью кофе.
Посмотрите на меня, мистер Манэхэн.
Я похож на бродягу.
И я превращусь в бродягу, если не найду работу.
- Я спрашивал уже всех в городе. - Дрейк?
- Дрейк, ты... - Я знаю, как я выгляжу.
Как пьяница, проведший ночь в тюрьме.
Ох, Дрейк...
Тебе известно, что в городе говорят про нас?
Нет.
Что ты намерена дать мне от ворот поворот.
Приятно, что кто-то знает обо мне больше, чем я сама.
Извини. Я не хотел тебя обидеть.
Я хочу сказать, если ты сможешь немного подождать,
чтобы можно было меня не стесняться...
Проблема в том, что мне никогда в жизни не приходилось думать о деньгах.
Только рассчитывать на них, а теперь...
- Дрейк хочет, чтобы я помог ему с работой.
Поговорю с мистером Тернером. Может, он возьмет тебя в обслугу на путях.
Стрелочником или обходчиком, или еще кем-нибудь.
Придется работать в любую погоду.
Спину не сломаешь, но это дело, не терпящее ошибок.
Что-то скажут на это твои знакомые с Юнион-стрит?
Мы найдем тебе работу, сынок. Можешь положиться на меня.
Спасибо, сэр.
Если так, то я продам дом в городе и перееду жить поближе к дороге.
- Весьма сурово. - Здесь мои друзья.
Пойду домой умыться. Если позволите вернуться позже...
Ты останешься здесь и сейчас.
Отправляйся в комнату Тода, я принесу горячей воды,
сможешь умыться и побриться. Я приготовлю что-нибудь поесть.
Потом ляжешь и немного поспишь.
Рыжие - такие тираны, правда?
- Знаешь что, Рэнди? - Что, Па?
Когда ты была маленьким сорванцом, я часто думал, что из тебя вырастет.
Я зря волновался.
"Балтимор и Огайо".
"Чесапик и Иллинойс".
- Привет. - Привет.
Кофе, сударь?
Стоило ли выходить из дома в такую ночь?
Я контролирую работу железной дороги.
- Кроме того, у меня есть новости. - Как и у меня, если подумать.
Спасибо, милая.
Так, чья новость в первую очередь?
- Твоя. Свою я и так знаю. - Ну,
папа слышал сегодня после обеда что тебе собираются дать повышение.
В самом деле?
Мистер Тернер, наконец, убедился в твоих серьезных намерениях.
Он хочет назначить тебя помощником на грузовом складе с увеличением зарплаты на 2 доллара.
Ты делаешь карьеру, мой друг.
Еще двадцать или тридцать лет, и я буду что-то из себя представлять?
- А твоя новость? - О, я получил письмо от Пэрриса.
- Как он? - Отлично. Надеется, что я тоже.
Хочет знать все новости Кингс Роу.
"Дорогой Дрейк, рад слышать, что у тебя все хорошо,
и все идет так..." Тут можно пропустить.
- "Конечно..." - Почему ты не сообщил Пэррису?
О своих проблемах.
- Возможно, потому что я его друг? - Я обожаю твою прекрасную гордость, дорогой.
"Конечно, сейчас я в пожарном порядке зубрю перед выпускными экзаменами.
Только подумай, в июне диплом.
Я окончательно решил, чему посвящу свою жизнь, Дрейк.
Я буду... Я буду...
Пси... Психиатром". Что это значит?
Не спрашивай меня, я тоже неграмотная.
"Думаю, ты поймешь, почему, если вспомнишь Кассандру.
Наверное, я буду первым..." Ну вот, опять это слово.
"В Кингс Роу, а может, и в Америке".
Пэррису можно доверить быть первым.
Вот, возьми с собой и дочитай.
Жаль, что я продаю дом, хоть и за 400 долларов.
- Почему жаль? - Если Пэррис вернется этим летом,
он мог бы жить там со мной.
Жить на другой стороне железнодорожных путей не престижно?
Нет, Пэррис не такой. Не такой, как все в Кингс Роу.
Я не об этом.
А о чем тогда?
О тебе, полагаю.
Сегодня у Скеффингтонов прием, и я знаю, тебя приглашали.
- Ты разве не жалеешь, что не пошел? - Ни на секунду.
Большинство в Кингс Роу забыли обо мне. Я легко могу забыть о них.
Знаешь, это забавно. Как все изменилось.
Раньше мы были так... Все время были так взволнованы.
Чуть дышали, беспрерывно шутили.
Наверное, мы просто привыкли друг к другу.
Теперь, когда мы вместе, ты все больше хандришь.
Можешь молчать несколько часов подряд. Не знаю даже, замечаешь ли ты, что я рядом.
Я не хочу, чтобы это было так.
Ты все, что у меня есть.
Если я не вижу тебя хотя бы минуту, я становлюсь нервным и потерянным.
Я знаю, дорогой. Я счастливее, чем имею право быть.
Надеюсь, когда-нибудь у тебя тоже получится.
- Еще кофе? - Нет, спасибо.
Ну, может быть, захочешь позже.
Тебе можно доверить принести домой кофейник?
- Да. - Я дождусь тебя, чтобы пожелать спокойной ночи.
- Пока. - Пока, милая.
До встречи, ребята!
Берегись!
Скорей, Датч, несчастный случай!
Сейчас же звони доктору Гордону.
Шевелись, Дрейка МакХью переехал поезд.
- Переехал? Дрейка? - Не стой, вызывай врача!
Генри, ты покидаешь партию?
Случилась авария. Дрейк МакХью.
- Дрейк МакХью? - Попал под грузовой вагон.
