Downloaded from YTS.MX
ОРИГИНАЛЬНАЯ СТЕНДАП-КОМЕДИЯ NETFLIX
Official YIFY movies site: YTS.MX
БИГ-БЕН
ЛЕГЕНДАРНАЯ АРЕНА 02
Шоу начинается. Детка?
- Детка, я ухожу. - Бегу.
- Хорошо. - Увидимся.
Люблю тебя.
Шоу начинается. Погнали.
Начинаем, брат.
Увидимся по другую сторону.
Погнали. Сделаем это.
- Хорошо выступить, Кев. - Спасибо, сэр.
Мы возьмем ящик.
- Хорошо. - Поехали.
Мам, знаю, ты это видишь. Ты будешь мной гордиться.
Во имя тебя мы молимся, аминь.
Шоу начинается!
Моя последняя шутка стала популярной!
Черт возьми, Лондон. Вы можете лучше.
Вы можете громче.
Давайте еще раз.
Вы можете громче.
Приветствую вас на шоу «Безответственный».
Мы хорошо проведем время.
Шоу назвали «Безответственный» не просто так.
Почему именно, мы разберемся по ходу дела.
Не люблю впустую тратить время.
Пока я стою здесь, мы можем добраться до сути.
Давайте просто перейдем к делу. Хорошо?
Поговорим о моем первом безответственном поступке в этом году.
Мой...
Мой первый безответственный поступок связан с моими детьми. Мои дети застукали нас с женой за этим делом. Начнем...
Начнем с этого.
Нет смысла ходить вокруг да около. Говорю как есть.
Оба ребенка застукали нас за этим делом.
Если бы один, не так страшно, а так оба.
Первым увидел сын.
Я видел, как он увидел,
потому что он стал звать сестру: «Сюда! Быстрей!
Быстрей!»
Я не мог даже разозлиться.
Не мог злиться потому, что они пришли в мою комнату,
следуя правилу, которое я ввел.
Не люблю запертые двери.
Не запирайте двери. Нет ничего хуже для родителей,
чем не иметь возможности войти в комнату к ребенку.
Не запирайте свою дверь!
Особенно это касается дочери. Я сказал:
«Запрешь снова дверь, обещаю, я ее вышибу.»
Я иду в комнату дочери, дверь заперта.
«Что я говорил? Разве я не сказал, что вышибу дверь?»
Она мне: «Секунду, заканчиваю.»
О, Господи!
В голове только дурные мысли.
Я подумал, она готовит кокаин. Вот, о чём я подумал.
Так могло быть.
Знаете, почему я подумал о худшем?
Я помню, чем занимался в детстве сам,
когда закрывался в своей комнате.
За закрытыми дверями
в своей комнате я всегда делал самое худшее.
Всякий раз, когда мама вламывалась в мою комнату, без вранья,
мой член был в моей руке. Богом клянусь, каждый раз.
Что делаешь? А-а-а!
А-а-а!
А!
Как-то раз, она вошла, а мой член был в этой руке,
а спички в этой.
Не знаю, что случилось бы,
но пришла она вовремя. Я сказал, что собираюсь в душ.
Я собирался раскалить член.
А-а-а!
Ужасно то, что дети застукали нас в позах,
находясь в которых, сложно выкрутиться.
Есть позы, в которых можно выкрутиться.
Сегодня здесь много пар.
Вижу, вы с дамой, сэр. Вы занимаетесь сексом,
дама лежит на боку, и в комнату залетают дети.
Можно выкрутиться.
Приподнимитесь будто смотрите телевизор.
Эй!
Бегом отсюда и не возвращайтесь, пока мы не досмотрим.
Если ты в порядке
и прикрыт снизу до пояса,
когда сядешь, технически, можешь говорить и трахать.
Эй!
Уносите свои задницы отсюда.
Не входите в чертову комнату.
Твоя дама попытается сказать:
«Не входите сюда.
Это моя любимая часть шоу.»
Ты можешь выкрутиться.
В миссионерской позе можешь выкрутиться.
Вы занимаетесь сексом в миссионерской позе, залетают дети.
Всё что нужно, упасть и развалиться на даме.
Типа ты спишь. Дети глупые, они поверят.
Ш-ш-ш!
Поза собачки сложнее. Здесь не так всё просто.
С голой задницей на коленях посередине кровати.
Что тут придумаешь? Вас застукали.
Что вы делаете? Что...
Что вы делаете?
О, твою ж дивизию!
Выход один.
У тебя один выход.
Это должно быть похоже на американский футбол. Собрались!
Собрались!
Уносите свои задницы отсюда. Мы имитируем футболистов. Сыграем на улице на этой неделе. Проваливайте.
