Четвертый год до н.э.
Если люди нам платят, мы не задаем вопросов.
Какие дела могут быть тут у назарянки?
А что она одна поехала, это как?
Ее родители просили быть осторожнее.
Ну так говори тише, Цофи.
Зачем эта осторожность? И почему они нас выбрали?
- Если они нам платят, мы не... - Знаешь...
Знаешь, если невинную деву отсылают к дальней родне,
значит, не так уж она...
невинна.
Какая ты грубая.
Всё, приехали.
Край холмов.
Благодарю.
Да пребудет с вами Бог до конца пути.
И с тобой тоже.
До конца пути.
- Шалом. - Прощай.
Елисавета!
Захария! Шалом!
Елисавета, я пришла!
Захария!
Дядя?
О, Елисавета!
- Вот это да! - Он теперь молчит.
Я потом объясню.
Ладно. Осторожнее.
Всё хорошо, не волнуйся. Присядь.
- Садись. Садись. - Хорошо. Сяду.
Благословенна Ты среди жен.
И благословен плод чрева Твоего!
Стой. Как ты узнала?
Пора уже перестать удивляться.
Происходит что-то удивительное.
Так неловко.
«И откуда это мне, что пришла Матерь Господа моего ко мне?»
- Посланник сказал обо мне? - Когда я услышала Твой голос,
Твоё приветствие, младенец радостно запрыгал.
И блаженна Уверовавшая,
потому что совершится сказанное Ей от Господа.
Так посланник приходил к тебе?
Посланник приходил к нему.
- Но Захария ответил: «Я не верю». - Ты можешь чуть помедленнее.
Тебе не следует так волноваться.
Когда мой посланник сказал мне о тебе, я была так рада.
Ведь ты столько страдала. Расскажи мне всё!
Захария не может говорить,
потому что он не поверил тому, что Божий посланник сказал обо мне.
- Я тоже сначала не поверила. - Мне жаль, что его так наказали.
Но я должна признать, в тишине хорошо.
Елисавета!
Но он записал всё послание.
И я запомнила слово в слово. Его будут звать Иоанном.
Не Захарией? Почему?
Возможно, он не будет священником, как отец.
У него другой путь к Богу. Нам сказали,
что Иоанн обратит многих из сынов Израилевых к Господу Богу.
И предыдет пред Ним в духе и силе Илии,
чтобы возвратить сердца отцов детям,
и непокорным образ мыслей праведников,
дабы представить Господу народ приготовленный.
Чтобы приготовить путь для...
Ну вот опять.
Дай руку.
Да.
Словно ему не терпится начать.
Четыре пальца вместе.
Так.
Большой палец лежит на первом суставе.
Да. Женственнее.
Решительнее.
Теперь ладонь. Мягче. Чаша.
Лови в нее дождь.
Да.
Тяжело! На носки!
Выше! Выше!
Ну, ну! На пальцы!
Как только начинаешь падать,
смягчи колени и вращай бедрами. И левая стопа не даст тебе упасть.
Нет!
Не должно быть ошибок!
Ты контролируешь каждое движение! В каждый момент!
Еще!
Нет!
Еще!
Лучше.
Но всё равно слабовато.
Вот здесь твои руки в последний раз касаются пола перед последними прыжками.
- Ты поняла? - Да.
С конца второй части и до финала.
И давай.
Слишком далеко. Еще.
Добавим инструменты в этот раз.
Попади точно в музыку.
И давай.
Ты умница.
Снимите мерки!
А теперь...
Ниже. Ниже. Бедра назад.
Медленно.
Пусть ждет.
Пусть мучается.
Вот.
Не так уж и трудно.
Ладно. Теперь лицо.
Рано.
Давай еще раз.
- Поклон? - Весь танец.
- С начала. - Но ведь...
Ты слышал.
Должно быть идеально.
Они не должны разбиться! Понятно вам?
- Да. - Да.
Наш первый отжим.
Священный первый урожай. Во славу Адоная!
Иаков их так поставил,
что они целыми и до синагоги не доедут.
Я только начал их ставить, а ты уже критикуешь.