- Что с Дрейком? - Ничего, что касалось бы тебя, Луиза.
Где он? Я иду с вами.
Ты не сделаешь ничего подобного.
Вы больше не удержите меня вдали от него!
- Харриет. - Минуту, Луиза...
- Убери руки! - Луиза.
Я пойду к нему, я буду с ним!
Вы не сможете отговорить или остановить меня!
- Генри! О, прошу прощения. - Все в порядке, полковник.
Я только что услышал о молодом МакХью.
- Хотите, я пойду с вами? - Нет, нет, оставайтесь со своими гостями.
Держи ее здесь.
- Я пойду! - Луиза, Луиза, люди услышат.
Немедленно успокойся.
- Мне понадобиться помощь. - Что нужно делать, док?
Кто-нибудь, Дэвис, найдите несколько одеял и полдюжины простыней,
где-нибудь здесь, в округе, и побыстрее.
Да, сэр.
Вы можете нагреть воду, Датч?
- Конечно. - Я помогу, доктор, скажите, что нужно.
Ладно, Сэм, пригодится кто-то рядом.
Теперь все выйдите.
- С чего начинать? - Разрежте его одежду.
Кто-нибудь встаньте у двери и держите ее.
Я подержу, сэр.
А когда вы закончите, мы можем отнести его к нам домой,
это всего в двух шагах.
- Хорошо, и задерните шторы. - Да, сэр.
Так, Сэм, давайте посмотрим.
- Что намерены делать, док? - Ампутировать.
- Ногу? Которую? - Обе.
Это единственный шанс.
- Отец. - Партия закончилась?
- Где твоя мать? - Я сбежала. Как и хотела.
Я терпела, пока могла, а потом побежала к железной дороге.
- Тебе там нечего было делать. - Вы только что ушли.
Они куда-то унесли Дрейка.
А страшный старик стал отмывать депо, где...
Довольно.
Ни к чему выставлять напоказ свои чувства,
даже если ты думаешь, что они у тебя есть.
- Отец. - Что еще?
- Ты злодей, ты чудовище! - Луиза!
Я сообщу об этом всему миру, даже если это единственное, что я когда-либо сделаю.
Завтра же... Завтра же я все расскажу.
Я знаю, кто ты. Я знаю все о тебе и твоих операциях!
Сейчас же иди спать.
- Не пойду, я расскажу! - Послушай, Луиза,
я не могу позволить своей дочери устраивать идиотский спектакль.
Ступай в свою комнату и не выходи из нее
без моего разрешения.
Я расскажу, расскажу, расскажу. Я расскажу всем!
С меня довольно истерик.
Если ты не прекратишь, мне придется сделать неприятную вещь.
- Что? - Если я услышу от тебя
еще хоть слово этого бреда,
я запру тебя в психушку.
Ты не посмеешь.
Мне достаточно пройти в зал, снять телефонную трубку
и ты окажешься за решеткой в течение часа.
- Я не сумасшедшая, тебе это известно. - Мне не известно ничего подобного.
Ты в самом деле можешь... В самом деле...
А что я должен делать, если ты швыряешься совершенно безумными обвинениями.
- Я пойду. - Так-то лучше.
И оставайся в своей комнате, пока я не сочту, что ты можешь выйти.
Да, сэр.
Вы справитесь час-другой до прихода ночной медсестры?
- Да, я знаю, что делать. - Тогда спокойной ночи.
Тебе нужно выйти на воздух.
Я должна быть здесь, когда он очнется.
Тогда хоть поужинай, дочка.
Вот, выпей кофе.
Ты не спишь третью ночь.
Он поправится. Врач обещал...
Я знаю, о чем ты думаешь.
Даже если он выздоровеет, как он будет жить дальше?
Прошу тебя, не надо об этом.
Послушай-ка, что я скажу.
Ты ведь хочешь, чтобы Дрейк остался?
Ты действительно этого хочешь, Рэнди?
- Рэнди. - Да, Тод?
Кажется, он приходит в себя.
Доктор велел сделать ему вечером еще один укол?
- Нет, я попробую с ним поговорить... - Рэнди хочет, чтобы Дрейк жил здесь.
Так это правильно.
Должен же кто-то ухаживать за ним.
Рэнди? В чем дело, сестренка?
У Дрейка нет денег. Почти нет, по крайней мере.
- Деньги? - Да, только несколько долларов.
Ну, они же нам не нужны, не так ли?
О, сестренка...
Рэнди! Рэнди!
Рэнди! Где же остальной я?
- Дрэйк. - Рэнди!
Да, Дрейк?
Это была случайность?
Да, дорогой, но не надо об этом сейчас.
Пэррис.
- Герр Митчелл. - Доктор Кандэлл посылал за мной.
Письмо для вас, нарочным. Я подумал, может быть, что-то важное.
Спасибо, Генрих.
Войдите.
- Добрый день, Митчелл. - Добрый день, сэр.
- Прошу прощения, письмо из дома. - Из дома?
Небольшой городок в Северной Америке, кажется.
Да, сэр.
- Прочтете? - О, нет, позже.
Митчелл, мне понравилась ваша работа.
Чтоб вы знали - вы лучший выпускник
за все последние годы.
В самом деле, сэр?
Мне есть, чем порадовать вас. По крайней мере, я надеюсь на это.
Я поговорил с коллегами.
Мы планируем расширить наш отдел психиатрических исследований.
И имеем удовольствие предложить вам стать его сотрудником.
Mнe?
Конечно, у вас есть время подумать.
- Нет, что вы, о чем тут думать! - Отлично.
