Представьтесь для протокола.
Джудалон Смит.
Дэ-же-у-дэ-а-эл-о-эн Смит. Эс-эм-и-тэ.
Я владею компанией по тиражированию кассет,
продаю кристаллы и камни, консультирую, как их подбирать,
а также выпускаю рассылку для коллекционеров кукол.
Имею двух кошек — Шанти Оз и Иши Китти.
Как вы познакомились с Л. Джеромом Озилом?
Я размножала несколько кассет с записями семинаров об отношениях
и захотела пойти на такой.
В конце рекомендовалось связаться с Институтом фобий Беверли-Хиллз,
и мне ответил доктор Озил.
Он сказал, что мне нужен не семинар, а индивидуальная терапия.
И ваши отношения переросли в сексуальные?
Они переросли в изнасилование, промывание мозгов, гипноз...
- Протестую. - Принято.
...насилие физическое, психическое, похищение.
- Протестую. - Принято.
- Мисс Смит. - Ага. Вау. Я же говорю!
Простите, можете повторить вопрос?
Он посадил меня на «Ксанакс» и «Прозак».
А перед первым сексом заставил меня сдать тест на СПИД.
Он всё обещал, что разведется через семь месяцев.
А спустя семь месяцев
говорил, что разведется еще через семь месяцев.
Простите, а правильно Ме́нендес или Мене́ндес?
Всё это время у Джерри была недействительная лицензия.
- Ему нельзя было вести прием. - Протестую.
Он использовал пациентов как бесплатную рабсилу.
- Протестую. - Я была его секс-рабыней.
Протестую.
И против чего же вы протестуете?
Против запихивания в рот лекарств?
А ведь я тоже протестовала.
Принято, мисс Смит.
Простите, я просто отвечала на вопрос.
- Она же чертова звезда. - Знаю.
Она выиграет для нас этот суд.
- Мисс Смит, вы знаете, что это? - Да.
Это расписка на 500 половых актов, которые я должна была совершить с ним.
И вы подписали это?
Да, а мои кошки засвидетельствовали.
Вот их милые лапки.
Вот так.
Когда вы начали записывать доктора Озила?
Сначала это делал мой автоответчик.
Просто записывал людей. Словно у него была собственная воля.
Алло? Ты еще тут?
Боже мой. Кажется, он нас записывает.
Но потом, так как у меня были устройства для бизнеса,
да, я начала его записывать.
Я... О да.
Я увеличу тебе дозу «Прозака», потому что я — сгусток пламенной любви.
Это он пародирует Элвиса.
Порой, когда мы целуемся, меня аж распирает от чувств.
И мне хочется взять тебя на полу в кухне.
Это любовный стих.
По крайней мере, он так считает.
Мне нравится.
Мне очень нравится, доктор Папочка.
Я часто говорила с ним детским голосом.
Мисс Смит, расскажете нам о том Хэллоуине?
Когда Л. Джером Озил утверждал, что Эрик ему сознался?
Он знал, что я хочу его бросить,
и использовал Лайла и Эрика, чтоб заманить меня к себе.
Джудалон! Я серьезно.
Он едет сюда, и мне страшно. Мне нужна твоя помощь.
Что?
Я захватила заряженный пистолет. Одолжила его у соседа.
А вы слышали, о чём они говорили в кабинете?
Нет, только то, как плакал Эрик и кричал Лайл.
Значит, вы не слышали, как они угрожали Л. Джерому Озилу?
Нет. Я лишь слышала, как Лайл сказал...
Гавайи, да?
Желаю хорошо провести время, куда бы вы ни поехали.
Иначе быть не может.
Всего доброго, доктор Озил.
«Всего доброго, доктор Озил».
Верно. И после их ухода Джерри не был напуган.
На кону 14 миллионов.
Джудалон!
Я могу помочь им инвестировать их.
Да, «АвтоМакс» — моя компания, но, кроме того, и отличная инвестиция.