Потому что ты плохо ставишь. Разобьются по дороге.
Может, подождешь, пока мы поедем?
На дорогах полно ям и ухабов.
Не знаю, за что мы только налоги платим.
Не верю глазам!
Как я тебе рада!
И я тебе!
- Расскажи мне всё! - Я между ними солому положу.
Тогда они не разобьются.
И что от нее толку, если они упадут на дорогу?
Этого не будет.
Привяжи веревкой!
А, да.
Давай веревку. Нет?
У тебя ее нет?
Мы больше не рыбаки.
- Ничего не меняется, да? - Они всё время так.
А, Рама! Ничем не занята? Иди-ка сюда, помоги нам.
- Рама! - Когда ты вернулась?
Я давно тут стою. Но вы так заняты.
Ваша ругань вредит моему маслу.
Что?
Его используют в жертвоприношении Адонаю.
При миропомазании священника и его сыновей.
Если оно, конечно, не выльется на улицы Капернаума.
- Ну а что делать? Нести что ли? - Споткнетесь!
Абба. Я не Андрей.
- Ноги меня хорошо держат. - Зато руки грязные.
Вон!
- Столько дел. Столько новостей! - Надо же!
Можешь прочитать?
Абба. Благословение.
Нам пора ехать.
А, ну да.
Вспомнить бы.
Благословен Ты, Господь, Бог наш,
Царь вселенной, полный благ и блага дающий.
И да будет благоволение Господа Бога нашего на нас, и в деле рук наших споспешествуй нам.
Да. Споспешествуй нам.
Что? Чего смотрите? Я слова перепутал?
Нет. Не в том дело. Просто...
Греки. Они ставят пьесы. Так?
В нашем доме об этих пакостях не говорят.
Да, знаю.
Но я о том, что пьесы разбиты на акты.
И ты, абба, как будто...
начинаешь новый акт.
Комедии или трагедии?
Скоро узнаем.
Прошу прощения. А что, Рама вернулась?
Откуда вы узнали?
Люди говорят. А мы слушаем.
Мы подумали, если она здесь, Фома захочет ее увидеть.
- Их нельзя оставлять одних. - Мы с Варнавой за ними присмотрим.
Она в общем доме.
Ладно. Пошли.
- Осторожно. - Да.
- Не гони. - Да, абба.
- Но и не мешкай. - Абба!
Иоанна!
Хуза, я здесь.
Что ты здесь делаешь? День еще не кончился.
Мужчина должен объяснять, что делает на свой половине?
Что ты здесь делаешь?
Жена должна объяснять, что делает на свой половине?
Я искал тебя. Но не ожидал найти здесь.
Ты не приходишь спать.
Интересно, почему же.
Ладно. Не хочу ссор.
Я пришел узнать, готова ли ты к вечернему пиру.
Ты сомневаешься?
Да нет.
В этом пойдешь? Красиво.
Тогда я надену другое.
Ладно.
Давай просто хорошо проведем время и...
И?
И всё.
Порадуйся.
Будь милой. Как бы ни сложился вечер. Не надо его портить.
Милой? В чём дело, Хуза?
О чём ты?
Я просто хочу, чтобы все были довольны.
Врать ты не умеешь.
Ты тоже не умеешь, Иоанна.
Мы знаем, что ты тайно говорила с Крестителем.
А это тут причем?
- Кто послал тебя ко мне? - Никто!
Неважно! Я хотел, чтобы моя жена...
Хватит уже про меня,
мы оба знаем, тебя давно волнует одна лишь Кассандра.
- Ирод что-то сделает с Иоанном? - Нет.
Нет.
Иоанн интересен Ироду.
- Ты же понимаешь. - Да.
Еще понимаю, что неразумно будет вредить ему.
Ведь народ считает его пророком.
Ему надо быть осторожнее.
Я знаю, что ты ему помогаешь.
И прошу просто улыбаться
и притворяться.
Я умею и то, и другое, Хуза.
Я уже много лет это делаю.
Ты правда никогда этого не делал?
Мы с Хададом отдавали белье прачкам.
