ТРИВАНТИЙСКО-ГЭНАЙТСКАЯ ГРАНИЦА
СПУСТЯ 256 ДНЕЙ ПОСЛЕ БИТВЫ У ЗЕЛЁНОГО РВА
Поднять щиты!
Держать строй!
Стоять!
Сомкнуть щиты!
Строй держать! Строй...
Строй! Держать строй!
Их слишком много!
Отходим!
Бежим, бежим!
Уходим!
Закрыть ворота!
Священна боль деторождения, Магра.
Ты не говорила.
Её забываешь.
Лгунья.
- Царица. - Что?
Царица.
Что такое?
Воды не отходят, только кровь. Много крови.
- Успокойтесь и... - О, отцепись!
Меня всю разрывает изнутри.
- Помоги ей встать. - Нет.
- Да. - Нет.
Да, Сибет.
Вставай.
Вот так. Да.
Ремни. Петли.
Да.
Теперь вторую.
Вот так.
Сибет. Перестань тужиться.
Не могу!
Надо. Ребёнок ещё в рубашке.
Он должен в ней и родиться или не сможет дышать.
Вытаскивай... в рубашке!
Стоп.
Я придерживаю. Всё. Тужься.
Тужься!
Да.
Гармония.
Я его не слышу. Пусть он заплачет.
Мы стараемся.
Это мальчик.
Родиться в рубашке хорошо. Ребёнка освятила вода.
Бог Пламя дал мне зрячего пророка.
Назовем его Вулфф. В честь нашего отца.
Есть хочет.
Магра, дай его покормить.
Для этого есть кормилица.
Ты откажешь ребёнку в молоке матери? Да?
Не начинай, Сибет.
Царица, что принимает роды.
Я забыла, ты же была крестьянкой Алкенни.
Меня научила Пэрис.
И прося о сочувствии, тебе стоило бы вспомнить её.
Эта женщина гор хотела забрать ребёнка.
Теперь его забираю я.
Ты меня тоже убьёшь?
Кто знает.
- Моя царица. - Уже?
- Время не терпит. - Я говорил, он слишком спешит.
- Ты сказал «давно пора». - Это была ирония.
Магра, конечно, это очень волнительный момент.
И я знаю...
Тривантийцы скоро узнают о ребёнке.
Когда приедет посол Тровер,
она потребует, чтобы ей передали Сибет.
Она захочет увезти её в Тривантис.
Вы ведь согласились.
Да, если он начал, его не остановить.
- Харлан! - Но он всё же прав, если честно.
Магра, ты правда обещала отдать тривантийцам сестру после родов.
Кто-то из вас хочет покормить ребёнка?
Нет?
Тогда я вас не задерживаю.
И что ты скажешь Тровер?
Рад, что ты спросил. Понятия не имею.
Спасибо, Магра. Спасибо.
Лишь до прихода кормилицы.
Молодец, человечек.
Малыш Вулффи.
Ты видишь меня?
Видишь свою маму?
Ты дитя из пророчества, посланное мне Богом Пламенем.
Не волнуйся. Я не позволю тебя отобрать.
ВИДЕТЬ
Это третье отступление армии за три дня.
Что там вообще происходит?
Они же просто дикари. А мы – воины Тривантиса.
Они идут с ветром. Мы их не слышим.
Теперь они знают, где наш лагерь.
Они найдут сюда дорогу.
И их больше. Мы не защитим укрепление.
Капитан Рен, вы себя слышите?
Нас отправили подавить примитивный бунт,
вместо этого мы получили большую войну.
- И вы в ней проигрываете. - Кто это?
Капитан-лейтенант Тормада, третья база,
подчинялся непосредственно покойному генералу Идо Воссу.
Тормада, слышал о вас. Главный учёный Идо.
Я думал, третью базу закрыли
после гибели генерала.
Рен, вы были на третьей базе?
- Так точно. - Капитан Рен.
Идо вас очень ценил.
Благодарю.
Вы выжили в битве у Зелёного рва.
На Идо свалить вину за поражение нельзя,
и, я полагаю, крайней в этой ситуации сделали вас.