А после — темнота.
Прекрати!
Нет!
Вот так.
Глотай.
Но в целом состояние стабилизировалось?
Да.
Это уже не первая ее попытка.
Но я ее врач.
Я сам о ней позабочусь.
Нет.
Если попытаешься меня бросить, я упеку тебя в дурку.
Он внушал мне, что Эрик придет за мной.
И мне снились кошмары.
Он всё твердил, что Китти нашли
со свисающим из глазницы глазом, и так без конца.
Заверял, что моя мама — ведьма, которая хочет меня отравить.
Он использовал слово «шипы», чтобы загипнотизировать меня.
Всякий раз, когда он говорил «шипы», я отключалась.
Он насиловал меня.
Два раза изнасиловал.
Л. Джерома Озила обвиняли в изнасиловании других пациентов?
- Протестую. Это не относится к делу. - Еще как относится.
Что он занимался с ними сексом,
давал им лекарства без рецепта.
- Протестую. - Принято.
Что просил называть его доктором Папочкой.
Я сказал «принято».
- Удалите это из протокола. - Удаляйте.
Вы обратились в полицию из соображений безопасности?
За защитой от мужчины, что насиловал вас и мог вас убить?
- Да. - К чему это, адвокат?
- И что они сделали? - Ничегошеньки.
Мисс Смит, вы влюблены в доктора Озила?
Господи, нет.
Вы это сделали не потому,
что он не разводился и не хотел иметь от вас детей?
Я не хотела детей, похожих на него.
Спасибо, мисс Смит. У меня больше нет вопросов.
Прервемся на обед. Продолжим в 13:30.
Присяжные, напоминаю: вам нельзя совещаться или обсуждать дело.
Ты ощутил это?
Нет. Что ощутил?
Четырнадцать миллионов, бро.
А я-то думал, будет около 30.
Рассчитывал, что за дом мы получим хотя бы 30,
но предположим, что 14.
- А еще гонорары адвокатов. - Ладно, 13.
Просто я себе всё так обрисовал,
знал же, что будет по-нашему,
и продумал до мелочей. «Мистера Баффало», книгу.
А еще будет фильм.
Ты в курсе, да?
Эрик, о нас снимут долбаный фильм.
Э!
- Кто нас сыграет? - Не знаю.
Нам надо определиться, как мы будем принимать такие решения.
Хорошо, да.
Задумайся о своей мечте, чувак.
Чем после всего хочешь заняться, ведь мы уже почти у цели.
У нас, елы-палы, получилось.
И где все эти ублюдки, обзывающие нас маньяками, как Джеффри Дамер?
Его кузенами.
Путь утрутся.
Брайан Босворт был бы клевым Лайлом.
А тебя мог бы сыграть Роб Лоу.
Он секси.
Устроим ему прослушивание.
МОНСТРЫ: ИСТОРИЯ БРАТЬЕВ МЕНЕНДЕС
Что это было?
- Что за... - Ты слышал?
17 ЯНВАРЯ 1994 Г.
Откройте двери!
Лайл!
Хватит.
Алло. Соедините с мужской тюрьмой Лос-Анджелеса.
Лесли, пахнет газом. Пойдем.
Просто скажите, не обрушилось ли здание.
Лесли, пошли.
Я хочу знать, уцелело ли здание.
- Положи трубку. Пошли! - Вы можете сказать?
Черт.
- Лесли, я как раз говорила с Лайлом. - Слава богу. Ты прошла?
Он в порядке. Они оба. Всё трясется, но они в норме.
Никак не закончится.
Как у вас... Ты живешь в Вествуде?
В Чевиот-Хиллз, у нас новый дом.
Но я думала, он рухнет.
Вайсберг передал,
что здесь будет небезопасно продолжать.
Он ищет другие варианты. Может, перейдем в зал в центре.
Ну, хоть Эрику и Лайлу будет легче добираться.
