Куда мы едем?
Джун. Вас зовут Джун Монро. Повторите.
– Джун Монро. – Повторите.
Джун Монро.
Теперь выберите себе место жительства.
Последнее место, где вы жили. Которое хорошо знаете.
– Бетесда. – Значит, вы живете в Бетесде.
Если кто спросит, вы Джун Монро из Бетесды.
Вы потеряли бумажник. Я везу вас домой.
Меня зовут Джеймс. Джеймс и Джун. Запомнили?
– Да. – Хорошо.
Вас правда так зовут?
Джеймс?
Нет. Что? Вы не знаете, как меня зовут?
А как вы меня зовете? Что вы пишете на моих анализах?
Пятый.
Пятый? Номер пять?
Вы знаете, сколько раз мы встречались?
Тринадцать.
Тринадцать обследований за четыре года. И что я заслужил? Номер?
Пятый. Ладно.
Пятый из скольких? Сколько нас?
Участников программы?
Так вы нас называете?
Сначала было девять. Потом шесть.
Участники.
Как вы меня нашли?
А сами как думаете?
Думали, они всех перебьют, а тех, кто выжил, оставят в покое?
Думаете, ваш коллега просто съехал с катушек?
– Вы так решили? – Ничего я не решила.
Его запрограммировали и выпустили.
Я правда понятия не имею, что происходит.
Они прикрывают программу – вот что происходит.
Кто такие «они»?
Я не знаю…
Кто были эти люди у меня дома?
Нет, нет, нет. Вы своё получили.
Вы рылись в моих внутренностях со дня нашего знакомства.
Теперь моя очередь. Вопросы задаю я, понятно?
Мне нужны препараты, ясно? Наши препараты.
Где вы их держите?
У меня их нет. Я же вам говорила.
– У нас их нет. – Чушь собачья.
Чушь собачья. Полная чушь!
У меня их нет!
Так вы ничего не знаете? Вы просто обслуживающий персонал?
Потому-то у вас громадный дом и допуск к секретной информации, да?
Потому-то вас и хотели убить,
ведь вы совсем ничего не знаете.
Я знаю своё дело. Я ученый.
Я не знаю, чем вы занимаетесь, когда выходите из лаборатории.
– Никто из нас не знает! – Четыре года!
Всё, я хочу выйти! Остановите машину, пожалуйста!
Нельзя быть настолько наивной.
– Вы выпустите меня или нет? – Как можно быть такой наивной?
Хотите выйти? Выходите.
Давайте, выходите. Препаратов у вас нет.
Вы не знаете, где они. Вы ничего не знаете.
Вот и славно. Выходите.
Но план-то у вас есть, да?
Ну ещё бы. Вы же доктор.
У вас всё схвачено, правда?
Что будете делать?
А? Что будете делать?
Бежать в одиночку вы не можете. Не умеете.
Спрятаться не получится.
Не от этих людей, с их-то возможностями.
Вы и до вечера не доживете. И что вам остаётся?
Конечно, можно поднять шумиху.
Позвонить сестре, с ней же у вас все так классно вышло.
Позвонить бывшей соседке по общаге.
Или мужику, который знает мужика из «Вашингтон пост».
Выложить свой рассказ в Сеть. Знаете что?
Без меня это ваш единственный шанс.
Но вам стоит задать себе один вопрос.
Вы сумеете рассказать обо всем достаточно громко и быстро,
чтобы они испугались и не стали доводить дело до конца?
А у меня есть план, причём не особо сложный.
Я дождусь следующего, кто придёт, чтобы вас убить.
Пусть он мне поможет.
Так что вперёд.
У меня не было выбора. Я был вынужден уйти.
Нет, вынужден!
Нет, никого. Понятия не имею.
Прошу вас, поймите.
Вся работа по «Ауткому», все анализы,
расходы материалов, дозировки, расчеты напряжения тканей.
Мы просто настраиваем параметры.
Мы ничего не производим. Производит дочерняя фирма.
Погодите. Что значит «дочерняя фирма»?
Это значит, что для адгезии требуется живой вирус.
Культуры отличаются высокой реактивностью.