Больше всего я боялся,
что они начнут говорить со мной о том, что видели.
Не дай бог.
Не приведи господь, они заговорят со мной о том, что видели.
Я убежден, что всё растворяется в воздухе.
Не хочу об этом говорить. Пусть развеется в воздухе.
Я спустился. Сын сидит на кухне.
Мой сын посмотрел на меня так,
что стало ясно, что он хочет спросить о том, что видел.
Я посмотрел на него взглядом: «Не вздумай спрашивать...
...о том, чего ты не видел.»
Я знал, что он не станет пытаться,
потому что неделя началась с проблем в школе.
Мне пришлось забрать у него телефон, а это самое страшное наказание.
Отобрать телефон, значит навредить жизненному укладу ребенка.
Только он остался без телефона, он тут же превращается в торчка.
Я сказал: «Давай телефон.
Получишь, когда решишь свои проблемы.»
Забрал телефон. Он сломался.
«Да ладно, пап. Не поступай так со мной.»
Начинает дергаться. «Не поступай так со мной, пап.
Забери лучше мою ногу.
Забери мою ногу.» Что?
Давай сюда свой телефон.
Получишь его, когда решишь свои проблемы.
Забрал телефон и сказал себе:
«Посмотрю, что в нём.
Я должен знать, о чём он говорит по телефону.»
Безответственно с моей стороны, как родителя,
не знать, что в телефоне сына.
Собрался проверить и понял, что не могу войти.
Нет отпечатка пальца, лицо не помогает, никак.
Надо идти к этому говнюку и просить разблокировать телефон.
Разблокируй, я посмотрю что у тебя там.
Смотрит не меня и говорит: «Нет, я не стану.»
Что, прости?
«Разблокируй, пока не получил по шее», — я так сказал.
Я сказал так.
Он бросился убегать.
Как из чужого дома.
Как будто мы не встретимся за ужином через десять минут.
«Я не побегу за тобой.
Дай пароль от телефона, пока не врезал.»
Богом клянусь,
всё, что я услышал было: «Пошел ты!»
Я убью его. Я собираюсь убить его.
Я сбегаю вниз, хватаю сына за шкирку
и начинаю выбивать из него дурь.
Что ты, блин, мне сказал?
Он задыхается. Такой: «А!»
Говорит:
«Это код! Код "пошел ты".»
О.
Хороший код, сынок. Хороший код.
Там «пошел» через «е» или «ё»? Как писать?
Я прилично расцарапал тебе шею. Прости.
Дам тебе водолазку,
наденешь в школу. Прошу прощения.
Дети взрослеют.
Дочери 13, сыну сейчас десять.
Чем старше становятся, тем больше ссорятся.
Я как-то услышал их перебранку.
Долго смеялся.
Если вы думаете, что ваши дети не матерятся,
вы глупец, вы болван.
Как только вы выходите из дома, они меняют пластинку.
Блядь, твою мать, херня, хер, манда, мудак, сука.
Одно с другим не вяжется, но они говорят всё сразу.
Я слышал, как дочка вызверилась на сына, устроила ему трепку.
Я сплю. Лежу на диване.
Она рявкает.
«Ты меня задолбал, Хендрикс.
Будешь трахать мне мозги, я тебе всыплю.»
Я говорю: «Что за фигня. Секундочку.
Что, блин, тут происходит?»
Не хотел, чтобы меня расскрыли, хотелось услышать,
чем будет крыть сынок.
Он в точности напоминает меня в детстве.
Мы одинаковые, абсолютно похожи.
Мой сын такая сука.
Он такая сука.
Вот, что сказал мой сын. Мой сын...
«Честно, серьезно, тогда что, ничего. Зачем об этом говорить? Окей.»
Что?
Он уходил как победитель.
Окей.
У моего сына плохо с защитой.
Не знаю, что там между старшими сестрами и младшими братьями.
Все старшие сестры подтрунивают над младшими братьями.
Не знаю почему. Это реально так.
Как-то она спустила его с лестницы.
Я не видел, я слышал.
Слышу как сын такой: «Ну, сколько можно?»
И ступеньки.
Она задира.
Моя дочь не кудрявая милашка.
Она пацанка, говорю. Она, блин, пацанка.
У нее начались месячные, так она считает себя чемпионкой.
Пожимает плечами, будто это пустяк.
Я переживал, потому что знал, что начнутся.
Всё об этом говорило: эмоции, настроение.
Я готовился к этому, как к землетрясению. Я пошел...
...купил месячные наборы, растыкал их по карманам, в ранец.
Я боялся, что моя малышка облажается в школе.
Вот, чего я боялся.
Если протечет, придется переезжать.
Школу придется менять.