Малкович, чувак. Гребаный Джон Малкович.
Он сыграл меня в «Субботнем шоу».
Норма видела, сказала, было охрененно. Мы пипец как знамениты.
И дело не в суде, а в нас.
Наши рейтинги зашкаливают. Мы в топе, Эрик.
Если что, можешь плакать, когда возьмешь слово.
Ага.
Блин...
Кому я это втираю? Это же ты у нас актер и сценарист.
Не то чтобы ты играл...
Нет. Но я понимаю, о чём ты.
Я имею в виду лимон, корицу.
Это нормально — проявлять эмоции и всякое такое.
Лайл, я справлюсь.
Ты освободишь нас.
Назовите свое имя.
Эрик Гейлен Менендес. Эм-е-эн-е-эн-дэ-е-эс.
Мистер Менендес, вы знаете об особенностях этого микрофона?
Что?
Если подойти близко, он хлопает, а если отойти, вас не будет слышно.
Да, точно.
Ладно. Тогда постарайтесь соблюсти золотую середину.
Ладно.
Слегка придвиньтесь.
- Так. Это чересчур, Эрик. - Ладно.
- Просто... - Ага.
Да. Вот так.
Хорошо.
Ну же, Эрик. Давай.
Просто... Мне казалось, что я не важен.
У вас хлопает микрофон.
Я подумал, что он меня накажет, потому что когда...
Эрик, отодвиньтесь. Микрофон хлопает.
Она записывала звонки, прослушивала телефон...
Отодвиньтесь от микрофона.
Она прослушивала мой телефон.
Ну, она добавляла... Подсыпала...
- Просто микрофон низкий. - Ясно.
Помощник Вульф, можно ли отрегулировать микрофон?
А вы можете откинуться в кресле?
На спинку.
Так и сидите.
Хорошо?
Ладно. Продолжим.
В шкафу был лоток для еды.
Он всё запорет. Еще и выглядит как псих.
Между чем и чем?
Между моей спальней и спальней моих родителей.
Отодвиньтесь от микрофона.
Отсядьте от микрофона. Вот так. Отодвиньтесь.
Иначе микрофон хлопает.
Прижмитесь спиной к спинке кресла.
Так и сидите. Хорошо?
Вам было 11?
Мне было 11.
Вы говорите не в микрофон.
Повернитесь к нему.
Ладно. Знаю. Мне нужно в туалет.
Сделаем перерыв.
Ладно. Тогда прервемся.
Какова, по-вашему, причина того,
что вы и ваш брат всё же застрелили своих родителей?
Я сказал...
Что вы сказали?
Я сказал Лайлу, что...
Что вы сказали Лайлу?
Что мой папа...
Мой...
Ладно. Что вы сказали Лайлу?
Мой папа...
Мой...
- Можете ответить? - Да.
Что папа домогался меня.
И вам что-то нужно было от брата?
Вы поэтому ему сказали?
Чтобы это прекратилось.
Эрик, домогательства были разных видов?
- И... - Да.
Можете сказать, как вы их называли?
Колени.
Колени?
- Это был один из видов? - Да.
Ясно. Какие еще?
Приятный секс.
В микрофон.
Приятный секс.
Какой еще?
Ладно. Какой был еще вид?
Грубый секс.
Мистер Менендес,
после того как вы и ваш брат застрелили своих родителей,
вы неоднократно лгали.
Протестую. Спорное утверждение.
Протест отклонен.
Вы лгали. Лгали журналистам.
Лгали родственникам.
Лгали детективам.
Но теперь вы говорите правду.
Это вопрос?
- Вы сейчас говорите правду? - Да.
- Обо всём. - Да.
- Вы не лжете? - Нет.
- Обо всём. - Нет.
И вы действительно ездили в «Биг 5» в Санта-Монику
утром 18 августа, чтобы купить пистолеты?
Да. Несомненно.
