Стоп!
Девятнадцать секунд.
Лишь тому, кто обладает молодостью, принадлежит будущее.
Вы будущее Рейха.
ЧЕЛОВЕК В ВЫСОКОМ ЗАМКЕ
Проблемы?
Я в порядке.
- Пожалуйста, сэр. - Спасибо.
Чем я обязан, оберстгруппенфюрер,
вашему неожиданному визиту?
Я хотел лично вам сказать,
что моя жена продолжит свои сессии по психоанализу.
Что ж, я очень рад это слышать, сэр.
У нее намечается значительный прогресс.
Нет, благодарю. Хорошо.
Это хорошо.
А теперь послушайте,
уверен, мне нет нужды говорить вам, что моя жена
за последнее время через многое прошла.
- Разумеется. - И...
у нее слегка разыгралось...
воображение,
и я, честно говоря, думаю, это поощрять не следует.
Я бы хотел, чтобы ваши встречи ограничивались обсуждением
нашего сына Томаса,
а именно ее горем по поводу его кончины.
Это может быть проблематично, сэр. Я...
- Пациенту нужно разрешать свободно... - Это несложно, доктор.
Если она отклонится от темы, я надеюсь, вы направите ее обратно
к обсуждению нашего сына.
У вас с этим затруднения?
Нет. Конечно нет, оберстгруппенфюрер.
Все, что она скажет о Томасе, должно остаться между вами.
Врачебная тайна в отношениях врача и пациента, не подлежащая разглашению.
- Само собой разумеется. - Да, конечно.
Врач и пациент.
Сэр?
Я уверен, вы знаете, что есть люди, которым было бы весьма интересно
узнать, что вы...
лечите мою жену.
Те, кто готов неплохо заплатить
за любую информацию, которую она может неосознанно...
Нет. Сэр, я вас уверяю...
Я попытаюсь вам разъяснить.
Если у меня когда-либо возникнут причины заподозрить, что вы
не оправдали доверия, которое я на вас возлагаю,
вы и ваша семья пожалеете об этом.
Вы понимаете?
Да, сэр. Да, я понимаю.
Хорошо. Что ж, значит, мы договорились.
Большое спасибо, что приняли меня без промедления.
За вашу верность и благоразумие
я вам очень признателен. Можете звонить мне в любое время.
- Ты достал мне все, что нужно? - О да.
У меня для тебя целая корзина подарков, Джордж.
Во-первых, письмо
с поздравлениями, что представитель гитлеровской молодежи был выбран,
чтобы распространять нацистскую пропаганду в Южной Америке.
- И этим представителем был... - Томас Смит.
Вот только он был непригоден по медицинским показаниям.
Его отец всегда его прикрывал, не так ли?
Так, это телеграммы Редера в посольство в Буэнос-Айресе,
дающие добро на серию платежей
«антинацистским партизанским отрядам».
Смит планировал
похитить собственного сына?
Такова гипотеза.
Когда у нас будут доказательства?
Терпение, Джордж.
Еще немного, и я смогу доказать, что Хелен Смит - убийца.
Мы положим весь этот грязный компроматик прямо под нос рейхсфюрера,
пусть почует запах гнильцы.
Алло.
Вчера вечером кто-то следил за мной до самого дома.
Что?
Он держался в тени,
выслеживал меня как животное.
Зачем кому-то это делать?
Возможно, я в нацистском смертном списке.
Я думаю, это был Джо Блейк.
Думаете? Вы его видели?
Нет, я повернулся, и он исчез.
Мимо проходил патруль.
Зачем Джо вас убивать?
Послушайте, в фильме...
В фильме он убил вас обоих.
Да, потому что знал, что на том конце туннеля
было нечто худшее, чем смерть.
Мне нужно знать, что это такое.
Этот Джо - в фильме, не в этом мире.
Как бы то ни было, я знаю, что он связан с Лакаванной.
Зачем еще Абендсену давать вам этот фильм?
Слушайте, я знаю, что он точно что-то от меня скрывает,
но у него есть ответы, которые я не смогу найти в одиночку.
Не глупи.
- Он ничего тебе не скажет. - Возможно.
Но я должна довести дело до конца, Тагоми-сан.
И даже если это не радужный конец...
так тому и быть.
Джулиана, я...
Так почему Тагоми все еще жив?
В последний момент меня прервали, сэр.
Какая досада,
но я надеюсь, ты меня не разочаруешь.