Их надо немедленно обрабатывать, и у себя мы этого не делаем.
Ясно. А где это делают? Где?
– Где хранится вирус? – Да!
Туда мы не доедем.
– Где это? – В Маниле.
На Филиппинах.
Что у вас с лекарствами?
300 миллиграммов синих. Даже на завтра не хватит.
Зеленых я не принимал уже 51 час,
и это странно, потому что я не чувствую себя слабее.
Но ещё не вечер.
Погодите, погодите.
Вы что, до сих пор принимаете зеленые?
В смысле?
Вас сняли с мышечных стимуляторов ещё в прошлом году.
Что?
Господи. Вас всех сняли с этих препаратов 8 месяцев назад.
Вам инфицировали живой вирус, обеспечивший физическую стабильность.
Зеленые вам не нужны.
Они у вас внутри.
Расширение физических возможностей теперь происходит на постоянной основе.
Значит, вы инфицировали меня вирусом?
Это когда?
Когда я болел?
Каким-то непонятным гриппом? Это были вы?
Ну, это была не я. Я этого не делала.
Это были вы. Специально, да?
Когда я чуть не умер.
Я вам сочувствую, но это была не я.
А почему я тогда до сих пор принимаю зеленые таблетки?
Я не знаю. Я думала, вы их бросили.
И зачем я вас вообще спрашиваю?
Это чтобы держать нас на поводке, да?
Точно? Чтобы нас контролировать?
Чтобы мы от них зависели?
Кто вам сказал, что это нормально?
Никто… Я…
– Кто вам такое сказал? – Я занимаюсь научной работой.
Я разрабатываю, я исследую. Я не назначаю препараты.
Я ничего не решаю!
Ну конечно. Вы только заряжаете пистолет.
Господи.
Слушайте, я пришла туда ради науки.
Мы все пришли туда ради науки.
И я знаю, что вам на это плевать, но я пожертвовала всем.
Никаких публикаций, никаких конференций.
Я никому не могла сказать, чем занимаюсь.
Но я думала, что служу родине, и я знаю, что…
Вы ведь можете снять меня с синих, правда?
Вы можете снять меня с синих?
Теоретически могу.
Да.
– Таблетки вызывают временную адгезию. – Так.
Для стабильного действия нужна живая культура. Живой вирус!
Вы знаете, как это сделать?
– Да. – Хорошо.
Да, но я же вам говорю, это на другой стороне земного шара.
Угадайте, куда мы с вами едем.
Добро пожаловать в Вашингтон и в головной офис корпорации «Кандент».
В ближайшие несколько дней вы познакомитесь с теми,
кто превратил компанию «Стерисин Морланта»
в главное достояние корпорации «Кандент».
В этом месяце финальную, третью фазу испытаний
проходят препараты «Ре-Квиел» и «Сапрессолин».
Фактически нет оснований сомневаться, что испытания будут закончены в срок.
Мы знаем, что рынок нас ждёт.
Мы знаем, что в мире…
И чего я не знаю?
Вы меня спрашиваете?
Мы послали к ней группу «Д».
– Я не знаю, что это значит. – Это значит – профессионалы.
Мне сообщили, что они пропали.
Агенты просто так не пропадают.
Что вы утаили про эту женщину?
Ничего. Сотрудница как сотрудница. Рассказывать нечего.
Вы же проверили её от и до.
Тогда что случилось?
На её имя зарегистрирован пистолет.
Они были в курсе.
У неё есть разрешение на строительство.
Пропан, электросварка. Шальная пуля?
Хотите дальше гадать?
Надо ехать туда.
У меня там десяток людей ждёт по периметру.
– Мы не контролируем территорию? – Пока нет.
– Начинаете понимать? – Так, погодите!
Отсюда я ничего не могу сделать.
Надо создать кризисный центр. Со всей техникой.
Мне нужно всё.
На базе АНБ, Пентагона или НКЦ – мне все равно. Главное – срочно.
Пакуйте софт, железо и все остальное.
Будем работать из нового штаба.
Дита, как мы закроем дом? За него уже взялась местная полиция.