И вы с Лайлом заглянули в магазин,
но там вам сказали, что просто купить пистолет нельзя,
так как нужно подождать 15 дней. Верно?
Да.
Мистер Менендес, а вы знали, что в «Биг 5» не продают пистолеты
с 1986 года?
Нет, я этого не знал.
Ладно.
Мисс Бозанич, там было оружие.
И мы осмотрели его.
А парень сказал, что взять и купить его нельзя. И я...
И всё это произошло в 1989 году?
Да.
Мистер Менендес,
вы лгали в прошлом, но сейчас не лжете?
Нет.
Ясно.
Больше вопросов нет.
Чего ты так сказал?
Что мы хотели купить оружие в «Биг 5»?
Лайл, я же говорил, так мне запомнилось.
Я говорил правду.
Нет, мы хотели купить его в магазине на Сепульведе в Западном Лос-Анджелесе.
А в «Биг 5» в Санта-Монике продавали пневмопушки с гребаными удочками.
Поэтому мы и поехали в Сан-Диего, придурок.
Ладно, ну прости, Лайл.
Я не заглядывал в чертову карту. Или в путеводитель Томаса.
Я взял и устроил самое охрененное шоу.
А тебя поймали на лжи.
Я не врал.
Как ты можешь так говорить?
Я столько часов там мариновался.
Ты был похож на психа. Желающего кого-то убить, Эрик.
Да, из-за микрофона.
Он неживой. Чего ты дергался?
Совался туда-сюда. Сядь ровно.
На одном месте. И отвечай, как мы репетировали.
Не смей меня обвинять.
Я не виноват. Это ты сделал.
Ты меня заставил. Впутал во всё. Это была твоя идея.
Вот как ты думаешь.
Я это сделал?
Я?
Это ты помешался на «Клубе миллиардеров».
Это ты написал сценарий об убийстве своих родителей.
И уж прости, что я опять повторюсь,
но что это за отстойное название «Друзья»?
Кто будет смотреть шоу с названием «Друзья»?
Как ты смеешь, ушлепок!
Я мог бы заявить, что всё произошло потому,
что предки записывали твои звонки
и услышали, как ты несешь гейскую хрень.
Как узнали, что вы с Крэйгом Сигнорелли
отсасывали друг у друга,
и кучу всякого непотребного дерьма.
Мог бы сказать, что ты пришел ко мне и умолял
как-то замять это.
- Я не гей, Лайл. - Да, но нас ты проебурил.
Ты это допустил.
Это твоя вина.
Серьезно?
Это говорит тот, кто снес башку папе и выстрелил в лицо маме.
Эрик, не забывай, что они сделали с нами.
Они получили по заслугам.
Роды прошли отлично. Легко.
Он здоров?
Ваш сын великолепен.
Здоровый. Весом 3,32 килограмма.
Хотите его подержать?
Привет.
Кирк Кэмерон — норм актер.
Просто не секси. Да?
А вот Лайл Менендес секси. Глядите.
Знаете, кто это?
- Тимбер Даун. - Это моя девушка.
Что? Ты гонишь.
- Хрен там. - Клянусь. Я покажу вам письма.
Забодали уже эти остаточные толчки.
Это скоро закончится. Они случаются всё реже.
- Ладно, готов? - Ага.
Привет, милый.
Поздравляю.
Как там малыш?
Он чудесный.
Но сегодня речь пойдет о вас.
Давайте вытащим вас отсюда.
В этом деле бремя доказательств лежит на стороне обвинения.
Вне всяких сомнений.
Вам объяснят, что такое несовершенная самооборона.
То есть если человек искренне и добросовестно верит,
что ему угрожает опасность, и защищает себя,
его могут осудить лишь за непредумышленное убийство.
Прокурор вам скажет, что дело было в деньгах.
Но Марта Кано заявила: ребята знали, что их исключили из завещания.
Как и то, что не получат страховку на 5 млн,
ведь Хосе не прошел медосмотр.