Да, сэр.
А объект?
Мне было непросто завоевать ее доверие. Но она определенно что-то скрывает.
И что бы это могло быть?
Неким образом ей известно про Лакаванну.
Я думаю, что в прошлом году она какое-то время была с Высоким замком
и может привести нас к нему.
Если ты сможешь добраться до Абендсена,
это будет большой удачей для Параллельного мира.
Но ты должен разобраться с Тагоми.
Я приеду в Нью-Йорк сегодня днем.
После завершения своей миссии
ты доложишь мне лично о планах Уэкслера.
Да, мой фюрер. Зиг хайль.
Почему бы нам не начать с чего-то легкого?
С воспоминания, это может быть что угодно.
Что угодно?
Что угодно, связанное с Томасом.
Откиньтесь назад, если это вам поможет, закройте глаза
и вернитесь в тот момент.
Не стоит вспоминать что-то важное. Какой-то простой и приятный момент.
Они слышали, как я...
кричала и выла...
когда Томас шел к тому фургону.
Я рыдала, я умоляла, и все мои соседки,
домохозяйки, мои подруги слышали,
как я умоляла его остановиться.
Остановиться и вернуться в дом. Не делать этого.
Мне так стыдно.
Но любая мать рыдала бы и умоляла, вы так не думаете?
Мой сын был героем, а я проявила слабость.
Нет.
Горевать в открытую требует силы.
Да?
Это слабые скрывают свои чувства за маской черствости.
Послушайте, одних моих слов будет недостаточно,
чтобы вы волшебным образом избавились от чувства стыда.
Но если вам станет от этого легче,
нет ничего более важного для арийского государства,
чем сильная мать, которая вкладывает всю мощь
своих эмоций и убеждений в повседневную жизнь в Рейхе.
Мадам?
Эдгар.
Ты пришел к Джону?
Нет, дорогая, я пришел поговорить с тобой.
Понимаешь, появились новые улики
в расследовании убийства Элис Адлер,
которые вынуждают меня снова открыть это дело.
Я не понимаю. Человек, которого вы арестовали,
разве он не признался?
Да, он действительно признался.
Но я полагаю, это признание могло быть вынужденным.
Ты это узнаешь?
Я искренне надеюсь, что в твоем шкафу не найдется ничего, к чему бы это подошло.
- Это кровь? - Мадам.
Извини.
- Кое-что нашли. - Позвони Джону.
- Положите на место. - Вот этот.
Похоже, только из химчистки.
Недостающая пуговица идеально подходит.
Немедленно положите мой пиджак на место.
Послушай, Хелен.
Кто бы ни сунулся на место преступления, он не стал бы перемещать тело.
Да, я подожду.
К счастью или к несчастью,
это нашли под стулом рядом с местом смерти Элис.
Тебе что-нибудь об этом известно?
Да, разумеется, я...
На мне был этот пиджак, когда я пошла к Элис, чтобы поговорить,
чтобы образумить ее.
Эти слухи, которые она распускала.
Мы повздорили и сильно.
Должно быть, она просто оторвала пуговицу с моего пиджака.
Как только я поняла, что она не в себе,
я повернулась и пошла домой.
Я только что сделала заявление. Ты не хочешь записать его?
Я хотел смотреть тебе в глаза, когда ты произнесешь эти слова.
И ты веришь мне, не так ли, Эдгар?
Конечно я верю, Хелен.
И я хочу, чтобы ты знала, что я сделаю все, чтобы помочь.
Извини, что потревожили.
- Доверься мне, Хелен. - Довериться тебе?
- Когда я тебе поверила в прошлый раз... - На помощь Гувера не рассчитывай.
Нет? Потому что он ворвался сюда с парой своих людей.
Кто помешает ему вернуться и арестовать меня?
Да?
Да, рейхсфюрер. Разумеется, я приду.
Да, конечно.
Это был Гиммлер?
Это всего лишь собрание.
Давай сохранять спокойствие.
Тебя срочно вызывает рейхсфюрер.
Как я могу оставаться спокойной? Боже мой!
Мы не знаем, с чем это связано. Давай не будем спешить с выводами.
Именно это меня и пугает. Я в ужасе.
- Мы не знаем, что... - Что ты приняла, Хелен?
Ты что-то приняла?
- Что ты выпила, милая? - Нет, я...
Что ты приняла?
Я избавилась от своих таблеток, если ты об этом.
Я сильная женщина.