А сбережения у тебя есть?
Я забрал свою долю, чтобы пойти за Иисусом.
Мудро.
Да. Очень даже.
Но одно мудрое решение показывает, что житейское мудрости у меня как раз и нет.
Стирать не умею.
К счастью, это несложно.
А это что?
Соли. Масло растений. И жир животных.
Я зря спросил.
Хорошо мешай.
Растворяется?
Так.
Теперь бери одежду и полощи в чистой воде.
Если бы у нас было побольше денег, можно было бы нанять прачек.
А мы бы настоящим делом занимались, проповедовали бы.
И что сказали бы люди?
Что мы отдаем всё время и силы строительству Царства нашего Мессии.
Или что ученики Иисуса не делают повседневных дел.
Да откуда ты знаешь, что они сказали бы?
Никто не изучает книги Иисуса, Зи.
Нам нужно идти к людям, нести Его слово, собирать последователей.
Вот чем эти люди и занимаются. Стиркой.
Если мы будем заносчивы и не захотим стирать свою одежду,
они перестанут верить нам.
Теперь собираешь вот так. И с силой прижимаешь к камню.
Давай.
Сильней.
Так отжимают воду. И удаляют грязь, которая застряла между нитями.
Я не говорю, что всё будет гладко.
Я говорю, зачем заранее об этом думать?
А пока – нам не помешало бы побольше денег.
Зеведей занялся отжимом масла.
- Пока от него нет ни шекеля. - Пока.
Иуда, ты умный.
Спасибо.
Но не мудрый.
О. Ладно.
И за это спасибо.
Первая часть была лучше.
Ты посвятил свою жизнь учителю, так?
Он ходит по воде, управляет ветром и волнами.
Но да, Он учитель.
И всё же ты забыл Его уроки.
И находишь огрехи в том, чего не понял.
В каждом Его слове и вопросе есть урок.
Ладно.
С чего начать?
Полощи то, что отстирал.
И твоя одежда будет как новая.
И моя любимая часть.
Выбьем самую упрямую грязь, которая осталась.
Так и высохнет быстрее.
Я заметил, от тебя не пахнет.
Хотя ты часто вот это...
Упражнения делаешь.
Но те упражнения просто разминка по сравнению вот с этим.
Надо же куда-то силы девать, теперь ведь они мне больше ни для чего не нужны.
Ну по крайней мере, как раньше.
Видишь! У тебя так же!
- Что? - Ты жил по- другому.
Ты изменился. Но не до конца.
Ты подстроился.
Полощем в третий раз.
- Я не очень понял. - Я бросил прежнюю жизнь.
Но хотя я и живу совсем не так, как раньше,
я всё равно вижу, что Он мог бы многое делать быстрее.
И успешнее.
- А тебя просили об этом думать? - Нет. Только хранить деньги.
Вот и храни.
Но, Зи!
Люди, которых Он накормил в тогда. Не все были бедны.
Кто-то просто оказался вдали от дома без еды.
Собрали бы мы хотя бы десять процентов с этих пяти тысяч, десять.
Приняли бы
малую толику пожертвований тех, кому это по карману, –
не были бы сейчас в таком отчаянном положении. Не сидели бы без дела.
Не ждали бы доходов от масла Зеведея.
Если бы Он хотел, Он бы принял пожертвования.
Но Он не принял.
Ты спросил, почему Он не сделал так, как сделал бы ты до встречи с Ним?
Старый я продал бы хлеба.
А ты спроси, для кого это было уроком.
Я верю Его словам и Его урокам.
Они изменили мою жизнь. Но не в них же дело.
Он Мессия, Зи!
- Я знаю. - Знаешь?
Если Он сын Давида, если Он осуществит пророчество Исайи,
что «гора дома Господня будет поставлена во главу гор
и возвысится над холмами, и потекут к ней все народы»,
надо двигаться быстрее.
Без богатств и власти Ему не стать царем.
- Так не бывает. - Но и Его еще не бывало.
Он предсказан, но не приходил.
Тут грязь, Иуда.
Ну ладно. Я же в первый раз.