Если бы они подождали две недели, то получили бы те 5 миллионов долларов.
А будь дело в деньгах, почему бы не подождать?
Прокурор укажет на тот факт, что они купили дробовики.
Но значит ли это, что они хотели застрелить родителей?
Позвольте спросить.
Если вы живете в районе, где происходит много краж,
и покупаете ружье, то вы намерены совершить убийство?
Нет. Так вы защищаете себя.
Если они планировали убийство,
почему не подождали две недели на пистолеты?
Зачем покупать два мощных дробовика?
Прокурор надеется, что вы забудете о кузене Энди,
которому Эрик в 12 лет рассказал, как отец массировал ему пенис
и как ему было больно.
А потому он спросил его, нормально ли это.
Или о кузене Эле,
рассказавшем, что Хосе заставлял Эрика и Лайла вместе принимать душ.
Как он бил их до полусмерти.
Как после начала растления в шестилетнем возрасте
Эрик из вполне счастливого ребенка превратился в крайне замкнутого.
Или о кузине Диане,
которая сказала, что Эрик и Лайл боролись за право
не спать со своей матерью.
Или о тренере Уодлингтоне, который заявил, цитирую:
«Хосе Менендес был худшим родителем
и самым жестоким человеком, которого он когда-либо встречал».
«Эрик и Лайл завоюют нам славу, принесут известность
и станут лучшими подопытными крысами».
Такими булавками и скобами он впивался ему в бедро
и скреб по его пенису.
Иронично, что Хосе и Китти погибли у шкафа с трофеями,
ведь такими и были для них эти мальчики — трофеями.
В семье у них не было права голоса.
Любители извращенных сексуальных опытов
и жестокие насильники
очень ревностно оберегают своих испытуемых.
Беда в том, что дети, подвергшиеся насилию, как эти,
не всегда вырастают безупречными.
В этой стране мы не особо уважаем детей.
Считаем, что они лгут, выдумывают, фантазируют.
Немудрено, что пережившие насилие дети не доверяют взрослым.
Если бы моих клиентов звали Лайла и Эрика Менендес,
для вас это имело бы разницу?
Если так, то зря.
Мальчиков не воспринимают как жертв, но иногда они ими становятся.
Но не надо винить жертву.
Я понимаю, что затянула свое заключительное слово.
Но это только из-за того, что после Эрик будет не в моей власти.
А я не хочу его отпускать.
Так же, как и Джилл не хочет отпускать Лайла.
Знаете, меня спрашивали,
чего я от всего этого хочу.
И...
мой ответ вовсе не сводится к правовому аспекту.
Я хочу видеть, как Эрик идет по улице.
Без наручников.
Без оков.
Просто идет.
Свободный от всего этого.
И что будет дальше,
зависит от вас.
Вы замечательные присяжные.
И я благодарю вас.
Всё пучком, чувак.
Готово.
Кубинка и темнокожая всё время переглядывались.
Они не признают нас виновными.
Да, типа...
Не знаю.
Суд могут и аннулировать. И тогда всё по новой.
Эрик, это слишком дорого.
Этот суд стоил налогоплательщикам миллионы долларов.
И всё, чтобы осудить двух людей, которых любит Америка?
Да пошло оно.
Людям не дадут прийти на нас снова. Все просто взбесятся.
Не знаю.
Просто, кажется, что...
Что?
Словно что-то сдвинулось.
Весь город на взводе.
Сперва беспорядки, потом землетрясение, а теперь еще и ожидание вердикта.
Знаете, кто боится землетрясений?
Эрик Менендес.
Он находится под надзором для предотвращения самоубийства.
Говорил же! Не могу.
Похоже, совсем спятил.
Ночами напролет пишет какой-то научно-фантастический роман.
«И он снова благополучно выбрался через портал чародея
и вернулся в 17-е измерение».
А еще он рисует.
И знаете что?