Придется искать новую и переезжать.
А это куча непредвиденных расходов.
Она застала меня врасплох.
«Пап, у меня месячные.» Я в панике.
Твою мать!
Сейчас? Что, прямо сейчас?
Она говорит: «Ага, что-то течет по ноге.»
А!
Вся моя подготовка — к чертям собачьим.
Я сказал: «Бегом на кухню. Выпей литр молока. Быстро.
Оно заморозит кровь.» Не знаю, с чего я это взял.
Из пальца высосал.
Я раскрыл прокладку, как гранату с криком «А!»
Промазал. Прилипла на лице. Вышло не очень.
Неприятная ситуация.
Знаете, что я люблю в моих детях?
Они не усложняют мне жизнь.
В жизни и без того хватает стресса.
Это мой второй брак.
Что само по себе сложно.
Спросите: почему? В этот раз нельзя облажаться.
Нельзя.
Никто не хочет жениться три, четыре, пять раз.
Когда такое случается, ты ищешь уже не любовь.
Ты ищешь, с кем будешь доживать.
Ищешь, с кем умирать.
Хочешь, умрем вместе? Да или нет?
Я умираю с тобой, ты — со мной. Согласна?
Мои отношения на виду. Это дурдом.
Все всё видят, и каждый может судить.
Мне плевать, по барабану.
Я сделал для себя эту кровать, я лежу на ней.
Мне смешно видеть, как люди ставят себя на мое место,
примеряют мою шкуру.
Случись что со мной и моим браком, у всех есть мнение на этот счет.
Брр!
Кевин Харт сделал это снова. Кевин Харт снова облажался.
Я хочу прояснить кое-что. Я не облажался опять.
Хорошо? В первом браке я подал на развод.
Это значит, что я решил уйти. Я принял решение
для себя и своей жизни. Не облажался.
Пошел дальше. Ясно?
Сейчас, в этот раз я облажался.
Я облажался. Да.
Но люди ведут себя так, словно ты планировал облажаться.
Никто не планирует облажаться.
Поэтому и говорят «облажался».
Никто не начинает день со слов «а не облажаться ли мне».
Я...
Я просрал весь день сегодня.
Погода располагает, самое время.
Всё не так происходит!
Важно: вынести урок со всего этого.
Нужно учиться на своих ошибках.
Первое, чему я научился:
что бы ни случилось в Вегасе,
выходит за пределы Вегаса!
Не верьте всякой чуши!
Эта реклама — вранье. Они не должны ее показывать.
Впервые мне пришлось посмотреться в зеркало.
Пришлось посмотреть на себя и поговорить с собой.
Проклятье, Кевин.
Что ты делаешь?
Тебе почти 40, ты страдаешь той же фигней. Взрослей уже!
Взрослей!
В моем понимании «взрослеть» значит вернуться к жене,
дать ей почувствовать себя защищенной
и дать понять, что я больше не страдаю фигней.
Я переключаюсь в сложный режим «Поцелуй жену в зад».
Не лучшее место, так скажу.
Не знаю, доводилось ли вам, но это отстойно.
Одно и то же.
«Ну, да. Всё, что захочешь.» Каждый день.
«Ну, да. Ну, да. Я понял, я понял.
Делаю.» Каждый день.
Говоря это,
вы боретесь за безопасность своей женщины.
Когда вы пытаетесь
защитить свою женщину, вы подвергаете опасности себя.
Потому что вы спрашиваете себя?
Она счастлива?
Довольна?
Секс не стал хуже?
Хочу спросить, не могу.
Спрошу, буду выглядеть слабаком. Начинаешь искать.
История из жизни.
Купил зеркало,
повесил на потолок, просто так. Это было во вторник.
Не делайте такого во вторник.
Такое делают на выходные, не во вторник.
Всё было хорошо, пока я не увидел себя в зеркале,
когда мы трахались. Послушайте меня.
Что бы вы там ни думали, во время секса
вы выглядите иначе, чем представляете.
Уверяю вас.
Я не говорю о позировании перед зеркалом.
Я говорю о беглом взгляде на свое отражение в зеркале.
Я увидел свою подошву.
Я никогда не испытывал такого отвращения
к себе как к мужчине,
пока не увидел свои подошвы.
У меня ноги черные как дерьмо. Где я был?
Я не носил обувь сегодня? Господи Иисусе!
Я не буду никого трахать с такими ногами! Омерзительно.
Спина — как в золе, на заднице вмятины.
Когда моя задница помялась?
Моя задница переболела корью, а я не заметил.
Я сразу записался к доктору.
Надо исправлять.
У меня задница в сеточку. Ужас.