И я не такой...
сильный, как ты.
Тогда примени свою ученость.
Иисус просит нас делать это. Значит, есть причина.
Ты уверен в этом?
Я думал, одежда сама очищается.
Она станет чище.
Когда я пришел, меня ждали трудные уроки, поверь.
Жир животных?
Как? А кусочки?
Нет. Его греют, плавят, пропускают через сито,
отделяют твердый жир от жидкого.
Ну вот как просеивают пшеницу, чтобы убрать мусор
и отделить хорошее зерно от плохого.
Шалом, шалом.
Вы вовремя, как договорились.
Это хорошо.
Другого я от Его учеников и не ждал.
Некогда любезности расточать.
Женщина тут подождет.
- Но я помогала им. - Фамарь!
Мы ненадолго.
Я останусь. Присмотреть за повозкой с тобой.
Итак, вы ручаетесь, что это масло было изготовлено
в соответствии с указаниями из Книги Моисея?
В точности, рабби.
Напомни?
Смирны жидкой пятьсот сиклей, корицы половину против того.
250, тростника благовонного 250, касии 500 сиклей,
и гин масла оливкового.
Слово в слово.
Очень хорошо очищено.
Какое прозрачное.
На пальцах остается.
Прошу прощения,рабби.
Мы считаем, эта липкость от верной пропорции смирны.
Смола камеди дорога.
У нее есть скрепляющее свойство...
Иаир, почему мы хотим поменять поставщика масла?
Нынешний возит товар издалека. Из Иудеи.
Из Гефсиманского сада. Из Иерусалима.
Чего же лучше?
Рим отделил Иудею от Галилеи, это отдельная провинция.
И товары из Иудеи обложили налогом.
Помимо пошлины, мы платим за доставку и труд.
А Зеведей – местный.
Ты за доставку не возьмешь?
Нет, рабби.Дам расписку.
Я не силен в этих вопросах, рабби.
Но поддержка местных производителей – на пользу Капернауму.
Да брось ты, Иосиф.
Думаешь, я не знаю, кто твой отец?
Иосиф дело говорит.
Это будет шаг ответственного руководителя.
Я смотритель синагоги.
Вопрос решен.
Зеведей, поздравляю, это успех.
Прошу записать, я не поддержал
замену поставщика из Гефсимани.
Пусть потомки узнают, что был один человек,
который ставил традицию превыше наживы и выгоды.
Да. Запиши возражения рабби.
Записал.
Зеведей, идем ко мне в кабинет, обсудим оплату и прочее.
Ваше Величество. Мы готовы.
Ну конечно.
Надо проверить, готова ли Саломея.
Иди. Повтори с ней еще раз.
Позвольте.
Мы давим на нее.
- Ей нужно отдохнуть. - Осечки мне не нужны.
Мы ошеломим его.
Я – выпивкой. Ну а вы – ее танцем.
Моя царица, да, Креститель оскорбил вас, но...
Оскорбил?
Оскорбил.
Ты согласен, что мой брак порочен?
Конечно, нет.
Ты согласен, что меня нужно вернуть убогому Филиппу
в его жалкую Иудею?
Расторгнув брак с Антипой, который правит тут всем?
- Конечно, нет. - Почему?
Если слова Крестителя перед всем двором были лишь оскорблением,
как ты говоришь, что тут такого?
Может, мне забыть об этом оскорблении?
И пусть всякий здесь прилюдно осуждает мои решения?
Прошу прощения, царица.
Я всё повторю с Саломеей еще раз.
Пошли.
Сегодня нельзя.
Почему?
Важного заключенного переводят в темницу наверху.
Чтобы мы были готовы в любой момент.
- К чему? - Вы оглохли?
Простите. Сегодня не получится.
К чему вы должны быть готовы в любой момент?
- Что происходит? - Я не дам ответа.
Но обычно это значит, что заключенного отпустят...
или казнят.
Чей приказ?
Иродиады.
Иоанн!
- Иоанн, ты должен знать! - Нет!
- Это заговор! Тебя убьют! - Стойте!