Весьма неплохо.
С ружьем управляется лучше, чем многие знакомые художники.
А теперь самое интересное.
У Эрика появилась девушка.
«Не знаю, как это будет.
И не понимаю, как эти чувства меня поглотили.
Но я знаю, что они искренние.
Кажется, будто я знаю тебя вечность.
И буду узнавать тебя до конца жизни. Люблю тебя».
Тэмми.
Что за женщины хотят встречаться с психами?
Зачем ей это?
Ей не будут положены супружеские свидания, если ты об этом.
Что, полагаю, вполне устраивает Эрика.
Чувствуете?
Боже, когда это прекратится.
Тим!
Что? Всё хорошо.
Всё в порядке.
Просто дыши.
Всё отлично.
Нервы натянуты как струны.
Вот-вот лопнут.
Это даже и толчком не назовешь.
Нет.
Я и забыла, насколько они беспомощны.
Я никак не могу расслабиться. Будто...
Тут не угадаешь, как оно будет.
Да, знаю.
Но ведь тебя на самом деле беспокоит
не очередное землетрясение.
Я считаю, что Лайл гениально выступил в суде.
Может, он даже был злым гением.
А вот об Эрике я такого не скажу.
Я наблюдал за присяжными
и не думаю, что он нашел к ним подход.
А как насчет Джудалон?
Мистер Данн?
Здравствуйте.
Джудалон Смит.
День добрый.
Послушайте. Деми снялась для обложки.
Мишель Пфайффер тоже. Да, я понимаю. Они звезды.
Погодите.
Вы говорите об обложке «Вэнити Фэйр»?
Ага, а скажите, у вас есть личный номер Грейдона Картера?
А то сколько я ни звоню, попадаю на ту же стерву на ресепшене.
Какие твои ставки?
Непредумышленное убийство первой степени...
Они выйдут сухими из воды?
Честно говоря, понятия не имею.
Но я уверен в одном.
Если присяжные отпустят их на свободу,
эти две мертвые души будут бродить по земле...
и преследовать их.
Карма их настигнет.
Прошу всех встать.
Спасибо.
СТЭНЛИ М. ВАЙСБЕРГ СУДЬЯ
После долгих размышлений
присяжные, к сожалению, не пришли к единому мнению
и не смогли вынести вердикт.
Это называется тупиком присяжных.
Так что, боюсь, я вынужден объявить об аннулировании судебного процесса.
Пожалуйста, соблюдайте порядок.
Спокойнее. Прошу вас, народ.
- Это же хорошо. Да? - Соблюдайте порядок, пожалуйста.
Если мы невиновны, значит...
- Поговорим об этом позже. - Да, но как это вышло?
Во всём виноваты мужчины.
Соблюдайте порядок.
ШЕСТЬ МЕСЯЦЕВ СПУСТЯ
Как вы знаете, нам придется пройти всё заново.
И именно вы, дамы, мои героини,
пришли к выводу,
что Эрик либо не виновен, либо виновен в непредумышленном убийстве.
Так что давайте пораскинем мозгами.
В чём было дело? Что мы пропустили?
Что такого услышали мужчины, что помешало им изменить свое мнение?
И что, по-вашему, им нужно было услышать?
Под конец мне уже казалось, будто Эрик и Лайл — мои сыновья.
Может, это материнский инстинкт,
а у мужчин его просто нет.
Как по мне, если дети убили своих родителей,
значит, произошло нечто ужасное.
Я с ними не согласна, но полагаю, они так думают.
Сдается, они не верят, что мальчики бывают жертвами сексуального насилия.
Ладно. Что еще?
А мы... Прошу прощения.
Вы говорили, мы сможем ему позвонить?
Привет, Эрик. Это ваши девчонки.
Привет, Эрик.
Мы хотели сказать...
Я Тина. Рада познакомиться официально, хотя такое чувство, что я вас знаю.
Но я хотела сказать, что нам всем очень жаль.