Когда мы теряем уверенность в себе, особенно, в сексе,
мы, мужчины, ищем ответы в одном месте.
Каждый мужчина в этом зале рано или поздно смотрел порно.
Глупее ничего не придумаешь.
Вот почему это глупо.
Мы не воздаем должное и не уважаем людей, снимающихся в порно.
Эти люди профессиональные актеры и актрисы.
Этим они зарабатывают на жизнь.
Нельзя просто посмотреть, пойти домой и попробовать. Не выйдет.
Всё равно, что посмотреть фильм о карате и затеять драку,
и просить всех отступить, чтобы врезать с разворота.
Ты не умеешь так бить.
То же касается порно.
Я не рассуждаю гипотетически.
Я был там. Я делал. Я пробовал.
Я смотрел порно с женой.
Пытался сделать то, что видел.
Нервничал.
Я говорил сам себе: «Стоит это делать?
Блин, делать это? Попробовать?»
С этой стороны был хороший Кевин, а здесь — плохой.
Выскочил хороший Кевин в брюках цвета хаки и свитере.
Сказал: «Нет. Не делай этого.
Она хорошая. Поговори с ней сначала.»
Вылез плохой Кевин
в кожаных брюках и майке-сетке.
Делал так: «Плохой Кевин.»
Он сказал: «Ты станешь слушать кого-то в брюках хаки? Нет!»
Он сказал: «Сделай это!»
Я вдруг плюнул на жену.
Прямо на лоб.
Плюнул прямо ей на лоб.
Минута неловкого молчания. Молчим. Тишина.
И вдруг как заорет: «Ты, блядь, на меня плюнул.»
У дамы в порно была совсем другая реакция.
Дама в порно впадает в экстаз после такого.
Этот плевок меня так возбуждает.
Я кончаю от этого плевка.
Я представляю, что так она может кончить.
Нужно плюнуть на голову. Я всё это время делал не то.
Я не сказал жене, что нужно растереть, чтобы кончить.
Я спустился вниз за салфеткой.
Вытер ей голову. Такой позор.
Лег в постель. Но она хотела поговорить.
Что я говорил? Я не люблю разговоры.
Отпусти. Пусть растворится в воздухе.
Не хочу об этом говорить. Я только лег,
она мне: «Ты, правда, на меня плюнул?»
Я почти солгал, почти солгал.
Даже зная, что она знает, что я знаю, что я сделал это, я почти солгал.
Потому что плохой Кевин снова явился.
Он такой:
«Скажи, что капнуло с потолка.» Я сказал: «Иди...
...ты лесом плохой Кевин.»
Да.
Я плюнул на тебя.
Зачем? Не знаю.
Видел в порно, хотел попробовать.
Она: «Знаешь что? Мне плевать, что ты смотришь порно.»
Не будь идиотом и прекрати тащить домой это дерьмо.»
Такая: «Я постоянно смотрю порно,
но не экспериментирую на тебе.»
Я сказал: «Охренеть.
Когда наш дом стал борделем?
Что значит, ты смотришь порно?
Что, блин, ты смотришь?»
Она: «Всё.»
А!
Я был разбит.
Меня это зацепило,
потому что я не мог разделить свою гордость от реальности.
Это проблема всех мужчин.
Правда в том, что она может смотреть порно, если хочет.
Я могу смотреть порно, если хочу. Так должно быть.
Но моя гордость... Ей это не нравится.
Моя гордость хотела знать, что она смотрит.
Я хочу видеть это.
Дай я сам посмотрю. Я хочу сам увидеть.
«Хочешь посмотреть?»
Дай посмотрю.
Она включила ноутбук
со словами: «Мои порно в файлах-cookie.
Просто поищи в файлах-cookie.»
«Лучше дай стакан молока,
печеньками не отделаешься.»
То что я увидело, разбило мне сердце.
Потому что ее выбор порно полностью противоречил моей натуре.
Всё, что я видел, было большим.
Всё было большое.
Большие шары у стен, большие биты у больших черных,
большие члены и носки. Что, блядь, происходит?
Один сайт даже не был порно. На нем были активные высокие мужики.
Они меняли лампочки, раскладывали вещи по полкам,
вешали картины. Что это за херня такая? Что это?
Она: «Ты так не можешь. Мне такое нравится.»
Я после этого купил себе палки с захватом. Видели такие?
На них клешня, чтобы захватывать вещи.
Я не сказал ей, что купил себе одну.
Положил под кровать,
до следующего секса. А потом такой: «Йоу.
Знаешь, картина над кроватью съехала набок.» А она...
...Не волнуйся, вызовем кого-нибудь, поправят.»
Я ей: «Да, нет», — и такой...
...достаю палку.
Она такая...
Тебе такое нравится?