Да, я знаю, что ты сильная женщина, Хелен.
Защищать тебя - моя работа.
Я должен заботиться о тебе и детях.
А теперь оставайся дома.
Ни с кем не говори,
ничего не делай. Я скоро вернусь.
Тогда мы посмотрим, что к чему.
Останься, я сварю кофе.
Ты же знаешь, я бы с удовольствием. Но, честно говоря, я проспала,
а Уэйн ждет.
- Как и моя работа. - Работа?
Тогда обсудим «Нулевой год».
Слушай, Николь.
Нью-Йорк - столица космополитов,
но он далеко не такой искушенный, как Берлин.
И то, что мы с тобой делаем,
как бы мило и чудесно это ни было...
может уничтожить нас обеих.
Не надо бояться. Главное - мы нашли тебя.
Неважно где.
Я всегда к вашим услугам, сэр.
Да, я знаю.
Но, понимаешь ли...
То, что ты к моим услугам, Тельма, этого недостаточно.
Теперь тебе придется проявить инициативу.
Просто... К черту все это.
Это безнадежно. Просто поезжай без меня.
Да ладно, взбодрись, Роберт.
До Денвера топать 25-30 километров максимум.
Найдем работу, отложим денег.
- Работу? - Конечно.
Ты мог бы быть барменом,
ввести в Нейтральной зоне коктейли на основе «Кампари».
Я лучше харакири сделаю, нет уж, спасибо.
Или возьми это.
Слушай, как ты знаешь, я был расстроен из-за наших противоречий,
так что я положил ее в карман.
Воришка. Ты чертов мошенник.
И потом, когда нас окружили эти чокнутые мотоциклисты,
я спрятал ее в трусах.
Эй!
А как насчет фотографии, которая доказывает, что это вещь Джона Уэйна?
Она в полной безопасности у меня в трусах.
- Ребята, вас подвезти? - Да. Секундочку.
Давай разойдемся по-тихому. Я подожду следующую машину
- и пойду своей дорогой. - Но следующей машины может и не быть.
Слушай, мне это не нужно.
В Сан-Франциско меня ничто не держит.
- Я остаюсь здесь. - Решайте.
Я не могу торчать тут весь день.
Боже, помоги мне, но я не могу оставить тебя тут одного.
Возвращайся с нами. Пряжка твоя, безвозмездно.
Бери.
Идем.
Фотография мне тоже понадобится, но только не сейчас.
Позже, когда под рукой будет мыло.
Секундочку.
Заходи.
- Все хорошо? - Я пока не знаю.
Что ж, ты полна сюрпризов.
Да, как и ты. Мне сказали что ты вселился под именем «Джо Блейк».
Ну так это и есть мое имя.
Почему этот третьесортный отель? Почему ты не остановился в посольстве?
Ну, они прослушивают комнаты.
А я время от времени люблю уединение.
Что это, черт подери?
Использую его, чтобы звонить в Берлин.
Это лишь стандартная безопасная телефонная линия для дипломатических звонков.
Не дает япошкам прослушивать переговоры.
Да, зря я сюда пришла.
Погоди. В чем проблема?
Мне нужно знать, где ты был вчера ночью, и будь в кои-то веки честным.
Я понятия не имею, о чем ты говоришь.
- Нет? Не имеешь? - Нет.
И, по правде говоря, я с тобой был куда честнее, чем ты - со мной.
Не надо переводить тему.
Знаешь, ты права. Тебе лучше уйти.
Почему Гиммлер оставил тебя в живых?
Ты всё еще тут.
Я хочу знать, что они делали с тобой в той камере все эти месяцы.
Твоего отца казнили, а тебе пришлось лишь отречься от него, чтобы тебя освободили?
- Это мы обсуждать не будем. - Нет?
Ты же не просто чертов торговый атташе, Джо.
- Что ты согласился сделать для Гиммлера? - Перестань.
Зачем ты в Сан-Франциско на самом деле?
Я же сказал, мы не будем это обсуждать.
- В этом-то и проблема. - Довольно!
Хочешь знать, как я выжил?
Моего отца не просто казнили.
Они заставили меня это сделать.
Они заставили меня пустить моему отцу пулю в лоб...
пока Гиммлер стоял там и смотрел.
Не проходит и дня,
чтобы я не жалел, что не приставил пистолет к собственной голове
и не вышиб себе мозги.
Мне так жаль.
Ты припозднился.