Справедливость тут не победила.
Да, верно.
Эрик, вы слышали?
Лесли, поговорим наедине?
Конечно.
Секундочку.
Привет. Как вы?
У вас подавленный голос.
Да.
Так и есть.
Не вешайте нос, ладно?
Мы выиграем. Обещаю.
Нет, не стоит обещать.
О, Эрик.
Что-то изменилось.
Понимаете?
В СМИ все ополчились против нас.
Я начал получать письма с угрозами.
Раньше такого не было.
Так что...
Не знаю.
Просто я чувствую, словно что-то изменилось.
Не пойму, что именно, но...
Кажется, что всё кончено.
Нет, я не дам вам упасть духом.
- Ни за что. Мы выиграем. - Нет, всё нормально. Поговорим позже.
Спасибо вам. Хорошо всем доехать домой.
- Благодарю. Прощайте. - До свидания.
Собственно, мисс Абрамсон,
если вы и правда хотите знать, в чём была проблема или одна из них...
Боюсь, другие дамы не хотели говорить.
Пожалуйста, объясните.
Что касается мужчин,
то им действительно не особо по душе Эрик и Лайл.
Но главная проблема была в вас.
Если уж на то пошло,
им не понравились вы.
Что ж... Спасибо, что рассказали. Всё в порядке.
Разумеется.
Еще раз спасибо.
У нас плохие новости.
Целая куча.
Ясно.
Не знаю, как еще сказать.
Проще всего начать с того, что нет денег.
Деньги меня не волнуют.
А зря, так как их нет.
Так что или нам с Лесли работать бесплатно...
Деньги есть.
- Уж поверьте. Их нет. - Они будут.
И чтобы решить это,
предлагаю вам вести учет ваших рабочих часов,
а после мы вам заплатим.
Я заплачу.
Послушайте, будет книга.
Я пишу книгу.
Мне помогает моя подруга Норма,
хотя, на самом деле, она типа секретарь.
Но она буквально одержима мной.
И точно влюблена в меня.
Это довольно необычно.
И да, она помогает мне писать.
Она пишет книгу, Лайл.
Ну, мы вместе над ней работаем. Но да, это моя книга.
Нет, я о том, что книга вот-вот выйдет.
Потому что вы дали ей себя записывать.
И теперь она выпускает записи.
В виде книги.
Нет, это не так.
Лайл, вы всё ей рассказали.
«Я же говорил, что растрогаю присяжных, так как тренировался рыдать.
И теперь я здорово плачу.
Надо сочинить что-то про Озила,
типа чего мы не рассказали ему о сексе.
Или можно заявить, что он нас шантажировал.
В тот вечер я явно переборщил.
Речь о вечере убийств».
Затем она пишет: «Лайл рассказал мне обо всех видах насилия над детьми,
которые он думал использовать в суде».
Это гребаная ложь, Джилл! Я в жизни, блин, такого не говорил.
Она записала вас!
- Вы хоть понимаете, что это значит? - Нет.
Вас подвергнут перекрестному допросу
по каждому слову в ваших показаниях.
Ясно.
- Значит... - Вы не можете давать показания.
Не во втором процессе.
Лайл, это подрывает нашу стратегию защиты.
Так что вам придется положиться на Эрика.
Что?
Нет.
Лайл...
Не думаю, что и дальше смогу вас защищать.
Я могу помочь вам найти хорошего государственного адвоката.
Но не буду работать над вашим вторым процессом.
Простите.
Трында.
Судя по последним заявлениям, они на мели.
Тогда я сказал себе...
Спросил: неужели люди будут жертвовать деньги братьям Менендес?
Пожертвуете на дело Менендес?
На хрен этих Менендес.
«На хрен этих Менендес»? Как грубо.
Теперь всё зависит от вас.
Но знаете, так нам будет даже проще.
Вы вызываете больше сочувствия.
Это вовсе не так.