Палка с захватом спасла мой брак, вот, что я пытаюсь сказать.
Важно понимать, что мы проживаем разные этапы.
Есть сотни этапов.
Когда проходишь эти этапы,
если бы я понимал их, я мог бы стать лучше.
Я открою вам тайну.
Если вы ничего не вынесете из этого шоу,
запомните то, что я скажу.
Столько людей стремятся жить идеальной жизнью.
Думаю, это глупо.
Потому что они не представляют,
что значит идеально,
если только не жили неидеально.
Я хочу сказать, что нужно облажаться не один раз,
чтобы понять, каким хочешь быть.
Не стыдись своих провалов. Прими их и стань лучше.
Вот о чём я.
И...
...сейчас...
...сейчас у нас новый этап.
У нас родился малыш.
Девять месяцев назад. Кензо Кэш Харт.
Уже трое! У меня их уже трое.
Дело вот в чём.
Люди думали, что я шутил, когда говорил это, но нет.
Я не знал, хочу ли я еще детей.
Казалось, план выполнен.
У меня всё есть.
У меня мальчик и девочка. Мы женаты.
Мои дети — твои дети. У тебя дети.
Они твои дети.
Она мне: «Они уже взрослые. Хочу нового.» Послушай.
Не говори о моих детях, как о подержанных машинах.
Они нормальные.
Она мне: «Знаю, но я хочу новых.»
Но я не знаю, хватит ли у меня терпения.
На два года надо запастись невероятным терпением.
Ты целыми днями повторяешь одно и то же двухлетнему ребенку.
Ты не перестаешь повторять одно и то же.
Эй, эй! Подойди. Посмотри на меня. Эй!
Я что сказал? Нет.
Подойти. Посмотри на меня. Эй!
Я что... Нет! Подойти. Посмотри на меня.
Эй! Что я... Посмотри на меня. Я что сказал?
Что? Нет. Иди сюда. Смотри...
Эй!
Посмотри... Хочешь достать, а!
Хочешь... Нет! Подойти.
Ни у кого нет на это времени.
Дамы, перестаньте думать, что у мужиков есть терпение.
Его нет. Мы теряем его.
И еще дамы...
Перестаньте рожать старикам.
Я был в парке.
Я видел 63-летнего мужика с двухлетним ребенком. Грустно.
Он носился за ребенком как за пропущенным мячом.
«Эй! ловите ребенка. Эй! Проклятье!
Чёртова спина! Твою дивизию!
Кто-то перекинул ребенка ему.»
Но это был крутой старикан.
Знаете, стариканы, застрявшие
в той эпохе? В этой эпохе, помните?
Он был такой крутой.
Он понятия не имел, что делать с этим ребенком.
Пытался привлечь мое внимание.
Он такой: «Эй, эй.
Юноша!
Эй, юноша, позволь кое-что тебе сказать.
Юноша.
Стой! Юноша, позволь кое-что тебе сказать.
Я скажу кое-что.
Поднял коляску, не могу ее опустить. Как стоячий член в спокойную ночь.
Привет. Дай пять. Да ладно тебе, юноша.
Дай пять.
Вы знаете о чём я.»
Я сказал: «Нажмите и отпустите.
Нажмите на среднюю секцию и коляска разложится.»
Он: «Покажи мне, как это.»
Я надавил на коляску, она разложилась.
«Да ладно!
Черт!
Да.
Юноша, можешь помочь мне
пристегнуть ребенка в кресле?
Не думаю, что сам делал это правильно.
Я свернул налево, а малышка скатилась справа
и стукнулась головой о стекло с левой стороны.
У нее была кровь. Я сказал жене, что это случилось
на площадке. Дай пять.
Да ладно. Ку-ку.
Ты знаешь о чём я.»
Дамы, я вот что скажу.
Что касается терпения, оно есть у вас.
Снимаю перед вами шляпу.
Вы заслуживаете того, чтобы вами восхищались,
когда дело касается детей.
Накормить, выкупать, одеть ребенка
в школу, со школы, приучить к горшку.
Некоторые из вас еще и работают. С ума сдуреть.
Невероятно.
Но...
Единственное, что вам чуждо, дамы, веселье.
Вы не веселитесь.
Знаю, некоторые сразу включают:
«Что? Фигня! Я развлекаюсь.
Ты понятия не имеешь, как мне весело.»
Нет. Не весело.
Ребенок никогда не скажет: «Быстрей бы домой, поиграть с мамой.»
Вы такого не услышите.
Такого не бывает.
Всё потому, что вы пытаетесь стереть грани.
Вы хотите быть и веселыми, и строгими одновременно.
Нужно выбрать что-то одно.