Именно поэтому вас и сослали сюда.
Прошу прощения, капитан-лейтенант,
но зачем было военным отправлять учёного на передовую?
Затем, что наука вас спасёт, полковник.
Наука победит в этой войне.
Рен права.
Гэнайты будут здесь уже утром, если не раньше.
Раз так, друзья,
утром вы объявите о своей победе.
При всём уважении, капитан-лейтенант,
вы не представляете, с чем мы здесь столкнулись.
При всём уважении,
вы не представляете, что я сюда привёз.
Тише, малыш мой Спи, засыпай
Будет у нас в доме попугай
А если он говорить не станет
Мама колокольчик тебе достанет
Если вдруг он звенеть не будет
Козлика мама тебе добудет
Если нас катать не захочет он
Мама тебе купит карету с конём
Кофун...
Подойди.
Возьми сына.
Я не умею.
Каждый родитель умеет держать своего ребёнка.
Но он не мой.
Кофун?
Здесь.
Как нашёл меня?
На троне твоя мать, но это мой город.
Родди. Один для меня, и один для моего юного друга.
- Спасибо. - Спасибо.
Знаешь, будь с нами Баба Восс...
Его нет.
Я знаю, что нет. Спасибо. Я лишь говорю...
Не надо.
Ты женился на его жене,
но это не значит, что ты мне отец.
У меня и так их хватает.
Думаю, ты уже хорошо меня знаешь,
и понимаешь, что я не хочу быть чьим-либо отцом. Спасибо.
Ладно.
А мой отец тебе был бы как дед.
Он был хорошим.
Очень добрым, очень честным, очень любящим.
Любил посмеяться.
Моя мать была совсем другой.
Умная, хитрая и холодная.
Знаешь, когда я был ребёнком, она даже за руку меня не брала.
Естественно она презирала отца, считала слабым.
И, да, порой и я тоже.
Становясь старше, я начал понимать, что слабым он не был.
Он обладал тихой, мягкой силой.
И всё.
Долгие годы терпеть мою мать, чтоб меня. Да.
В общем, я надеюсь, то, что я в итоге понял отца, значит,
что я пошёл в него, а не в неё.
К чему это всё?
К тому, что раз детей у меня нет, я не могу советовать тебе как отцу.
Но я просто эксперт в делах запутавшихся детей.
Итак, ты готов?
От тебя родила сумасшедшая, жестокая женщина.
- О, чёрт, Харлан. - Ты в курсе. Она безумна.
Но я о другом, если кто-то и нуждается в отце,
то это не ты, балда.
А он, твой ребёнок. Ясно?
Твой сын.
И легче тебе не стало, правда?
Нет, не стало. Нет.
Ну а коли так,
выльем эту мочу и возьмём пряного вина.
Мне кажется, что здесь такого не подают.
Да брось. Родди, хорошего, пожалуйста.
Конечно, Харлан.
- Что? - Говорю же. Это мой город.
Чего застрял.
Аюра, доложи.
Двести с лишним,
быстро приближаются с севера и юга.
Прекрасно.
Приготовиться к бою!
В этом нет необходимости.
Оломан.
Тридцать ударов.
Они почти подошли.
Всем стоять!
Приготовиться к бою!
- Нет! Не двигаться! - Что?
Если не драться, мы умрём!
Не сегодня.
Десять ударов.
Друзья мои, приготовьтесь.
К чему?
Это не такое уж редкое явление.
- Спасибо. - Я выросла у подножия Кливз,
и там было сразу несколько бабушек, которые также были внукам тётками.
У нас же мать также является тёткой, что, соглашусь, запутывает дело.
Ведь отец ребёнка приходится матери племянником,
а это значит Кофун и его сын – кузены.
Нет. Стоп. Сейчас. Да, точно.
А значит, ты тётка ребёнка и тоже кузина.
Фух! Это и так сложно,
а что будет, когда придётся объяснять ребёнку.
А как он будет называть меня?
Тётя Шарлотта. Неплохо звучит.
- Тетя Шар-шар. - А когда принесли?
Рано утром.
Идо понимал потенциал зрения,
и то, какие технологии оно откроет.