Это правда. Вы гораздо лучший свидетель, чем Лайл.
Версия о самообороне не прокатит, так что...
Нет.
Судья...
не потерпит еще одного тупика.
Так что несовершенная самооборона теперь отпадает.
А это была правда.
- Так и было. - Ладно.
Это была наша защита.
Ну, оспорим что-то иное.
Знаю, вам это не понравится,
однако, Эрик, нет никаких доказательств того,
что это вы убили свою маму или отца.
Может, вы и стреляли в них, но убил их Лайл.
Он сделал смертельный выстрел в затылок твоего отца.
Он пошел на улицу перезарядить оружие, пока мать была еще жива.
Знаете, насколько вас ненавидят?
Нет, вот серьезно?
Вы не справились со своей работой.
Напялили на меня очки, которые мне не нужны.
Одели нас в пастельные тона.
И это не сработало.
- Эрик... - Ничего из этого.
А теперь все, елки-палки, ненавидят нас. Мне конец.
- Нет. Это... - Заткнитесь!
Прикройте свою варежку!
Вы, черт побери, не знаете.
Ясно? А вот я знаю.
Как вы думаете мне помочь?
Как вы это исправите?
У вас не выйдет.
Подъем. Сегодня убираем весь блок.
С чего бы?
К нам едет важная шишка.
О. Джей. Симпсон в «Форде Бронко» с Элом Каулингсом.
По словам патруля, О. Джей приставил пистолет к голове
и сказал, чтобы его отвезли к матери.
И вот снова мы едем по 405-му шоссе на север,
только что проехали Манчестер.
Думаю, сейчас он, скорее всего, в Ла-Тихере.
Дорожный патруль, полиция Лос-Анджелеса
и где-то дюжина полицейских машин...
ТЮРЬМА ЛА
...по коду 3 с мигалками, сиренами преследуют
или, вернее, следуют за О. Джеем Симпсоном...
СРОЧНЫЕ НОВОСТИ
...который продолжает ехать, как мы предполагаем,
в сторону своего дома в Брентвуде.
Можно называть вас Джус?
Вы же охранники.
Зовите, как вам хочется.
Меня устраивает и Джус.
- Чувствуйте себя как дома. - Не будем мешать.
А тут есть что пожевать?
- Мы принесем. - Спасибо, бро.
Дружище.
Эй.
О. Джей?
- О. Джей? - Да, кто это?
Я Эрик. Эрик Менендес.
Без базара?
Ага.
Ты один из братьев?
- А твой брат там с тобой? - Нет, он в другом крыле.
Хреново, чувак. Давненько вы тут торчите.
Да, уже три года.
А скоро у нас будет еще один суд.
Слушай, я не планирую тут засиживаться.
Потому что я ни фига не виноват.
Понимаешь? Это Николь меня ударила.
А ты слыхал, что обо мне говорят?
Да.
Да, слышал.
До меня дошли слухи... Это правда,
что Роберт Шапиро — твой адвокат?
Ага.
У меня их несколько. Ты же понимаешь, о чём я.
Да. Но я хотел сказать, что...
Он был и нашим адвокатом.
И, вообще-то, он...
Тебе стоит держать с ним ухо востро,
потому что нам он подгадил.
Я мог бы остаться в Лондоне.
И тогда бы меня, вероятно, не приговорили к смертной казни.
Но именно он настоял, чтобы я вернулся домой, потому...
Спасибо за совет.
Видел, сколько людей собралось у 405-го шоссе?
Сдуреть просто.
Да. Люди любят О. Джея.
Сложно не думать о том,
что люди перестанут обращать на нас внимание
и переключатся на тебя.
- Можно я дам еще один совет? - Да. Конечно.
Подумай о том, чтобы признать вину.
МОНСТРЫ: ИСТОРИЯ БРАТЬЕВ МЕНЕНДЕС
Перевод субтитров: Александра Бурдейная