Слепые прозревают и хромые ходят,
прокаженные очищаются
и нищим возвещают Благую Весть.
Нет. Нет!
Возвращаются сердца отцов детям,
и непокорным образ мыслей праведников.
Путь для Господа готов.
Наконец мы можем побыть одни.
Спасибо Варнаве и Шуле.
До того, как мы пошли в Десятиградие и всё это случилось,
а это было, честно говоря...
Я так понимаю,
ты еще не принял то, что случилось.
Но у меня получается?
- Принимать то, что мне непонятно. - Да.
Ты уже не такой, как был в Кане.
Но разве есть люди,
которые остаются такими, какие были?
Мой отец.
Расскажи мне всё. Как вы поговорили?
Так плохо?
Он любит тебя. Очень сильно. Это нельзя отрицать.
Нельзя.
И он знал, о чём я попрошу, прежде чем я попросил.
Он намекнул еще в Самарии.
От него не утаишь.
- Кафни – человек непростой. - Я надеялась, он поймет.
Я думала, он позволит мне стать взрослой.
Иисус ему не нравится.
Так же, как и наше решение всё бросить и идти за Ним.
Я люблю тебя, Рама.
Должен же быть какой-то выход.
Я ждала эти слова.
- Правда? - Конечно.
- У меня есть идея. - Правда?
Я тщательно всё изучила: все обычаи, все наши законы.
Правда?
В Галахе сказано:
в случае отсутствия отца или в иных исключительных обстоятельствах,
и наше служение Иисусу сюда вполне подходит,
дается специальное разрешение на признание брака.
Мужчина старше тринадцати лет
произносит:
«Настоящим посвящаешься мне по закону Моисея и Израиля».
После этих слов жених должен подарить невесте что-то ценное.
Если она это примет, то признает киддушин законным,
будет считаться его нареченной, принадлежащей только ему.
Погоди.
И всё? Больше ничего не надо...
Эти слова нужно произнести в присутствии двух законных свидетелей-мужчин:
одного со стороны жениха и одного со стороны невесты.
Я позову Иоанна.
Ну а меня, как ты понимаешь, может представить лишь один человек.
- Иисус. - Иисус.
Лишь Он может выдать меня за тебя.
- Спросим Его. - И дело сделано!
Нужно время, чтобы составить договор.
И его должен подписать раввин,
который подтвердит, что наши обстоятельства и правда исключительные.
Да.
Где бы еще найти такого раввина.
И это всё будет в нашей вере?
Это правильно. Так ведь?
Наверное, это не первая такая помолвка
в истории нашего народа.
Эсфирь вышла за чужого царя и спасла Израиль.
Давид не стал ждать, пока отец выберет невесту.
Даже Иисус рассказывал, что у его родителей всё было...
Фома.
Да?
Мы с тобой – не они. Но мы спросим Иисуса.
А Он решит.
Да, конечно.
Но один необычный случай нам не послужит примером.
Руфь не была еврейкой. И она пришла к спящему Воозу.
Мы так не будем.
Я прошу.
Я забыла эту часть.
Ну, давай попробуем.
Будешь ли ты идти со мной,
читать со мной,
повторять бесконечные правила и принимать то, что пошлет жизнь?
Да!
Ох...
Впервые жалею, что она прозрела.
Мы поженимся! Нестрашно!
Не досмотрела.
Слушай меня.
Для начала я хочу,
чтобы ты съел всю кость.
Та женщина.
- Ох. - Выпей.
Ты пей. Пей.
Раз я вижу, значит, так и есть.
Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое.
Да приидет Царствие Твое.
...в искушение, но избавь нас от лукавого.
- Ваше величество? - Да.
- Ты права. - Дорогой.
Вот увидишь.
А! Я сам.
Почтенные гости, вельможи,
генералы, офицеры, знатные люди Галилеи.
Представляю вам для увеселения царя
по давней традиции
особый подарок от Саломеи,
дочери нашей досточтимой царицы Иродиады.
Интересно! А зачем это Иродиаде?
Думаю, я догадываюсь. Но давай посмотрим.
Ты знаешь, если Ирод доволен, он не может отказать.