К сожалению, мы не успели доделать взрывчатку
до похода на Пайан.
Иначе мой друг был бы с нами.
Я подвёл его и очень мучаюсь из-за этого.
Так что я выполню данное им задание.
Триада не одобряла стратегию Идо в вопросе зрения.
Триада. Они слишком расслабились.
Поражение у Зелёного рва – идеальный пример того,
как опасно это может быть.
Идо снова и снова бил во все барабаны, они его не услышали.
Вы считаете, они услышат вас.
Ну, вы ведь согласитесь, у нас теперь более громкий барабан.
Вы были преданны Идо.
И он защищал вас. Вас и ваш особый дар.
О, да.
У нас с Идо не было тайн.
И я надеюсь, что у вас тоже.
Вместе мы закончим начатое Идо.
Полагаю, я могу доверять вам, Рен?
Конечно.
Только... я не понимаю, о чём вы меня просите.
О, я не прошу. Я приказываю.
Война с Гэнайтами, считай, окончена.
Теперь нужно обратиться на восток.
Пайан.
Плодородный, с запасом угля.
И, хочу напомнить, там тот, кто убил нашего Идо.
Должен сообщить, мои шпионы выследили Баба Восса.
И уже скоро мы сможем отомстить за Идо.
Всё закончится, когда мы убьём Баба Восса и завоюем Пайан?
Нет. Всё только начнётся.
Что находится за Пайаном? А ещё дальше?
Есть данные о том, что города находятся со всех сторон от нас.
У нас есть оружие, делающее нас несокрушимыми.
Мы построим крупнейшую империю в истории человечества.
Мэддокс.
Увы, но мне пора.
Это лейтенант Мэддокс, моя правая рука.
Он немногословен, это один из его талантов.
Он поможет вам закончить здесь, а потом сопроводит вас в Тривантис.
Мне лучше остаться с батальоном.
Мы оба знаем, что вы слишком ценны для этого.
Ну, меня ещё ждут дела.
Говорю тебе. Я знаю, что я видела.
Может, и так. А может, ты лишь хотела, чтоб так было.
Зрячих людей не было так долго,
что странно было бы начать встречать их на каждом шагу.
А может, их больше, чем нам казалось.
Они просто не хотели, чтоб их сожгли.
И сейчас не хотят.
Нельзя изменить сознание людей простым указом, как думала Сибет.
Ведь уйдут годы, чтобы незрячие приняли зрячих.
Но наше зрение помогло спасти Пайан у Зелёного рва.
- Спасли нас тайные племена. - И мы тоже.
Слушай. Кем бы ни был Роу Вано, лучше оставь его.
Он хочет скрываться – так пускай. Жаль, я не могу.
Как можно отрицать свою суть?
То, что я вижу – это не главное во мне.
Что за глупость!
Ты говоришь, как Джерламарел.
- А ты, как придурок! - Ханива, довольно!
У нас появилась возможность для того, чтоб построить мир,
где такие, как мы, не будут жить в страхе!
Ты не хочешь?
Не для себя, так для сына?
Он хотя бы видел ребёнка?
Я думаю, мы обе понимаем,
что отцовство он представлял себе не таким.
Ему нужно время.
Папа убедил бы его принять ответственность
за сына.
Ну, его с нами нет.
И по моему мнению,
Баба не вправе рассказывать, каким отцом надо быть.
- Он вернётся! Ты же знаешь! - Я знаю, что он нас бросил.
Бросил меня.
Ты его предала.
Лгала ему и всем нам.
А потом хотела, чтобы он принял всё это. Этот дворец.
Нового мужа.
Всё это лишь ради вас.
Возможно.
Но это его раздавило. И я понимаю, почему он ушёл.
Ханива!
Что там с тобой?
Рычишь, как волк.
Тише. Я тебе помогу.
Только не кусай.
Я не хочу тебя убивать.
Вот так. Вот так. О да, молодец.
Что ты здесь делаешь?
Что это?
Да, что это?
Ничего.
Да. Я это сниму.
Молодец. Всё хорошо.
Да, молодец.
Да. Вот так.
У меня... О, что-то вкусное.