Под предлогом угрозы заражения.
Она хранила дома рабочие образцы.
Патогены, вирусы. Нацбезопасность.
Отлично. Одобряю, звучит хорошо. Всё, работаем, работаем.
Живо, живо. Собирайте железо.
Потому что мы выдвигаемся через 20 минут.
Скажем, надо изменить человеческое тело.
Надо исправить ошибку.
Что-то подлатать и улучшить.
Если требуется перепрограммировать генетический материал,
нужна система подачи, и вирус тут подходит лучше всего.
Это вроде чемодана.
Кладешь в него генетическую мутацию,
инфицируешь тело, и переносчик несет вирус в нужные клетки.
Но донести её туда, куда нужно, именно так, как тебе нужно, –
вот это настоящий кошмар.
Если, конечно, у тебя нет карты.
В 1985 году в Форт-Детрике произошел ужасный несчастный случай.
В лаборатории погибли пятеро ученых,
и это была такая катастрофа,
что для оценки ущерба пригласили Дэна Хилкота из Стэнфорда.
Он приехал туда и понял, что за этой трагедией стоит
гениальное открытие в области картирования генома.
У него появилась карта.
Вам незначительно изменили две хромосомы.
Зеленые таблетки, таблетки для тела –
это всего лишь полуторапроцентный рост содержания митохондриального белка.
Но эти полтора процента
немедленно увеличивают темпы роста клеток,
мышечную активность, оксигенацию…
А синие?
Естественно, умственная активность, но не только.
Восстанавливаемость и адаптивность нейронов.
Сенсорная функция. Супрессия боли.
Это самое существенное достижение в области управления геномом
с момента возникновения этой науки.
Боже мой.
Как вывести 71-й монитор на большой экран?
Минутку.
Обнаружили тело.
Они уверены, что это женщина, причём не Марта Шеринг.
Они нашли жетоны.
Они считают, что её застрелили.
Мотель «Удобный»
Можно?
Да.
Марта, я…
Звонить никому нельзя.
Люди, которые тебя любят, думают, что ты умерла.
И ты никак не можешь им помочь.
Любой, с кем ты выйдешь на связь, станет мишенью.
Придётся на время забыть про обычные человеческие эмоции.
У нас всего один козырь – они думают, что мы погибли.
Понимаешь?
Понимаю.
Тогда давай,
изучай документы.
Тебе надо иметь представление о том, что там написано.
ДЖУН МОНРО
Джун Монро.
Кто такая Джун Монро?
Это ты.
Ты её знаешь?
Знал.
Зачем тебе стимуляторы?
Почему ты так за ними гоняешься?
Подойди.
Павшие герои В память о тех, кто пал за нашу свободу
РЯДОВОЙ КЕННЕТ КИТСОМ Родился: Рино, Невада, США
Возраст: 26 лет Погиб: 17 ноября 2003 года
Что это?
Это был я.
Погиб, когда его колонна нарвалась на самодельную бомбу в Рамади
Был.
На моего армейского вербовщика
давил недовыполненный план.
Он завысил мой умственный коэффициент на 12 баллов.
На 12 баллов, чтобы я дотянул до минимума.
Ты когда-нибудь наблюдала когнитивную деградацию, Марта?
Сенсорный отказ? Ты его изучала?
Ты снимала человека с синих таблеток, чтобы понаблюдать за реакцией?
Нет.
Просто на тренинге нам нарисовали довольно убедительную картинку.
Падать придётся долго.
Если я перестану соображать, мы не выживем.
– Съели наживку. – Кто?
«Вашингтон пост».
Мы перехватили мейл.
Они запускают материал о возможной краже
опасных веществ из лаборатории.
Ух ты, какие они резвые. Уже выкопали вождение в нетрезвом виде.
Нам это на руку.
Нашли ещё одно тело. Наш человек.
Там повсюду гильзы.
Сомневаюсь, что ваш доктор там.
ПАСПОРТ
Посадочный талон и документы, пожалуйста.
– Спасибо. – Спасибо.
Посадочный талон и документы, пожалуйста.
Где ты?