Ярлык «весельчак» весит на спине отца.
Мы не просили. Так получается.
Мы не хотим быть строгими,
но вы заставляете нас.
Только переступил порог, на тебя летит вся эта хрень.
Иди и разберись с этим ребенком!
Что?
Я только пришел домой. Я только вошел в дом.
Хочешь, чтобы он нам на голову сел?
Нам?
И что, это не херня?
Теперь ты должен отшлепать.
Твоя мама сказала, чтобы я тебе врезал.
«Что я сделал?». Понятия не имею.
Сказала тебе всыпать
или облажаться. Я выбрал первое. Я тебе всыплю.
Некоторые женщины сейчас думают: «И что, Кевин?
Если проблема в развлечении, иди развлекайся.» Не всё так просто.
Развлекаться очень трудно.
Я говорю так,
потому что дети не знают, как остановиться.
Они думают, что развлекаться можно вечно.
Я скажу вам, чего больше всего боятся мужчины после работы.
Приходишь с работы домой, открываешь дверь
реально медленно.
Больше всего боишься увидеть
с другой стороны неугомонного ребенка, фонтанирующего энергией.
О, да!
Папочка дома. Время играть.
Я хочу играть, папуля.
Я проспал с мамочкой целый день.
Давай играть: ты будешь закрывать глаза,
а я буду тебе их открывать.
О, да.
Давай играть, папочка.
Готов поспорить...
...что любой отец в этом зале хоть раз делал то, о чём я расскажу.
Минимум раз.
Целый день на работе, едешь домой.
Подъезжаешь к гаражу.
В это время ребенок энергично
подбегает к окну, отодвигает шторы.
О, да!
Папочка дома. Будем играть.
Ты видишь ребенка в окне.
Ребенок видит тебя. Вы смотрите друг другу в глаза.
Ты встречаешься с ребенком глазами.
Ты уставился на ребенка, он уставился на тебя.
И ты выезжаешь назад.
Ты, блин, выезжаешь назад.
Никаких детей сегодня.
Я лучше вернусь на работу и буду швырять коробки в стену,
чем иметь с ним дело.
Куда ты, папочка?
Иди ты, детка.
Вам смешно, потому что это правда.
Как я говорил, важно понимать, насколько вы терпеливы.
Нужно понимать, где ваш предел.
С возрастом вы начинаете терять терпение.
Мое терпение явно на исходе.
Я это знаю. Спросите откуда?
Я стал по-другому вести себя с моими собаками.
Я собачник, народ.
Я люблю собак, слышите? Люблю собак.
Поддержите меня любители собак. Есть такие?
Люблю собак. У меня две собаки. У меня доберман по кличке Рокси. Моя отрада.
Безумно люблю Рокси.
А еще карликовый пинчер Риггс.
Мне на него наплевать. Это собака моей жены.
Мне плевать на эту собаку.
Моя собака, она обученная всему, что только можно.
Мне с ней комфортно.
Мне удобно с моей собакой.
Когда тебе комфортно, всё меняется.
История из жизни. Я проснулся в 5:30, выхожу в коридор.
Моя собака помочилась в коридоре. Я видел.
Мне нужно решить.
Пойти, отчитать собаку и вымыть всё сейчас? Или вернуться в постель, а потом всё сделать?
Пять тридцать.
Решил поспать.
Потом всё сделаю.
В 7:15 просыпается жена. Я только слышу: «Бог ты мой!
Она сходила в коридоре.»
Я сделал вид, что ничего об этом не знаю.
«Ты прикалываешься!
Хочешь, чтобы я убирал это всё?»
Она мне: «Нет, я встаю. Я уберу.»
Я такой: «Именно.»
Именно. Знал, что так будет, поэтому не стал убирать.
Я просчитал тебя.
В тот момент я сказал себе: «Проклятье, Кевин.
Таким ты хочешь быть?
Хочешь не выкладываться на 100%,
потому что знаешь,
что она добавит недостающие проценты?»
Нет, не хочу.
Я практически стал таким парнем,
когда ко мне пришел мой друг Гарри со своим двухлетним ребенком.
Малышке Гарри два года. Я считаю ее клевой.
Я объясню, что значит клевая.
Клевый ребенок ведет себя как взрослый.
Гарри явился с ребенком без звонка,
по-скотски. Я такое не люблю. Это по-скотски.
Но жена купилась.
Как только услышала о малышке, сразу такая:
«Бог ты мой.
Нет.
Вы не отдыхали с тех пор как появился ребенок.
Оставляйте малышку, мы с Кевом присмотрим за ней сегодня.»
Он мне: «Кев, ты не против?» Я ему: «Как видишь,
я здесь ничего не решаю...
...в собственном доме.»