Да. Вот оно.
Вкусно.
Ну-ка?
Да, вот она. И ещё.
Вот! Нет, нет, нет, нет, нет, жди, жди.
Я тебя отпущу. Только не бросайся, а то убью.
Дуй.
А, отвянь!
Встать поможешь?
К тебе никто не может подкрасться.
Такие шумные – нет.
Однажды удивлю тебя.
Это будет странно.
Не шевелись.
Давай уже, давай. Давай.
Готов? Традиция - есть традиция, друг.
А ты проигравший.
- О, воняет! - Я думал, ты уже привык.
Твой час ещё придёт, Баба.
- Ты всё? - Пока да.
Ладно. Полезли.
Ты спугнул наш обед.
Придётся найти другого оленя.
О. У нас много мяса.
Пока ты с нами, ты ухитрился добыть больше оленей,
чем мы съедим.
Мне непонятно за чем ты гонишься.
Пошли. Я чувствую твои темные мысли.
Полезли.
Уберём дерьмо из твоей головы. А заодно и с моего лица.
Отплюйся. Вот так.
Ты будешь?
Не буду.
Помогает отвечать на вопросы.
Какие?
Почему ты здесь.
Потому что мне некуда идти.
Ты же знаешь.
Ты всю свою жизнь бегал и прыгал,
и рубил, и резал ради кого-то.
Теперь ты сам по себе.
Пора пожить ради себя самого.
Я всю свою жизнь пытался защитить семью...
но лишь подвергал их большей опасности.
И мне кажется, что я обрёк
всех, кого люблю, на смерть и войну.
Ты винишь себя за Идо.
Я говорил не о нём.
Он всегда здесь.
Он всегда между слов.
- Мы это уже обсуждали. - Ну да.
Но мы продолжим о нём говорить, пока всё это не прекратит тебя мучить.
Баба, я помню твоего отца.
Он был жестокой сволочью.
Ты стал таким, какой есть, а Идо сделался Идо.
Но в общем-то, твой отец в этом не виноват,
и точно виноват не ты.
Мы сами решаем, какими нам стать.
А горы учат хотя бы тому,
насколько мы все незначительны.
Даже ты, Баба Восс,
ты всего-то лишь кусок дерьма на жопе жука.
Много болтаешь.
Наверное, это трава.
Нет! Уходи!
Кыш! Нет! Оставь меня.
- Твой пёс голоден. - Он не мой пёс.
Ему скажи.
Нет!
Как назвал?
Его зовут Нет.
Нет? Это... Это не имя.
Он только на него откликается, правда же?
Уходи!
Ты его запутал.
Дай нормальное имя.
Вот ты и дай.
Это не мой пёс.
Любимая!
- Лесник! - У Баба Восса пёс.
Нет у меня пса!
Лесник, ты говорил, будет мясо.
Он хотел рыбы.
Да, для мозгов полезно.
Остатки мозгов забрала трава, что ты куришь.
Лишь больные части.
А так я мудрый, правда, Баба?
Я думаю, лучше промолчать.
- А я думаю, тебе пора. - Лу.
Ну что Лу!
Ты говорил, что он к нам на пару дней, прошли месяцы.
Понеслось.
Он принёс смерть племени Алкени, моей семье.
Смерть принесли Охотники, а не Баба.
А ты просишь, чтобы я его слушала каждый день.
Я не прошу.
Ты хоть вспоминаешь Алкенни, Баба Восс?
Каждый день.
Чет-чет!
Львица!
Не стоит тебе бродить здесь одной, здесь много волков.
Тебе здесь тоже не место.
Здесь хорошо разве что волкам.
Это наш дом.
А ты прояви уважение,
тем более, что тебя сюда никто не приглашал.
Мне и самой не хочется находиться
- в этом унылом укрытии. - Львица...
Мы не прячемся.
Мы просто перестали носить старые узлы и кости.
Нация, царство, племя – всё едино.
Ты не сможешь стать их частью, если не отдашь кусок души,
который не вернёшь.
Ты же во всё это не веришь, правда, Баба?
Ты был великим лидером.
И этот лидер в ответе за гибель целого племени.