Начинать придется сразу. Летом - крайний срок.
Сегодня можете праздновать.
Говорят, новая танцовщица в отеле "Крийон" просто божественна.
Дрейк.
Здесь только одна фраза.
"Будьте с Рэнди вместе, пока меня нет."
Да, я уже выучила ее наизусть.
Конечно, он не же знает, что у меня нет денег.
Лишь несколько сотен долларов от продажи дома.
И что?
О, ради всех святых, Рэнди. Я никогда не смогу больше зарабатывать.
Поэтому я думаю...
Ну... помнится, у тебя имелись кое-какие сбережения, так что...
Ну... я полагаю, найдутся дома, где тебя смогут принимать.
Дрейк МакХью.
Право же, Рэнди, со мной все будет в порядке.
И я лично за этим прослежу.
Послушай, Дрейк. Я не напрашивалась в твою жизнь, не так ли?
Нет.
Тогда ты понимаешь, что кое-что мне должен.
Конкретно ты.
- Дрейк, все хорошо? - Да.
Я просто не могу сообразить, чего ты от меня хочешь.
Я хочу, чтобы ты полностью доверился мне, хотя бы до тех пор, пока не встанешь...
Видишь ли, милая, я никогда не встану.
То, что случилось - ужасно. Но ты жив.
- Это большое утешение. - Ты жив, и я тебя люблю.
Я собираюсь кое-что тебе объяснить, но выслушай, пожалуйста, до конца.
Тогда можешь возражать, если захочешь, только позволь сначала мне.
Вот тут Пэррис написал в телеграмме:
"Будьте с Рэнди вместе, пока меня нет."
Правильный совет. Но я решила сделать это
задолго до случившегося.
Мне просто нужно было кое-что выяснить для себя.
Помнишь, ты однажды говорил со мной о женитьбе?
Я психанула тогда от обиды.
Я ведь знала, что ты на самом деле и не думал ни о чем таком до того момента.
Хотя обвинять тебя в этом было глупо.
Ты вообще о многом не думал в те дни.
А потом ты пришел сюда.
Тем утром, когда ты пришел просить Па помочь тебе с работой...
Так вот, именно тогда я решила, что выйду за тебя,
как только наступит подходящий момент.
Я была до глубины души убеждена, что хочу стать твоей женой.
Я знала, что хочу этого...
- Рэнди, ради всех святых... - Тише, ты обещал не перебивать.
В общем, я считаю, что сейчас момент вполне подходящий.
Мы поженимся, и тогда уж будем думать,
что делать потом.
- Рэнди... - Я не стану слушать.
Я напишу Пэррису и сообщу ему. Он будет рад, Дрейк.
Конечно, Рэнди, то, что случилось,
это ужасная трагедия.
Он ведь всегда так дорожил своей свободой и независимостью.
И ему будет казаться, да, наверное, уже кажется, что он потерял и то, и другое.
Твоя задача - вернуть их ему.
Тело можно восстановить довольно быстро.
Излечение рассудка
или того, что называется душой, занимает куда больше времени.
Психическая травма нанесла чудовищный удар по его гордости, по его стремлениям,
и мы обязательно должны сохранить их, если хотим сохранить Дрейка.
Когда я решил стать психиатром, я и не подозревал,
что свой первый рецепт мне придется выписывать
для моего любимого друга.
Как только он достаточно окрепнет,
он должен найти какой-то внешний интерес.
Какое-то дело, которое поможет ему вновь почувствовать себя самостоятельным
и заставит принимать собственные решения.
Комплекса неполноценности следует избегать любой ценой.
В идеале, он должен поверить, что способен сам зарабатывать на жизнь.
Тем более что он действительно может это делать.
Я написал в банк поручение передать вам
то небольшое имение Тауэров, которое было оставлено мне.
Используйте его, чтобы сделать первый шаг.
Все равно, что это будет - сдача в аренду недвижимости или разведение кур,
лишь бы это отвлекло его внимание от самого себя
и заставило осознать, что он по-прежнему что-то значит в этом мире.
К сожалению, сейчас я бессилен помочь.
Поэтому полагаюсь на тебя. Постарайся выполнять мои инструкции тщательно и точно.
Дорогой Пэррис.
Не знаю, что бы я делала без твоих регулярных писем.
Кажется, я только теперь начинаю понимать, чего ты пытаешься достичь.
С деньгами был просто ужасный момент.
Я пыталась подтолкнуть его к решению,
но ты же знаешь Дрейка, он такой гордец.
Если бы ты видел его упрямый подбородок, когда он говорит...
Мне не нужна благотворительность.
- Хорошо, дорогой. - Ты хочешь, чтобы я согласился?
Делай как знаешь, Дрейк.
Женщины не имеют никакого понятия о деньгах.
Но, конечно, мне бы не хотелось, чтоб ты обижал Пэрриса.
В каком смысле?
Ну, он пошел навстречу твоим проблемам.
Уверена, ты сделал бы то же самое для него.
Однако, думаю, тебе было бы неприятно, если бы он просто взял у тебя деньги,
без намерения когда-либо вернуть долг.
Но в том-то и дело. Как я смогу вернуть ему?
- Или считаешь, мне следует научиться рукоделию? - Не шути так.
Но если я больше ни на что не способен...
У тебя все еще есть мозги, Дрейк.
Нет, не отворачивайся к стене. Посмотри на меня.
Ты мой муж, и я люблю тебя. И ты лучший мужчина, чем большинство мне известных.
Взять хоть Пейтона Грейвса, к примеру. Надувается как индюк, только от того,
что удачлив в сделках с недвижимостью.