У тебя за спиной. Не оборачивайся.
Сиди там, пока не позовут на посадку, ладно?
Ты молодец.
Видишь вон тот коридор справа?
Дождешься, когда по нему кто-нибудь пойдёт, и пристроишься за ними.
Иди не останавливаясь, смотри вниз, а мы с тобой увидимся в самолёте.
Аарон?
Алло?
След четкий и свежий.
Собаки отследили её маршрут от самого дома
через лес до этой небольшой парковки.
Либо её ждала машина, либо кто-то её подобрал.
На улице установлены камеры наблюдения, но тут их нет.
А снимки со спутника?
Мэриленд – это не то чтобы точка стратегического значения.
Есть метеорологические снимки,
но мы покопаем ещё
и поищем, нет ли других источников.
Мы проверяем зарубежные платформы. Нужен ещё час.
Слушайте, ну не сама же она ушла.
Кто ей помогает?
«Стерисин Морланта» Д-р Карл БРАНДАДЖ
Через час мы будем знать больше, а пока мы находимся в суде.
А теперь вернемся к Дженн.
ФБР подтверждает, что доктор Альберт Хёрш
скончался от сердечного приступа в вашингтонском отеле.
Вчера доктор Хёрш должен был давать показания
на заседании правительственного следственного комитета.
Этот комитет расследует взаимосвязь
между провалившейся программой ЦРУ «Тредстоун»
и человеком по имени Джейсон Борн.
Полиция и представители федеральной власти ищут Борна
в связи с недавними убийствами, произошедшими в Нью-Йорке и в Лондоне.
Доктор Хёрш сотрудничал с Министерством юстиции
и находился под его защитой на время следствия.
Пресс-секретарь комитета вчера вечером сообщил прессе,
что слушания временно откладываются,
и пока неясно, каков ущерб от смерти доктора…
Темное прошлое сотрудницы печально известной лаборатории
Здравствуйте.
Пожалуйста, не размещайте вещи в проходах
во время взлета и посадки.
– Прошу прощения. – Спасибо.
Извините.
Сэр, вам помочь найти место?
– Сэр? – Нет, спасибо, все в порядке.
Видите два силуэта? Один из них – она.
Это парковка.
Один остановился. Вот машина.
– Это откуда? – Канадский лесоводческий спутник.
В машину садится ещё один человек, и они уезжают.
– Куда? – На восток. Потом мы их потеряли.
Мы отследили их ещё на три километра.
Но силуэт у нас есть.
И мы подготовили записи со спутников, будем их изучать.
Разобьемся на группы, найдём машину и выйдем на след.
При том, что у них фора 17 часов?
Куда же она поехала?
Мы ищем «Бьюик Ле Сейбр» 2002 года.
Я действую от имени АНБ, вот почему.
– Дайте нам всю информацию… – Два пассажира.
Бордовый «Бьюик Ле Сейбр» 2002 года, выехал из Лиссабона в Мэриленде.
Платные шоссе, развязки, автосервисы. Мне нужны все камеры.
У меня есть список камер ФБР.
Нет-нет, только дорожные.
Запад. Лиссабон. Л-и-с-с-а-б-о-н.
Да, плюс камеры с платных шоссе.
Нам нужно всё.
Давайте всё. Присылайте нам любые совпадения.
Мы сами отфильтруем лишнее.
Вилмингтон, Делавэр.
Наша машина, «Ле Сейбр». Заезжает внутрь.
Едет вниз, возвращается, останавливается вот здесь.
Но отсюда уже не выезжает.
А это внутри. Через четыре минуты после прибытия.
Это она.
Мы знаем, что она делает?
Фотографируется на паспорт.
МАНИЛА, ФИЛИППИНЫ
Логан, Хартфорд, Ла Гуардия, Кеннеди, Филадельфия, Ньюарк,
Даллес, Рейган.
Начинаем со вчерашнего утра. По всему сектору.
Проверим эти аэропорты, а дальше пойдём по часовой стрелке.
Она спрашивает, нужен ли Хартфорд. Она может заняться.
Синее пальто, во втором ряду. С красной сумкой.