Или ты забыл, что через несколько дней церемония?
Нет, не забыл. Прости.
Что-то не так?
Я в порядке.
На чем мы остановились?
Книга Левит.
Моисей хочет искупить свои грехи
перед Адонай, Господом нашим, и делая это...
Да, знаешь что?
Может, вся эта бар-мицва не для меня.
- Мне же не 13, Марк. - Слушай, твой...
Твой возраст не имеет значения.
Я думал, это для тебя важно.
Да, так и было, но все меняется.
После всего того...
что я сделал. Ты понимаешь, о чем я.
Искупление...
это долгий и тернистый путь. Это целый процесс.
Сам факт следования этому пути доказывает, что у тебя есть моральный компас.
А как насчет людей без морального компаса?
Ты вообще собирался сказать, что меня ищут якудза?
Лайла сказала мне, что столкнулась с ними в Денвере.
Я собирался тебе сказать
- после церемонии. - Могло быть уже слишком поздно.
Может, нам бросить все это? А я вернусь к работе.
Притормози, Фрэнк.
Эти люди шныряют по округе,
но в Денвере никто не знает, что ты здесь.
Откуда тебе...
Боже, ты же так старался.
Это не просто бар-мицва.
Это способ ввести тебя в общину, что, в свою очередь, является
- способом обезопасить твое будущее. - Марк,
мы оба чертовски хорошо знаем, что мое будущее под большим вопросом.
Именно это и означает быть евреем.
Привыкай.
Присядь.
Джон.
Мне так жаль, сэр.
Я пытаюсь понять, как мне на это реагировать, Эдгар.
Как ты вообще додумался
прислать своих молодчиков ко мне домой? Весьма глупый план.
Угрожать моей жене?
Я просто озвучил факты, как они есть.
И я уважаю твою работу,
поэтому я договорился с Рокуэллом.
Ты уйдешь в отставку пораньше,
и все это кончится. Все забудется.
Надеюсь, тебя это устраивает,
потому что альтернатива попахивает изменой,
казнью и другими неприятными вещами.
Знаешь, чтение стихов из Торы
как-то изменило мою точку зрения.
- Да? - Да. Спасибо.
Хорошо.
Мне правда нужно петь их перед всей...
Это скорее чтение нараспев, а не пение.
У меня это получается, а я ведь даже не певец.
Я даже не кантор. Даже не Эдди Кантор.
Песенка спета, и не только Фрэнка, но и наша.
Это стопроцентная бойня, чтоб ее.
Мы будем действовать быстро. Мы заключим сделку, если до этого дойдет.
Перестаньте спорить.
Я все понимаю, и я ухожу.
Я ухожу немедленно.
Решение еще не принято, Фрэнк.
Мы просто это обсуждаем, вот и все.
Слушайте, я благодарен вам за приют,
но я не хочу, чтобы угроза вашей общине была на моей совести.
- Марк, подвезешь меня до Денвера? - Не-а.
Ладно, давайте голосовать.
Поднимите руки те, кто хочет, чтобы Фрэнк ушел.
Знаешь, почему наша община называется Сабра, Фрэнк?
Кто за то, чтобы он остался?
Это от иудейского слова «цабар». Это кактус, растущий на Святой земле.
Говорят, он жесткий снаружи...
Решение положительное.
И сладкий и нежный внутри.
Пока Фрэнк остается.
- Пошли поедим. - Да.
Джон. Рад, что ты смог прийти.
Разумеется.
Что на повестке?
Нечто крайне серьезное.
Давайте начнем с д-ра Адлера,
о котором ты так лестно отзывался
после его внезапной кончины от сердечного приступа.
Человека, только что получившего справку об отсутствии болезней от кардиолога.
Итак...
Что же послужило причиной смертельного инфаркта Адлера?
Скрытая блокада сердца,
я думаю. Ты мне скажи, Джордж.
Я не могу тебе сказать,
ведь Джерри Адлера кремировали, прежде чем было сделано нормальное вскрытие,
о чем Элис Адлер просила всех, кого могла.
А потом Элис тоже внезапно замолчала.
По данным полиции, она погибла во время неумелой кражи со взломом.
Но теперь службисты пришли к потрясающему умозаключению.
Взломщиком, если это действительно взломщик убил миссис Адлер,
была другая женщина.
А в это время появились улики касательно плана Смита
по вывозу своего больного сына из страны,
чтобы потом выдать это все за похищение,
переправив Томаса в безопасное укрытие в Аргентине.