Слушай!..
Нет, наверное, не получится.
Не получится что?
Эта земля вниз по ручью так тебя очаровывала.
О, я не знаю, почему не должно получиться.
У тебя есть мозги.
Конечно, тебе придется объяснять мне, что делать, ведь я всего лишь женщина.
- Думаешь, стоит попробовать? - Ты хозяин.
Ну, давай, Дрейк. Мы сможем сделать это вместе.
Мы обычная молодая пара.
Многие начинали на заемные деньги.
Разве старина Пэррис не удивится, если, вернувшись домой,
обнаружит у нас выстроенный бизнес?
Его капитал удвоится, а может, и утроится...
Эй, полегче!
Он не будет стыдится меня, не так ли?
- Пэррис? - Он бы гордился мной, разве нет, Рэнди?
Конечно.
Он бы чертовски гордился мной.
Пэррис, мой мальчик. Пэррис.
- Здравствуйте, сэр. - Так, так, наконец-то дома, да?
Никого еще мне не было столь же приятно видеть.
Вы отлично выглядите, сэр.
Ты не изменился. Просто вырос немного.
Ну, пошли, экипаж давно ждет.
Не возражаете, если я не поеду прямо сейчас, сэр? Мне нужно повидать Дрейка.
- Вы понимаете? - О, конечно, конечно.
- Дай мне саквояж. - Хорошо.
Приходи в контору, когда освободишься.
- Пэррис! - Рэнди!
- Рэнди. - О, Пэррис, я так счастлива!
Как он? Как он, говори!
О, я не знаю... лучше. Я думаю, что лучше.
Я старалась, Пэррис. Но теперь ты здесь.
Рэнди.
Ах, скорей, Дрейк сойдет с ума от радости.
- Смотри. Смотри, кто здесь. - Дрейк.
Мария, Пресвятая Богородица.
Ну, и как тебе твой старый город?
Не знаю, неплохо.
Конечно, после Вены и Парижа, немного странно.
Да уж, надо думать.
Это же глухая провинциальная дыра.
Население: 5000 баранов, считая меня.
Пока есть вы, и такие как вы, с Кингс Роу все будет в порядке.
Не стану больше отнимать у вас время, сэр.
И если вы скажите, где моя сумка, я пойду в гостиницу.
А ты зметил что-нибудь, когда шел по коридору?
Что-нибудь новенькое?
- Не думаю. - Так даже лучше, а?
Получится сюрприз.
Уж вы задержитесь и посмотрите, сэр.
Отремонтируем и обставим так, чтобы ты чувствовал себя здесь как дома.
- Нравится? - Это очень мило, сэр...
Мне кажется или ты не слишком доволен?
Только не говори, что это хуже, чем в Европе.
Нет, нет, сэр. Просто...
Благодарю вас за хлопоты,
но я не думаю, что поселюсь здесь.
Не навсегда, в смысле.
Не останешься в Кингс Роу? Почему?
Видите ли, мне предложили должность при медицинской школе в Вене.
Редчайшая возможность.
Я взял отпуск и приехал домой
только из-за Дрейка.
Как только я буду уверен, что с ним все в порядке, я уеду обратно.
О, это страшный удар, Пэррис. Я рассчитывал на...
Нам очень нужен новый врач, теперь, когда умер доктор Гордон.
Доктор Гордон умер?
Не слыхал? Схоронили еще в прошлом месяце.
Сердце, полагаю.
Газеты, должно быть, миновали меня в дороге.
Да, сэр, он мертвее, чем дверной гвоздь.
Кто из вас, джентльмены, доктор Митчелл?
Вероятно, не вы, полковник Скеффингтон. Стало быть, это письмо для вас.
- Гениальное умозаключение, Дейзи. - Спасибо, Дейзи.
Добро пожаловать. Вы теперь доктор.
Малыш Пэррис Митчелл, ну вы подумайте!
- Миссис Генри Гордон. - Воображаю себе.
Гордонов в последнее время почти не видно. Луизы - так совсем.
Она даже не была на похоронах своего отца.
- Она... - Я буду у себя.
Приходи ко мне, когда сможешь. Поболтаем.
Спасибо, приду.
Доктор Митчелл, вероятно, вас удивило мое приглашение.
Однако мне кажется, что я могу доверять вам,
поскольку вы дружили с Луизой.
Я прошла через такие муки после смерти моего супруга.
Луиза заболела?
Боюсь, у нее помутился рассудок.
Когда с Дрейком МакХью случился этот инцидент,
Луиза устроила отцу ужасную сцену.
А вскоре после того
до нас дошли странные слухи, будто бы Дрейк женился на этой...
Мисс Манэхэн прекрасно заботиться о нем, миссис Гордон.
- Правда? - Да.
Что ж, это ведь замечательно?
Но с того дня Луиза отказалась покидать свою комнату.
Она ни с кем не говорила, ничем не занималась, просто сидела там.
Потом скончался доктор Гордон.
Я скажу вам страшную вещь.
Когда...
Когда мой дорогой супруг лежал здесь, в этом зале,
Луиза спустилась вниз.
Я пришла через несколько минут, и увидела...
Да, миссис Гордон? Попробуйте говорить спокойно.
Я увидела, что она стоит возле умершего отца и проклинает его.
Доктор Митчелл, поймите отчаянье матери.
Я не могу допустить, чтоб моя дочь порочила память о великом человеке.
Я знаю, чему вы учились в Вене.
Здесь нет больше ни одного медика, кто разбирался бы в подобных вещах.
Никого, к кому бы я еще могла обратиться.
Можете ли вы помочь мне? И успокоить ее?