Какая из них? У меня таких четыре.
Так, у меня есть разрешения по первой, шестой, девятой и двенадцатой.
Все отправки по всем аэропортам из этого списка.
Да, сначала международные терминалы.
Почти приехали.
Смотри, газетный киоск.
Вот.
Не уверен.
У Логана есть один объект, но там дети.
Погоди, погоди, погоди.
Стойте.
Это где?
– Кеннеди. – Ясно.
«Стери Пасифик»
Я ни разу не была здесь ночью. Я не знаю правил.
Нет никаких правил, ясно?
Мы свои.
Пошли.
Здравствуйте.
Добрый вечер.
Мы с доктором Шеринг хотели бы войти в лабораторию.
– Сэр? – В чем дело?
Здравствуйте. Добрый вечер.
Доктор Шеринг! Доктор Шеринг.
Это же я, Джозеф.
Джозеф!
Здравствуйте! Как у вас дела?
Отлично, спасибо.
– С приездом! – Спасибо.
Простите. Просто вас нет в моем списке посетителей.
Это потому, что нам пришлось внезапно поменять график.
Да, мы вылетели раньше, чем планировали.
Джозеф, кстати, я доктор Брандадж. Очень приятно.
Мне тоже.
Но доктор Пумалой в отъезде, он уехал в Сингапур.
Как раз вчера.
А девочки пошли домой. Меня никто не предупредил.
Ясно. Да, я понимаю.
Видите ли, мы пробудем здесь неделю,
и у нас очень много работы. Мы бы хотели
начать прямо сегодня, понимаете?
Да, конечно, но…
Вы можете позвонить доктору Пумалою. Я не собираюсь вас подставлять.
Да нет, это необязательно.
Что ж, прекрасно.
Вы вдвоём приехали?
Да.
Да, верно.
Верно.
Хорошо, я подожду.
Выведите его. На большой экран.
Да, слушаю.
Хорошо. Куда?
Мне срочно нужен список пассажиров.
Я знаю. Это она, я уверен.
Манила. 167-й рейс «Американ» в Манилу.
Она приземлилась 45 минут назад.
Аарон.
Все в порядке?
В самолёте было 243 человека.
Надо срочно проверить каждого.
Выбирайте тех, кто вам нравится, пробивайте по базе и отфильтровывайте.
Если кто-то вызовет ваше подозрение,
если у кого-то хоть волосок не на месте,
помещайте его в особый список.
Помечаете и отправляете нам. Мы проверяем дальше.
Работаем по одной базе. Уровень доступа – 9,5.
Если система отказывает в доступе, поднимаете руку.
Полковник Харди подойдет и поможет вам разобраться.
ЛАБОРАТОРИЯ 3 «Стерисин Морланта»
Значит, здесь?
Да.
Ладно.
Что ей там нужно, Терри?
Не знаю.
Это твоя епархия. Что там происходит?
Ты меня не слышал? Я не знаю.
Сколько раз она туда ездила?
– Пять-шесть. Точно не знаю. – Почему Филиппины?
Эй! Эй! Эй!
Кресло 13-Б. Карл Брандадж. 13-Б.
Пусть выйдет вспомогательный персонал.
Встали и вышли. Быстро.
Джек, Кэти, быстро! На выход.
Это ещё кто такой?
Агент «Ауткома».
«Аутком-5».
Он живой? Я думал, они умерли!
Да, он должен был умереть.
– Тогда что он там делает? – Не знаю.
Ищет препараты.
Что?
Оттуда поступают препараты. А что ещё ему там делать?
Она ему помогает.
Но как? Как такое возможно?
Я не знаю как. И это меня не волнует.
Он жив, и они там.
А как – неважно, согласны?
Наша единственная задача – стереть их с лица земли.
А лекарства, которые он ищет, они там или нет?
Господи, я не… Терри?
Нет. Нет, там ничего нет.
Мы их уже четыре месяца не выпускаем.
Да и вообще мы там таблетки не храним.
Это просто кухня.
Мы периодически меняем рецептуру и готовим только когда надо.
Что же им там нужно?
Там хранятся штаммы.