Это госизмена -
скрывать болезнь своего сына
и использовать свои полномочия для похищения больного сына.
Я уж не говорю об убийстве высокопоставленного нацистского чиновника
д-ра Адлера и его жены.
У вас есть улики для подтверждения этих обвинений?
Мой фюрер, у нас есть мотив, средства и доказательство.
Извините, рейхсмаршал,
боюсь, вы запутались.
«Запутался»?
И как же?
Обвинения, выдвинутые вами против оберстгруппенфюрера Смита, беспочвенны.
Это всего лишь домыслы.
Какого черта ты несешь?
Я не понимаю.
Ты показывал мне все эти телеграммы из Буэнос-Айреса.
Пуговица Хелен Смит с пятнами крови Элис Адлер.
Эдгар, где это все?
Как я понимаю, доказательств в поддержку этих обвинений в госизмене нет?
У меня нет никаких доказательств, мой фюрер.
А вот ложно обвинять старшего члена партии
в таких преступлениях - это и правда измена.
Уберите его отсюда.
Убирайся!
С глаз моих.
Прочь из этой страны!
Сейчас же!
Эдгар, ты подставил меня.
Все было подстроено!
Я тебя уничтожу, черт возьми!
Ты правда думал, я буду сидеть сложа руки, пока ты угрожаешь моей семье, Эдгар?
Вряд ли ты хочешь, чтобы это обнародовали.
В архиве?
Ты же знаешь, что все это ложь,
инсинуации и слухи. Ничего больше.
До этого момента.
Прошу извинить нас, мне нужно переговорить с оберстгруппенфюрером.
Я приложил много усилий, чтобы выдвинуть тебя на высокий пост,
а ты чуть не подвел меня.
Если бы Гувер добрался до Редера и допросил его,
то это тебя выкинули бы отсюда, а не Рокуэлла.
Да, рейхсфюрер.
Ты проявил неосторожность,
доверив свои секреты подчиненному.
Эту проблему нужно было решить, чтобы твои секреты остались в тайне.
Но один вопрос остается открытым.
Твоя жена.
Она обуза и слабое место, как и Эрих Редер.
И если ты не можешь контролировать или сдерживать ее,
это буду вынужден сделать я.
Рейхсфюрер.
Итак, с этого момента
ты исполняющий обязанности рейхсмаршала.
Не разочаруй меня, Джон.
Это преображение, создание нового облика, реорганизация,
новое начало.
Мы вступаем в совершенно новую фазу на всей территории Нацистского Рейха -
«Нулевой год».
Это процесс превращения.
И он начнется с уничтожения крупнейших достопримечательностей Америки до Рейха.
Первой в списке идет сентиментальная любимица,
и именно поэтому она должна быть уничтожена и быстро.
Что весьма удобно - располагается она прямо здесь, в заливе Нью-Йорка.
Она обладает нарциссизмом, присущим представительнице женского пола,
в особенности - испорченным француженкам.
Но она не только самовлюбленная,
она еще и страдает пироманией.
Мы могли бы организовать управляемый снос,
заложить взрывчатку с таймером
и разрушить статую до основания.
Нет, я хочу, чтобы это было зрелищно.
И дело не в том, чтобы просто разрушить ее.
Важно - что заменит эту глыбу камня,
словно ее там и не было.
Американское поколение нулевого года,
идеально подходящее для уничтожения прошлого.
Ваш сын гордился бы этим.
Это Новый Колосс.
Директор Гувер, сэр.
Мои поздравления, Джон.
Я рад работать с таким способным и надежным человеком.
И я счастлив, что нам удалось оставить в прошлом нашу тупиковую ситуацию.
О да. Я тоже, Эдгар.
И я уверен, мне нет нужды говорить тебе,
что у нас, должностных лиц Рейха, нет никаких страховых программ.
Так что то, что у меня есть на тебя,
- я оставлю себе, если ты не против. - Я понимаю.
С учетом вышесказанного я бы хотел, чтобы к концу недели на моем столе
были все данные, что у тебя есть на меня.
Меньшего я и не ожидал.
И пока ты пытаешься выиграть время, Эдгар,
принеси мне
свои документы по неудачной охоте Рокуэлла на Высокий замок.
Настоящие документы.
Служить - мой долг. Хайль Гиммлер!
ГАВАНА, КУБА ВЕЛИКИЙ НАЦИСТСКИЙ РЕЙХ
Что будете пить, кабальеро?