- Где она? - Я провожу вас.
Я привела к тебе давнего друга, дочка, Пэрриса Митчелла.
Он теперь доктор Митчелл, он пришел повидать тебя.
Здравствуй, Луиза.
- Пэррис? - Да.
Пэррис Митчелл.
Как хорошо увидеться снова. Мы так давно...
Да, давно.
Уйди.
- Ты теперь доктор. - Да.
- Я не сумасшедшая, Пэррис. - Конечно, нет.
Она так думает.
- Как ни странно, но я не сумасшедшая. - Я знаю, Луиза.
- Ты видел Дрейка? - Да.
Как он?
- Ну, как он может быть. - Он женился на ней.
Ему просто нравилась ее покладистость. Он всегда таскался с такими.
Она ухаживает за ним, Луиза. За ним нужно ухаживать, ты же понимаешь.
- Мой отец ампутировал ему ноги, Пэррис. - Да, я знаю.
Я была там.
- Где ты была? - Я пришла слишком поздно. Если бы я не опоздала...
Я не сумасшедшая, Пэррис.
Конечно, Луиза.
Ты должен знать.
Отцу тогда помогал один человек. Ему тоже известно.
Необходимости не было. Отец сделал это специально.
Видишь? Ты тоже считаешь меня сумасшедшей.
Но ты понимаешь, что говоришь? Это ужасное обвинение.
Поверь мне, я держала в руках список.
Он всегда рассказывал о своих операциях, в отличие от других врачей.
Он считал, что это его миссия - карать за грехи.
Он был фанатиком, как и моя мать, он все обсуждал с ней.
- Она тоже знала. - Он твой отец!
Мой отец.
Всякий раз он заявлял, что у пациента больное сердце и оно не выдержит хлороформа.
Но их сердца не были больны, они просто разрывались на куски.
А с Дрейком была двойная причина. Отец ненавидел его и мстил за меня.
Пэррис, ты думаешь, я безумна?
Нет, Луиза, уверен, что нет.
Я хочу все сделать, как надо.
Сперва собрать все доказательства...
Но твой отец умер, все уже кончено.
Я хочу, чтобы все узнали.
Я хочу уничтожить саму память о нем!
А ты подумала, что можешь сделать только хуже?
Хотя бы тем, кого любишь. Ты ведь любишь Дрейка.
Мало того, что он искалечен,
но если выяснится, что без нужды...
- Он женился на ней! - Постарайся успокоиться.
Пэррис, ты мне поможешь?
Да, Луиза, я помогу тебе всем, чем могу.
- С чего мы начнем? - Начнем?
Для начала мы не скажем никому ни слова. Временно.
Мы будем хранить тайну, пока не убедимся.
Я буду приходить и говорить с тобой, каждый раз, когда ты пожелаешь.
Но если ты хочешь, чтобы я помог тебе, ты должна доверить мне контроль над ситуацией.
Ты сделаешь это, Луиза?
Может быть.
- Временно. - Вот и отлично.
Давай теперь поговорим о другом.
Я читал одну книгу, тебе бы она могла понравиться...
Как вы считаете, у обвинений Луизы
могут быть хоть малейшие основания?
- Да. - Но человек, врач...
Я не говорю, что это правда. Я говорю, что это возможно.
Истории медицины известны хирурги-садисты.
Их немного, слава Богу. Один на миллион.
Думаю, ты в шоке от того, что такие вещи могли происходить здесь, в Кингс Роу.
Ты не был бы так поражен, если бы услышал, что подобное совершается
где-нибудь в европейской провинции.
Я в шоке из-за Дрейка.
Сынок, мужчины часто убивают мужчин ради дочерей Евы.
Убивают.
Пэррис, я думаю, тебе лучше бросить этот случай с Гордонами.
- Я не могу. - Почему?
- Луиза не сумасшедшая. - Значит, ей не нужна твоя помощь.
Но если я не помогу ей, она сойдет с ума.
Я уже перепробовал все, что знаю. Беседы, книги, музыку.
Уверяю вас, она сойдет с ума, если не реализует навязчивую идею
и не расскажет все, что знает.
Полагаешь, будет лучше, если позволить ей устроить скандал?
- Хочешь разумный совет, сынок? - Да, сэр.
Уезжай из этого города. Теперь же. Пока еще не слишком увяз.
- Но вы же сами говорили... - Я передумал.
У тебя золотой шанс в Вене, воспользуйся им.
Я не могу уехать, не разобравшись с этим случаем.
Переходя от случая к случаю, ты застрянешь здесь на всю жизнь.
И не говори, что с тебя будет довольно и этого.
Я не рассчитывал вновь увидеть Кингс Роу.
Но здесь...
Не знаю. Здесь я вырос.
Я любил бродить по окрестностям и просто смотреть.
На каждый листик и веточку.
Если бы я мог и теперь...
Так ведь можешь?
Боюсь привидений и воспоминаний. Людей, которых я любил.
Бабушка. Доктор Тауэр.
Кассандра.
Особые места. Ступеньки и пруд, мой дом...
- Не бывал там, как вернулся? - Еле держусь, чтобы не увидеть его.
Я думал, прогонять призраков из людского сознания - твое непосредственное занятие.
- Что? - Мне уже пора бежать.
- Подождите. Полковник! - Счастливо, сынок.
Кэсси!
Здравствуйте.
Не уходите.
Я не хотел помешать. Видите ли, я Пэррис Митчелл...
Доктор Митчелл, виртуоз фортепиано?
Мне еще никто не давал подобного определения.
- Профессор Бердофф часто рассказывает о вас. - Вы берете у него уроки?