Ты не виноват.
Да? А кто тогда?
Баба?
Иди домой, Львица.
Прошу.
Пойду. Но с тобой.
Ты обещала матери, что не будешь его преследовать.
Она просила. Но я не обещала.
О! Твоя мать царица, ты ей не подчинилась.
Тебя теперь повесят?
Но мы ведь ей не скажем.
Так или иначе, это плохая мысль.
Как и все вы, я служил монархам
во имя Бога Пламени.
Бился за них.
Истекал кровью.
А они меня предали.
Предали всех нас.
Царица Кейн предала нас.
Тамакти Джун предал нас.
Так называемая Царица Магра предаёт нас,
извращая слова Бога в угоду себе!
Свергнуть царицу!
Так что придётся нам,
народу Пайана,
исполнять волю Бога,
продолжая истреблять грех зрения,
пока наш монарх не опомнится.
Шайло,
веди ведьмака.
Прошу! Нет, прошу, отпустите! Всё это ошибка!
Я не ведьмак! Я не зрячий!
- Ты лжёшь! - Пошли.
Мы знаем, ты видишь. Ты связался с дьяволом.
Я не вижу, я клянусь, я не ведьмак!
- Они не смеют! - Их здесь слишком много.
- Ты клялась защищать зрячих. - Я это и делаю, пошли.
- А как же он? - Уходим!
Стойте! Стойте!
Он ни в чём не виновен.
А чем ты это докажешь?
Я вижу его глаза.
Отлично, чёрт.
Я принцесса Ханива, дочь царицы Магры,
и её именем я приказываю его отпустить.
Дочь-ведьма царицы Магры.
Ты понимаешь, что мы здесь сжигаем ведьм,
а не подчиняемся им.
Взять её!
Держу её!
Нет, нет, нет.
Глаза! Заберите её глаза!
Во имя Бога Пламени и всего святого...
мы отправляем твою душу
обратно в преисподнюю!
Назад! Ханива!
Я здесь.
Я вас вижу!
Я всех вас вижу!
Вы заплатите!
На границе сейчас неспокойно, армия в полной боеготовности.
Опасения обоснованы, Капитан Госсет.
Откуда нам знать, что отдав Тривантийцам Сибет,
мы получим мир?
Ведь речь идёт о Тривантисе.
Нет причин думать,
что Тривантийцы не сдержат слова.
Нельзя быть в этом уверенными.
Да, но я знаю, что будет, если мы им откажем.
Несколько месяцев я вёл переговоры с послом Тровер,
уверен, она сдержит слово.
А если нет?
Лорд Харлан приказал увеличить добычу.
Если мира не будет, мы сможем вооружить армию.
Мне доложили, что посол Тровер скоро к нам прибудет.
Как скоро?
Её делегация будет у ворот к восходу Бога Пламени.
- Что? - Они не медлят.
Это хороший знак.
Война с Тривантисом не единственная опасность.
Религиозные бунты происходят почти ежедневно.
Ваша поддержка указа о зрячих людях
продолжает разделять народ.
Зачем мы слушаем простолюдина? Ему здесь не место.
Он служит, как и вы, на благо нашей царицы.
Может вообще, введём в совет тривантийцев?
Они будут более продуктивны, чем кто-то из знатных пайанов.
Лорд Харлан, я бы...
Не забывайте,
это царица Магра договорилась о мире, казавшимся невозможным.
И неужели нужно напоминать, что девять месяцев назад,
Леди Беник, наши люди гибли на поле брани,
и лишь благодаря мудрости нашей царицы,
мы все не стали рабами.
Одна проблема с Тривантисом. И вторая - местная.
Смерть Сибет решит первую.
А я займусь второй.
Убийство Сибет опаснее, чем вы думаете.
Многие ещё верят в её избранность.
Она станет мученицей, вызвав восстание.
Царица Магра, у вас нет мнения?
С начала заседания вы так и не высказались.
Простите, если я медлю,
решая, как лучше убить родную сестру.
Нужно чтобы народ думал, что Сибет просто
не пережила роды.
Некоторые уже знают, что она выжила. Правда выплывет.