Они оставили нам ребенка.
Сели в машину и уехали.
Вот как я узнал, что это клевый ребенок.
Когда они отъезжали, она махала им рукой, стоя на крыльце.
Развернулась, дважды наступила мне на ногу.
И говорит: «Прошу прощения.» Я такой: «Что черт побери...
...ты сейчас сказала?»
Маленькая черная девочка.
Я никогда не слышал, чтобы черный взрослый говорил: «Прошу прощения.»
Я отошел в сторону. Клевая малышка пошла на кухню.
Я сказал жене, что она, наверное, хочет есть.
Сейчас проверим. «Хочешь сэндвич?»
«Хочу.» Сделали сэндвич, положили на тарелку,
тарелку поставили на стол.
Тарелка издала звук, когда коснулась стола.
Клевая малышка постукала по столу.
«Гранит?» — говорит, — «Это гранит?»
Я в шоке. Какого черта?
«Да. Да, клевая малышка.
Это столешница из гранита.»
Кто смотрит с этим ребенком программы про ремонты?
Я в полном шоке.
Такое чувство, что она во мне не нуждается.
Я видел достаточно.
Я пошел в гостиную смотреть телевизор.
Клевая малышка идет за мной, и тоже садится на диван.
Смотрим телевизор, малышка слазит с дивана,
но делает это не так, как обычно это делают дети.
Обычно малыши разворачиваются на живот и сползают ногами вниз.
Иногда на пол, иногда на что-то другое.
Это игра, в которую играют обычные малыши.
Клевая малышка делает не так. Она садится на край и спрыгивает.
Приземляется, поднимает обе руки.
Смотрит на меня и говорит: «Десять? Это десять?»
Ты, блин, права, это чертова десятка.
Чистое приземление!
Я уже насмотрелся!
Я потрясен до глубины души. Она может сама о себе позаботиться.
Клевая малышка ходит по дому.
Еще раз говорю, я не выдумываю.
Проходит десять минут.
Чувствую пахнет дерьмом.
Я учуял запах.
Я оборачиваюсь, на полу посреди гостиной — куча дерьма.
Мой доберман с этой стороны, клевая малышка с этой.
Я расстроен. Моя собака не просилась на улицу.
«Задолбал.» Я схватил собаку за шкирку.
Отругал ее.
«Тебе прекрасно известно. Нельзя справлять нужду в доме,
и, что гораздо важнее, позорить меня перед этой малышкой.»
Я посадил собаку в будку.
Возвращаюсь. Смотрю на какашки.
Это дерьмо не моей собаки.
Я знаю, как выглядят какашки моей собаки.
Я смотрю на малышку. Она в подгузнике.
Дерьма на памперсе нет.
Я ничего не понимаю.
Но я знаю на что смотрю. Кто-то сделал кучу.
Я смотрю на какашки на полу.
Кто-то оставил какашки на полу.
Я вообще ничего не понимаю.
Иду, бужу жену. Она спит на диване. «Детка.»
«Детка, проснись.
Проснись.»
«Что?». «Эй. Проснись!» «Что?»
«Эй!
Ты насрала на пол, а потом легла на диван?»
«Что?» «Ты насрала на пол,
а потом легла на диван?»
«Вряд ли кто-то срал на пол.» «Кто-то насрал на пол.»
Я разворачиваюсь. Мы встречаемся взглядами с малышкой.
Чувство, что она со мной играет.
Я говорю: «Малышка,
Я был добр к тебе в своем доме.
Ты вошла в дом, захотела есть, я сделал тебе сэндвич.
Мы смотрели телевизор.
Я поставил тебе десять за прыжок. Невежливо срать на мой пол.
Ты насрала на мой пол?»
Малышка такая: «Прошу прощения» «Заткнись...
Замолчи!
Ты насрала на мой пол?»
Малышка подняла две руки вверх
и повернулась, типа: «Проверяй.»
Я поднял два пальца.
Я отодвинул памперс двумя пальцами со спины.
В памперсе не было какашек.
Я тогда думал, с ума сойду.
Я стал спрашивать себя.
Я...
Я наложил на пол? Не срал я на пол.
Я бы знал, если бы срал на пол. Я не срал на пол.
Я извинился перед клевой малышкой.
Не нужно было так с тобой. Ты всё делаешь классно.
Знаешь, что? Я проверю запись с камер.
У меня камеры по всему дому.
Пойду посмотрю запись.
Кто бы это ни был, он генератор идей. Это спланированная атака.
Говорю так, потому что он нагадил в единственной «слепой точке» в доме.
Она не просматривается ни с одной из камер.
Мне убрать всё ради общего блага.
Я пошел за моющими, вернулся, вычистил всё.