- Да, немного. - Но он говорил мне, что у него учатся одни тупицы.
- Я и есть тупица. - Не может быть.
Откуда вы знаете? Профессор сказал, что вы гений.
Это не так. У вас легкий акцент. Вы из Европы?
- Из Вены. - Я изучал медицину в Вене.
Я знаю.
- Вы все знаете, правда? - Люди говорят.
Я Элиза Шандор. Мой отец руководит опытной станцией.
Разумеется, вы пришли посмотреть на свой дом. Мы вас ждали.
Я прежде всегда так ходил: через ограду, по бревнам - к пруду.
Пруд - особенное место.
Для меня тоже. Хотите, спустимся к нему поближе?
Если вы не против.
Почему же против? Я ведь сама предложила.
- Вы давно здесь живете? - Почти два года.
Так долго? Я и не знал, мисс Шандор.
Все зовут меня Элизой. Я еще не привыкла к "мисс".
- Сколько вам лет? Если не секрет? - Девятнадцать.
- Вы еще совсем ребенок. - Не думаю.
Хотя, наверное, нет.
Разве вы считали себя ребенком, когда вам было девятнадцать?
Нет.
Когда вы увидели меня, то окликнули. Почему?
Я был поражен тем, как вы, сидя здесь, похожи...
На некую Кэсси?
Совсем немного, но - да. На девочку, с которой я играл когда-то.
- На вашу возлюбленную? - Да.
Мы часто купались здесь.
Хотя и знали, что нам не позволено.
Вы имеете в виду... Ах, вы, непослушные детишки!
- Это было давно. - Где она теперь?
Она умерла.
- Мне очень жаль. - Нет, все в порядке. Сейчас я уже могу думать об этом.
Хотите подумать еще или зайдете в дом?
Я немного робею.
Понимаете?
Пойдемте. Я провожу вас.
Все осталось прежним?
Да, почти таким, каким было, когда я возвращался из школы.
Немного поменьше, но этого следовало ожидать.
Отец.
К нам гость.
Это доктор Митчелл.
Только представь!
Как поживаете, сэр?
Рад приветствовать вас, доктор Митчелл.
Вероятно, вы сочтете дерзостью
перестановку в этой комнате.
- Мы непочтительны. - Вовсе нет, сэр.
Мне кажется... Да, у нас пианино стояло здесь,
но все равно, как будто вернулся домой.
Вы останетесь на обед? Это же возможно, отец?
- Конечно. - Спорю, что у вас есть горничная по имени Анна.
Вы вовсе не тупица.
- Правда? - Правда.
Просто кое-что делаете не совсем верно. Хотите, покажу?
Вы? Но этот визит... Лучше в следующий раз.
Нет, нет. Давайте сейчас.
Я не учитель, но могу посоветовать некоторые приемы.
- Будем практиковаться? - Шесть часов в день, если скажете.
Боже мой, нет. Сейчас.
Вступление.
Ваш звук тускловат.
Видите?
Ох, я не заметил. Уже одиннадцать!
- Отец, как не стыдно. - Прошу извинить.
Что?
Так рано уходите, доктор Митчелл?
Я ухожу, но, боюсь, совсем не рано. Спокойной ночи, сэр.
Приходите почаще, если дочь не утомила вас.
- Она? - Ей иногда одиноко.
Поэтому слишком много болтает, едва находит слушателя.
Вы чувствуете, что этот дом снова чуточку ваш?
Она говорит искренне, доктор. И я тоже.
Вам всегда есть место в этом доме.
Знайте, вы можете приходить, отдыхать,
оставаться на выходные. Если пожелаете.
- Благодарю вас, сэр. - А где была ваша комната?
Северо-западный угол дома.
Сейчас это моя комната. Она мне нравится. Кровать стоит возле большого окна.
И моя так стояла.
Я рад, что это теперь ваша комната.
И я рад, что вы здесь живете.
Спокойной ночи. Это был замечательный вечер.
- Вы будете часто приходить? - Да.
Можете быть уверены. Спокойной ночи.
Видишь те, что помечены красным?
Они все проданы. Все номера с одного участка.
- Двадцать четыре лота. - Это здорово.
Большую часть выкупают рабочие с карьера.
Цены низкие, и их заработка хватает на оплату кредита.
- Казначей, покажи ему цифры. - Я только что закончила.
Вот, что мы имеем на сегодняшний день.
Половина твоя, конечно.
Я так и вижу, как мы становимся мерзкими старыми богатеями.
Неплохо для девушки и прикованного к постели калеки.
Это чудесно, ребята. Я восторге.
Знаете, что вам нужно сделать, когда начнете новый участок?
Вам нужно сохранить несколько лотов для себя и переехать в новый дом.
Как тебе идея, Рэнди?
На это стоит лишь надеятся. Мы же можем, Дрейк?
- Рэнди ... - Да, солнышко, что такое?
Рэнди, послушай. Я хочу, чтобы ты пообещала мне одну вещь.
Я обещаю тебе все, что угодно.
Тогда обещай, что мне не придется покидать этот дом, пока я не умру.
- О, Дрейк, как глупо. - Обещай мне.
Конечно, обещаю, если ты хочешь.
Забудь, Дрейк. Это была просто мысль.
- Извини. - Вы и здесь отлично устроились. Забудь.
Ну, мне пора. Меня ждут пациенты.
Ты слышал, Дрейк? У него пациенты.
О, да, множество. Двое с простудой и пара близнецов на прошлой неделе.
Я же говорил, что он прославится.
Я провожу. С тобой все будет хорошо, Дрейк?