Она хочет снять его с таблеток.
Спасибо.
– Мак. – Да?
Управление, Макки слушает.
Мистер Макки, говорит Терренс Уорд.
Я старший вице-президент компании «Кандент».
– Звоню вам из Мэриленда. – Слушаю, сэр.
Возможно, произошло нарушение в системе безопасности.
Я разместил две фотографии во внутренней сети компании.
Мне надо знать, пытался ли кто-то из этих людей…
Мы уже проверяем.
Прошу прощения?
Мы ими занимаемся. Просто не знали, кому позвонить.
Наш охранник только что впустил двух ученых.
По-моему, одна из них – эта женщина, выжившая в той бойне.
А где они сейчас?
Лаборатории клиентов находятся внизу,
так что, скорее всего, они в подвальном этаже.
Я отправил туда пару своих людей.
Нет-нет, верните их обратно.
Заприте лабораторию и не выпускайте их.
Не пытайтесь его взять.
Здравствуйте.
– Здравствуйте. – Что случилось?
Вы тут одни?
Аарон?
Эй, послушайте,
вам сюда нельзя. У вас есть пропуск?
Сюда никому нельзя.
Мне можно. Я доктор Шеринг.
Мы тут образцы проверяем.
Вы подвергаете опасности своё здоровье.
Давайте разберемся наверху.
– Не трогайте. – Собирайтесь и пойдём.
– Ничего не трогайте. – Пройдёмте с нами.
Я не собираюсь с вами спорить. Позвоним вашему начальнику
– и разберемся. – Присмотри за ней.
Минутку.
Я за сумкой. Надо уходить.
Давай.
Погоди. Сюда.
– Я не знаю, что это за дверь. – Открывай.
Отойди.
Всё запереть. Эй! Ты! И ты! За мной! Живо, живо, живо.
– Тут заперто? – Да, сэр.
Никого не впускать и не выпускать. Ясно?
Эй, а что с тремя ребятами, которые пошли вниз?
Черт.
За мной. Оставайтесь на месте, ясно? Оставайтесь на месте.
Мы свои.
Простите.
Ты! Собери всех. Пусть перекроют главный вход.
От восточных ворот до главного входа.
Живо! Шевелитесь!
Что у нас с рацией? Почему никто не отвечает?
Ворота заперты?
Извините. Быстрее, быстрее!
Эй! Срочно заприте ворота!
Эй, ты! Живо к главным воротам! Ты понял?
Никого не впускать и не выпускать.
Эй, что ты делаешь?
Срочно к главным воротам вместе с остальными.
Эй, отойдите! Все назад!
Не задавите его.
Пустите меня к нему. Не толпитесь, пожалуйста.
Ему нужен врач.
Охрана. Охрана!
Сюда!
Сюда.
Сэр, вы меня слышите? Сэр!
Далеко он не уйдёт.
Если она его не сняла, у него откажет мозг.
А если сняла, ему так паршиво, что он не может двигаться.
Так что надо срочно найти его и разобраться раз и навсегда.
Может, «ЛАРКС»?
«ЛАРКС»?
«ЛАРКС-3» в Бангкоке. Два часа лета.
Минутку. Притормозите.
Я думал, этот проект ещё в стадии разработки.
Отправляй их туда.
БАНГКОК, ТАИЛАНД
«ЛАРКС» – экспериментальный проект.
Максимальная целеустремленность, минимальное сочувствие.
Тот же «Тредстоун», но без закидонов. Или «Аутком», только без эмоций.
По нашему мнению, очень перспективный проект.
Подобных результатов нам ещё видеть не приходилось.
Минуту назад я ничего не знал, потом вы сказали, что идут проверки,
а теперь оказывается, что проект функционирует?
Проект функционирует. Считайте, что вас проинформировали.
Вам удобно?
Да, сэр.
А с виду не скажешь.
Вы правы, сэр.
Как вас зовут?
Кеннет Джеймс.
Полное имя, Кеннет.
Кеннет… Джеймс…
Китсом.
У них есть номер.
Идти можешь?
– Можешь? – Да, наверное.
Откуда вы, Кеннет?