Удиви меня.
Я пью имбирный эль уже лет десять, чтоб его.
Извините. Вы - это он?
Великий человек в ссылке,
Наполеон на Эльбе.
Вас обокрали, г-н президент.
Что ж, Бонапарт сбежал со своего острова через год и снова вернулся к власти,
так сделаю и я.
Кто они?
Солдаты удачи.
Наемники и отлично знают свое дело.
Хотите встретиться с ними?
Не сегодня. Сегодня мне нужны надежные связи.
Понимаешь, о чем я?
И два этих талантливых танцора для частного представления,
чтобы смягчить боль от моего кубинского поражения.
К вашему тропическому раю претензий нет, без обид.
Добро пожаловать в Гавану, кабальеро.
Мировую столицу солнца, песка и греха.
И, разумеется,
два наших талантливых танцора будут немедленно доставлены к вам.
...описывая оберстгруппенфюрера Смита настоящим героем Рейха
и достойным блюстителем этой роли.
Наши заголовки вновь...
Рейхсмаршал Рокуэлл лестно отозвался об оберстгруппенфюрере Смите в своей речи
на церемонии, почтившей память сына оберстгруппенфюрера, Томаса.
Ранее сегодня в неожиданном заявлении
Джордж Линкольн Рокуэлл объявил, что он уходит с поста
рейхсмаршала Америки, а оберстгруппенфюрер Смит...
- Папочка, ты пришел. - Иди посмотри, тебя показывают.
- Да ну? - ...рейхсмаршал объяснил,
что он намеревается удалиться на свои сахарные плантации на Кубе,
чтобы обеспечить качество этого важного для Рейха продукта
и посвятить свое время написанию мемуаров.
В скором времени будет сделано заявление
об официальном вступлении в должность нового рейхсмаршала Америки.
Так, ладно, прошу у всех прощения, но довольно. Это был долгий день.
Бриджет, можешь идти домой.
Больше достоверности.
Я люблю, когда все реально.
Так для тебя достаточно реально?
Смит передает привет.
Не помню, когда я последний раз так спал.
Джо, я хотела кое-что
тебе рассказать.
Я кое-что видела.
Другой фильм.
С тобой и мной.
Туннель.
Это было не во сне, это было в фильме.
Поэтому я и решила, что ты можешь знать о Лакаванне.
И где ты видела этот фильм?
Если я покажу его тебе...
Я надеюсь, он тебе что-нибудь напомнит.
Что угодно. Даже малейшую, самую...
незначительную деталь.
Хорошо.
Если ты считаешь, что это поможет.
Я пойду в душ.
Ладно.
ОКРУГ ЛАКАВАННА
КВАНТОВАЯ АНОМАЛИЯ ПОКОНО
Это ищешь?
Это Лебенсборн.
Я видела его раньше.
На трех мертвых нацистских коммандо.
И где это было?
В Нейтральной зоне.
Это весьма большая территория, Джулиана. Где именно в Нейтральной зоне?
- На ферме. - На ферме?
На той, что в Джеймстауне, неподалеку от Боулдера?
- Теперь ты меня пугаешь. Я... - Послушай, Джулиана.
Сопротивляться - значит навлечь на себя боль, через которую я прошел, поверь мне,
ты этого не хочешь.
И чего же, по-твоему, я хочу?
Ты хочешь присоединиться ко мне
в мире, полном совершенства и счастья.
- Мне ты счастливым не кажешься. - Да очнись ты!
Это мир, в котором мы живем.
Мир, который мы можем улучшить,
но не с твоими понятиями добродетели.
Смирись с этим, и ты найдешь выход.
Что значит «Die Nebenwelt»?
Это значит другой мир, параллельный мир,
и когда мы попадем туда, а потом в следующий мир,
и за ним - в следующий,
Рейх будет повсюду.
Это воплощение величайшей мечты моего отца.
А теперь одевайся.
Или что?
Знаешь, я столько раз видела, как ты меня убиваешь.
Знаешь, что происходит потом?
Ты берешь пистолет, приставляешь его к своей голове
и вышибаешь себе мозги к черту...
Ты отведешь меня к Тагоми,
а потом к Высокому замку.
Одевайся.
Меня сейчас стошнит.
Джулиана.
Минутку.
Джулиана, открой дверь.
Открывай дверь, быстрее.
Иду.
Почему ты не одета?