- Конечно, а как ты думаешь? - До скорой встречи, плутократ.
Пока, док.
Тебя не затруднит налить мне чашечку кофе?
Хочу поговорить с тобой минутку.
- Дрейк... - Он в порядке.
Нам следует ожидать подобных вспышек время от времени.
Здравствуйте, папа, Тод.
- Здравствуйте, доктор. - Вы застукали нас.
- У Пэрриса ко мне разговор, Па. - О, да.
Мы перейдем в гостиную.
- Простите, что выгоняем. - Да ладно, не страшно.
- Свежий не обязательно. - Мне не трудно.
Это нехорошо, что его все время тянет забиться в угол.
Я пыталась заставить его перебраться хотя бы на первый этаж.
Я знаю, что ему там плохо. Он видит поезда и слышит их.
Иногда у него кошмары.
Он просыпается среди ночи, кричит.
Он не станет прежним, пока не будет чувствовать себя так же свободно, как любой из нас.
Тод как-то подарил ему инвалидную коляску.
Так он убил бы его, если б смог. А ведь он любит Тода.
Мы будем искать выход.
Но мы уже выиграли половину очень щекотливого боя.
Конечно, выйдя за него замуж, ты сделала больше, чем кто-либо.
Я не говорил тебе раньше, но думаю, что это было благородно с твоей стороны.
- Я пошла за Дрейка из жалости, Пэррис. - Я знаю.
Я никогда не любила прежде.
Даже в школе я никогда не увлекалась мальчишками.
Иногда они мне нравились. Иногда они говорили мне сальности.
Но чаще они относились ко мне как к одной из них.
А в тот день, когда я встретила Дрейка на станции...
Он просто занял то место в моем сердце,
что всегда ждало его.
Дрейк. Ах, Пэррис!
Высокий, смешливый, задиравший нос...
После несчастного случая, я должна была ответить самой себе на очень важный вопрос.
Я любила Дрейка целиком. Что же теперь?
Что от него осталось?
Я действительно боялась, что стану любить его меньше. Что стану
испытывать к нему физическое отвращение.
Этот вопрос буквально смотрел мне в глаза.
Потом в одном из твоих писем встретилась фраза:
"Нужно помнить, что у Дрейка теперь совсем другая жизнь,
что все его отношения с ней, и все в нем самом изменилось".
Я поняла, что это применительно и ко мне.
Глава легкомысленной юности закрылась,
а вместе с ней закрылись все вопросы.
Я поняла, что люблю его не меньше.
Только по-другому.
Сильной, новой, спокойной любовью,
которая полностью сменила прежнюю страсть и которая будет длиться вечно.
Рэнди, ты удивительно мудрая.
Кофе кипит.
Вы не можете его увидеть. Его нельзя видеть никому.
- Можно! Мне можно! - Что такое?
Луиза! Зачем ты пришла сюда?
Ты говорил, что поможешь мне, но ничего не сделал. Ты меня обманул.
- Я сама скажу Дрейку. Мне поможет он! - Да в чем дело?
Это та, на которой он женился!
Послушай меня, Луиза. Возьми себя в руки.
- Ты не должна видеть Дрейка. Дрейк болен. - Ты говорил, что поможешь мне.
Я говорил, и я хочу помочь, но не смогу, если ты не станешь выполнять моих указаний. Вернись домой.
- Па, вы проводите ее? - Конечно.
- Ты правда мне поможешь? - Да, Луиза,
но позволь мне сделать это по-своему.
Иди сейчас домой с мистером Манэхэном, а я вечером зайду к вам.
- Ты сделаешь это? - Да, Пэррис.
Пэррис, чего хочет эта несчастная?
Я лечил ее. Ее мать посылала за мной.
Это в нее Дрейк был влюблен когда-то?
Еще до того, как я уехал в Европу, Рэнди.
Думаю, ты должна знать.
У Луизы своего рода нервное расстройство.
Она вбила себе в голову, что ее отец...
Что ее отец иногда проводил ненужные операции.
- Дрейк! - Ты не должна, Рэнди!
- Ты не должна позволять себе думать... - Пэррис, доктор Гордон это сделал?
- Я не знаю. - Знаешь, но не говоришь.
- Я не знаю. - Я мог бы рассказать кое-что.
Я никогда не говорил об этом раньше. Может быть, не следует и сейчас.
Полагаю, нам лучше знать, следует или нет.
- Я был там в ту ночь. - Да, я знаю.
И слышал, что сказал Сэм Уинтерс. Он помогал доктору.
Это заставило меня задуматься. Он сказал...
Ну же, Тод!
- Дрейк не попал под поезд, Пэррис. - Что ты несешь?
Нет, в самом деле.
Когда на него упали те плиты, он оказался между двух вагонов.
Насколько я знаю, его... как бы поточнее выразиться... зажало над колесами,
а не под ними.
Что именно сказал Сэм Уинтерс, Toд?
Он сказал... Я помню только отдельные слова.
Он сказал: "Я осмотрел его ноги, и кости ни одной из них
не раздроблены."
Тогда это правда!
Прекрати, Рэнди. Прекрати. Мы все равно не можем знать точно.
Сэм Уинтерс не профессиональный свидетель.
Его слова ничего не значат.
Я знаю, что ты чувствуешь, Рэнди, но у нас все еще есть Дрейк.
Дрейк жив. И это единственное, что важно.
- Когда он узнает... - Он никогда не узнает.
Он может. Она придет сюда опять... или кто-то другой.
Такие новости всегда отираются возле порога. Что тогда?