Первое правило правителя, Торрэнс.
Почаще повторяй ложь, и народ в неё поверит.
Если мира с Тривантисом не будет, станет не важно, что думает народ.
Нас перебьют.
В эту войну втянула нас Сибет.
Если её смерть положит войне конец, то я это обдумаю.
- Ваше величество... - Я сказала, что обдумаю.
Заседание закрыто.
Ты должна кое-что знать.
Тривантийцы устроят публичный суд.
Видимо, Триада хочет объявить о своей победе.
Она нужна живой?
Да.
Они годами будут её пытать.
Возможно.
Обдумай альтернативу. Другой возможности не будет.
Мне кажется,
ты надеешься, что сам Бог примет за тебя решение.
Возможно, Бог уже принял решение, поставив тебя на это место.
Вступить в войну было бы большой ошибкой.
Думаю, в душе ты знаешь, что нужно делать.
Да.
Ты можешь не участвовать в этом сама.
Я займусь Тровер и передачей.
А потом сообщу.
Я так не хотела стать такой, как она.
Ты совсем другая.
Посланница Тровер, с возвращением.
Лорд Харлан.
Ваши люди уже знают, где разбить лагерь.
Предлагаю отдохнуть и вымыться.
Где царица? Она не встретит меня?
Царица поручила мне заняться этим вопросом.
Неужели?
Именно.
Интересно.
И вопрос решён?
Он будет решён к обеду.
Ясно. Я с нетерпением ожидаю обеда.
Как и я.
Разбить лагерь!
Разойдись!
- Ты готов? - Глупый вопрос.
Да. С дороги.
Отставить, Тамакти Джун.
Да, Тамакти Джун. Отставить.
Не бойся этого человека.
Он издаёт страшные звуки, но внутри он пустой. Слабый, глупый...
Да помолчи, Сибет!
Магра? Что ты здесь делаешь?
Я пока не знаю, но сегодня мы её не отдадим.
Вы защищаете её ценой своего царства?
Царство не её.
Царица, отдавшая сестру во имя мира
выглядит слабой, беспомощной.
Не эту сестру.
Бедный Тамакти Джун.
С местью ему придется повременить.
Отдайте её.
Прошу.
Извини.
Магра, по-моему, твой генерал обижен.
Скажи, я совершаю ошибку?
Ну, ты меня знаешь.
Изменить планы в последнюю минуту – любимое дело.
Спасибо.
Однако,
мы оказались в весьма затруднительном положении.
Я знаю, что посланнице ты по-настоящему нравишься.
Да, она, кажется...
не может устоять перед моим шармом.
Тогда, тебе придётся стать неотразимым.
Ты здесь уже два дня. Тебе некуда идти?
А тебе?
Я никому не нужен.
Ты всегда нужен семье, Баба.
Не будем об этом, Львица.
Тогда поговорим о другом.
Племена ответили на твой зов, они бились у Зелёного рва.
Осталось много сирот,
которых некому научить охотиться.
Некому направить.
Я и так слишком долго воспитывал чужих детей.
Баба.
Так, Львица. Домой!
Что это?
Мы не одни.
Баба.
Баба Восс.
Ты знаешь его?
Баба Восс!
Ау!
Ты здесь?
Ну, я не спрашиваю.
Знаю, что здесь.
Наши следопыты шли за твоей подругой.
Что?
Баба, я...
Ты думал, что убийца Идо останется безнаказанным?
Принеси топор. Возьми посох. Будем драться.
Он не был мне братом,
но я любил его, как родного.
Эта любовь и привела меня сюда,
к брату, который убил его.
Я покончу с тобой, и дам покой его душе.
Я не слышу, подойди ближе.
Я ближе, чем ты думаешь, Баба.
А ты... Ты уже мёртв.
Теперь тебе осталось только лечь.
Ты убил отца, а теперь и брата.
Скажи, кого из семьи ты ещё не убил?
Жену?
Детей.
Ты в паре секунд от своей грязной смерти...
Я даю тебе слово.
Я выслежу их и перережу горло от твоего имени.
Львица!
Перевод субтитров: Мария Петрова.