Смотря когда.
Перед службой.
Из Бервина.
Это город?
Бервин… Это интернат.
В каком штате?
В Рино.
– Это какой-то тест? – Да.
Если я его пройду, мне можно будет остаться?
– А вы хотите остаться? – Да, сэр.
Приятно слышать.
Тихо. Тихо.
Лежи спокойно.
Аарон, у тебя… Аарон…
Что?
У меня в подкладке куртки 40 тысяч долларов.
В сумке паспорта.
Два пустых, три – на мёртвые души. И часы того мужика.
И ещё всякое. Возьмешь себе.
Посмотри на меня.
Ты справишься.
Ты боец.
Ты справишься.
Ясно? Заляжешь на дно.
В аэропорты не лезь.
Слейся с толпой, как ты умеешь, ясно?
– Ты уже достаточно для меня сделала. – Нет, я…
Прошу тебя, уходи.
Ты уже достаточно для меня сделала.
Всё в машине.
– Это какой-то тест? – Да.
Если я его пройду, мне можно будет остаться?
А вы хотите остаться?
ушла за лекарствами
Парацетамол, 500 миллиграмм.
Четыре раза в день.
Бесплатно. Это бесплатно.
Да, хорошо.
Я сейчас вернусь.
Аарон, беги!
«Где вы?»
«Это был сигнал?»
Они просят подтвердить.
«Ты начал слишком рано». Нет… «Мы начали слишком рано».
Черт.
Всё хорошо.
Полиция! Полиция!
Пригнись!
Цела?
Да.
Отлично. Пошли.
Пригнись, пригнись.
Лезь.
Давай, давай, лезь.
Давай. Держись крепче.
Давай!
Готова? Отпускай!
Так, держи.
Иди вперёд, не оглядывайся. Давай.
Эй! Залезай.
– Ездила на мотоцикле? – Нет.
Держи.
Полиция! Полиция!
Держись за меня, поняла?
Не отпускай.
У него пистолет!
Пригни голову.
Это не коп.
Аарон!
– Ты ранен. – Ничего страшного.
Остановись!
Остановись.
Надо добраться до воды.
Проверить можете?
Сколько это займёт времени?
Да ладно.
Мы вам перезвоним.
Новости?
Никаких.
Копы выпали.
Они потеряли след.
Аарон!
Аарон! Аарон! Аарон! Аарон!
Ты цел?
– Цел? – Да.
Вы нам поможете?
Пожалуйста.
Готово, можете смотреть.
Он говорит, это номер, где они ночевали.
БОЛЬШЕ НЕ НАДО
Ну, шесть лет назад у нас возникла проблема с «Тредстоуном».
Программа «Блэкбрайар»,
отчёт по которой лежит перед вами, была запущена
исключительно для того, чтобы поймать сбежавшего агента «Тредстоуна».
Пэм, что вы будете делать?
Пока мы ничего не можем вам сказать.
Я не знаю, по какой причине Памела Лэнди
преступным образом помогала врагу Соединенных Штатов.
Но так или иначе, она не имела допуска
к ознакомлению, а тем более к анализу той засекреченной информации,
которая сейчас лежит перед вами.
Пэм, ходят слухи, что вам предъявят обвинение. Это так?
– Майк, ваши комментарии? – Вы получили повестку?
Мы здесь добровольно. Пришли на заседание.
Вы контактировали с Джейсоном Борном?
Вас уже вызвали в суд в качестве подозреваемой?
Мы увидим вас завтра?
Слава богу, у нас нашлись достаточно надежные кадры,
которые сделали так, чтобы документы, которые она пыталась сдать прессе,
не были опубликованы и не нанесли ещё больше вреда.
Вы все ещё планируете появиться на заседании сенатской комиссии?
Планирую. По всем остальным вопросам обращайтесь к моим адвокатам.
Вы сожалеете о своём заявлении?
Я много о чем сожалею. А вот насчёт заявления – не уверена.
Всем спасибо.
– Привет. – Привет.
Мы заблудились?
Нет.
Я просто оцениваю разные варианты.
А я надеялась, что заблудились.