Если Дрейк убедит себя, что его трагедия
вовсе не несчастный случай...
Что будет?
Боюсь, здание, которое мы возвели для него, окончательно рухнет.
И на этот раз мы вряд ли сможем вернуть его. Он уйдет насовсем.
Луизу нужно заставить молчать, Пэррис.
Я могу заставить ее замолчать, Рэнди.
Ее можно поместить в сумасшедший дом. Ее мать сама этого хочет.
Я могу...
Всякий раз, когда что-то оказывалось слишком сложным для меня,
я бежал за советом к бабушке.
И что она говорила, Пэррис?
Она говорила: "Никто не может решить, что правильно и что неправильно,
кроме тебя самого".
Должно быть, она была очень мудрой леди.
Все неправильно, все ужасно неправильно.
Могу ли я повергнуть Луизу Гордон в мир бесконечного кошмара?
Или пусть ее мать сама осуществляет этот план, который вполне совпадает с моими намерениями?
Ты не можешь.
Но как мне освободить от нее Дрейка, не уничтожив?
Это несправедливо, что тебе приходится решать подобные вопросы.
Я знаю, что я могу сделать.
Я могу сесть на поезд, а затем на пароход.
Поедешь со мной в Вену, Элиза?
- Пэррис. - Ты меня поняла.
Да, Пэррис. Я поеду с тобой куда угодно.
Но при этом не будешь гордиться мной.
Правда?
Пэррис, я так надеялась...
На очень разные вещи.
С тех пор как впервые увидела тебя,
и до этой самой минуты.
Я надеялась, что когда-нибудь ты скажешь мне слова,
которые сказал сейчас.
И я надеялась, что ты не захочешь возвращаться в Вену, а останешься здесь.
Будешь работать здесь.
Я не останусь. Я не смогу.
А в Вене - сможешь?
Наверное, ты права.
Наверное, мне следует отказаться от попыток стать врачом.
Это ребячество, недостойное тебя.
Если бы я видел хоть какой-то выход...
Пэррис,
ты уверен, что нашел правильное лечение для Дрейка?
Если я не могу вылечить своего лучшего друга...
В том-то и дело. Он твой лучший друг.
Может быть, ты слишком стараешься его щадить?
Это естественно.
Но если представить, что он просто больной.
Представить так их обоих - его и Луизу Гордон.
Тогда бы ты знал, что делать?
Если бы они не были людьми, которых ты любишь или просто знаешь.
Не говори больше ничего.
Элиза, подождешь меня здесь? Прямо здесь, недолго.
Конечно, но зачем?
Я собираюсь попробовать сделать то, что ты сказала.
И если я не вернусь, значит, мне не удалось.
Пэррис, не ходи!
"Новый прорыв в передаче новостей
связывают с использованием беспроволочного телеграфа..."
В чем дело, малыш?
- Держись за свою челюсть, Дрейк. - Зачем?
Тебе предстоит худшая трепка из всех, тобой виданных.
- Да? И от кого? - От меня.
Начало веселое.
Речь о тебе, Луизе Гордон и ее отце.
- Пэррис. - Луиза была здесь сегодня.
Она рвалась рассказать, а я не позволил.
- Пэррис, не смей. Ты же сам говорил... - Я только что вернулся от Гордонов.
Я отправил Луизу рассказывать всем, кому она пожелает,
но право сообщить тебе я сохранил для себя.
Я не позволю, Пэррис! Умоляю, если у тебя есть сердце!
Я не твой друг, а ты не мой. Я твой врач, а ты мой пациент.
Сейчас ты находишься в операционной,
и в моих руках скальпель, который либо излечит тебя,
либо убьет.
Что все это значит, малыш?
Моя бабушка говорила:
"Некоторые люди взрослеют, а некоторые просто стареют".
Настало время выяснить, кто мы есть.
Врач ли я, и мужчина ли ты.
Ты понимаешь, что я имею в виду под словом "мужчина", Дрейк.
Есть такое стихотворение...
Не уверен, что помню дословно...
"Пусть ночь, которая меня накрыла,
Черна, как ад, от края и до края -
Я радуюсь всему, что боги могут Дать в испытанье для души моей.
Упав в тиски ужасных обстоятельств, Не дрогну я, не запрошу пощады.
Воскликну лишь: "Благословляю случай! Я окровавлен, но не покорён".
Не знаю, сможешь ли ты принять это, Дрейк.
Выкладывай.
Не уверен, что ампутация, которую провел доктор Гордон, была необходима.
Он был из тех мясников,
кто считает, что рукоположен свыше наказывать грешников.
В отношении тебя он имел двойной стимул: Луиза и...
и Бог знает, что еще.
Закоулки человеческого разума полны странных теней,
но речь сейчас не об этом.
Он хотел тебя уничтожить. Ну, не в прямом смысле...
Он хотел уничтожить того Дрейка МакХью, которым ты был.
Хотел увидеть, как ты превратишься в инвалида -
физического и морального.
Это все, Дрейк.
Теперь можешь отвернуться к стене.
Это пикантно, правда?
Значит, Гордон думал, что моя жизнь заключена в ногах?
Неужели он считал, что они и были Дрейком МакХью?
Напрасно изливаешься поэзией, Пэррис. Я никогда не видел в поэзии никакой пользы.
Дрейк, Дрейк!
Ты, кажется, хотела построить новый дом, милая?
Мы переедем в него средь бела дня.
И пригласим целую кучу народа.
И, ради всех святых, давай начинать! Ты же видишь - я волнуюсь!
Русские субтитры - Рина Дзене. Особая благодарность за помощь форуму сайта http://subtitry.ru/