Проси у меня, чего хочешь, и дам тебе.
Всё?
Половину царства.
Благословен Ты, Адонай, Бог наш, Царь вселенной,
освятивший нас своими заповедями
и повелевший нам ввести наших сыновей
в союз Авраама, нашего отца.
Пусть это дитя вырастет великим.
Бог всех наших предков, поддержи этого ребенка.
Да будет он известен среди людей в этих краях
как Захария, сын Захарии и Елисаветы.
Нет, рабби, по воле Божьей его зовут Иоанн.
Хорошее блюдо.
Серебро?
Лучшее.
Только для царских свадебных пиров.
Сам царь Ирод потребовал достать.
Чего смеешься?
Никогда не был на пире.
Но скоро буду.
Ты о чём?
О, неважно.
Ты не поймешь.
Это твои последние слова?
«Ты не поймешь».
Еще немного.
Елисавета, никого в твоей семье не зовут так.
- Я знаю. - Захария, что за вздор?
Это из-за того, что случилось с тобой?
Иисус Назарянин.
Авнер.
Шалом.
Его зовут Иоанн.
Благословен Ты.
Благословен Ты, Господь, Бог наш,
Царь вселенной.
Иоанн, сын Захарии и Елисаветы из Иудеи,
сего дня приговаривается приказом Ирода Антипы, тетрарха,
к смерти через обезглавливание.
Спасибо!
Иоанн!
- Потом. - Что?
Для верблюда. И всё.
Какие новости?
Никаких. Они пока не вернулись.
- Наверное, это хорошо. - Им что-то нужно прояснить.
Или им отказали вчера.
И они заливают тоску в «Молоте».
Или проспали. Только не это!
Вот они!
Кто это у нас?
Сделка заключена.
- Они купили всё масло. - Старик добился своего.
Ох и несговорчивые они.
Только с Божьей помощью справились.
Но абба не единственный, кто вчера переговоры вел.
Спроси у нее.
А, да.
Как дела у наших голубчиков?
- Голубков. - Голубчиков.
Я всегда так говорил.
- Да нет же! - Неважно. Как всё прошло?
Да!
- Да! - Мазел тов!
Мазел тов!
И это всё-таки случится?
Что ж. Нам еще нужно кое-что сделать.
И ты нам поможешь.
Только не просите шить хупу!
Меня тоже не просите.
Поздравляю, Фома!
Новости отличные. Да.
Благословен Господь Бог Израилев,
что посетил народ Свой и сотворил избавление ему,
и воздвиг рог спасения
нам в дому Давида, отрока Своего.
Андрей!
Как возвестил устами бывших от века святых пророков,
что спасет нас от врагов и от руки ненавидящих нас.
Андрей, ты дома?
Иоанна.
Нет, нет. Нет.
- Нет, нет. Нет. - Прости.
- Что с тобой? - Нет. Там Иоанн.
- Ты Филипп? - Нет.
Я Иуда. Филиппа нет.
- Я передам ему. Филиппу. - Ладно.
- Иоанна должны... - Дыши, Андрей.
Сотворит милость с отцами нашими и помянет святой завет Свой,
клятву, которою клялся Он Аврааму.
Дыши, Андрей.
О, нет.
Мы знали, что так будет.
Следовало подготовиться.
Так и было.
Иоанн пришел подготовить путь.
Верно?
Он не был Мессией.
Но Иоанн пришел сказать, что Мессия близко.
Нужно...
...найти Иисуса. И сказать Ему.
Я иду с тобой.
Не нужно.
Дать нам безбоязненно,
по избавлении от руки врагов наших
служить Ему
в святости и правде пред Ним, во все дни жизни нашей.
И ты, дитя,
наречешься пророком Всевышнего,
ибо предыдешь пред лицом Господа приготовить пути Ему,
дать уразуметь народу Его спасение в прощении грехов их,
по благоутробному милосердию Бога нашего.
Которым посетил нас Восток свыше,
просветить сидящих во тьме и тени смертной,
направить ноги наши на путь...
мира.
ИЗБРАННЫЕ