Я 45 минут чистил ковер.
Я в бешенстве!
Гэрри вернулся забрать малышку.
«Хорошо провели время? Понравилось?»
Моя жена сразу: «О, боже.
Мы в восторге от нее.»
«А ты Кев?» Я сказал: «Клевая малышка.
Ты умница. Давай поговорим. Отойдем в сторонку.»
Я хочу сказать, я зациклился на клевой малышке.
Я бесился, потому что кто-то насрал на мой пол.
Он сказал: «Что?»
Я сказал: «Кто-то насрал на мой пол.»
Он сказал: «Бог ты мой.
Это она.» Я ему: «Что, прости?»
Он мне: «Это она.»
Она знает, как отодвинуть памперс, чтобы посрать.
Потом поправляет его на место.
Я забыл сказать тебе, когда завез ее.»
«Как можно было забыть рассказать такое?»
Об этом нужно было рассказать
в первую очередь, прежде чем оставлять эту засранку в моем доме.
Пришла моя собака. Смотрит такая:
«Ты должен посадить эту сучку в будку.»
«Эй!
Лечь. лечь, я сказал.»
«Чувак, я в бешенстве. Я 45 минут чистил ковер.»
Моя жена: «Именно.» Я ей: «Детка, не сейчас.
Я разберусь.»
Она мне: «Я просто говорю "именно".»
«Что именно?»
«Я видела, — говорит, — как она это сделала.
но не хотела убирать, поэтому притворилась, что сплю.
«Так в этом всё дело?
Дело всё в этом?»
Отплатила мне той же монетой.
Поиздевалась.
Я не хочу врать вам.
Я не люблю, когда в моем доме люди.
И всё потому...
...что мой дом как-то ограбили.
Когда ваш дом грабят, начинаешь думать по-другому.
Всё дело в защите моих домочадцев. Я хозяин.
Я защищаю свою семью.
Я купил девять пистолетов.
Разложил их по разным местам в доме.
Поймите кое-что. Нельзя спрятать оружие
по всему дому,
не проиграв в голове сценарии,
оправдывающие выбранное место.
И начинаешь сходить с ума.
Я был в доме сам три часа,
представляя себе то, что никогда не случится.
О...
Вот дерьмо.
Ты собираешься это сделать?
Хочешь ограбить меня у входной двери?
Ладно...
Ладно.
Я отдам, что скажешь. Отдам, что скажешь.
Дай только проверю почтовый ящик в последний раз.
Сюрприз!
Вот дерьмо!
Ты собираешься это сделать?
Хочешь ограбить меня в санузле для гостей?
Ладно.
Отдам, что скажешь.
Дай только подотрусь в последний раз.
Сюрприз!
Вот дерьмо!
Ты собираешься это сделать?
Хочешь ограбить меня,
пока я готовлю ужин на День благодарения?
Ладно. Ладно.
Отдам, что скажешь.
Только дай в последний раз проверить индейку в духовке.
Сюрприз!
Вот дерьмо! Вот дерьмо!
Ты собираешься это сделать?
Хочешь ограбить меня
пока я сижу в гостиной на диване напротив камина?
Ладно.
Отдам, что скажешь.
Только дай досмотреть порно в последний раз.
Сюрприз!
Вот дерьмо!
Ты...
Ты собираешься это сделать?
Ты собираешься...
Ты ограбишь меня в подвале
пока я буду...
...пока я буду перекладывать белье из стиральной машины в сушилку?
Ладно.
Хорошо. Мы...
О...
Нет, я закончу.
Дайте закончу.
Это моя любимая шутка.
Ты...
Хочешь ограбить меня в подвале?
Пока я перекладываю белье из стиральной машины в сушилку?
Ладно.
Отдам, что скажешь.
Только...
...позволь добавить смягчающие салфетки.
Сюрприз!
Девять пистолетов по всему дому.
Потом меня снова ограбили в том месте, где я не положил оружие.
Я потратил кучу времени, чтобы перейти туда, где был спрятан пистолет.
Да ладно, чувак! Ты это сделаешь?
Никому не нужно в туалет?
Я подотру твою задницу.
Я подотру твою задницу, пожалуйста.
Пожалуйста.
Вы что, хотите ограбить меня на пустой желудок?
Кто-нибудь хочет эфемерной индейки? Она в духовке.
Позволь хотя бы подрочить на диване в последний раз. Я не гей. Просто пытаюсь хорошо провести время.
Дайте переложить белье из стиральной машины в сушилку.
Из-за тебя оно покроется плесенью, сукин ты сын.
Мои лучшие друзья приходят ко мне в гости раз в месяц.
Раз в месяц.
Мы устраиваем вечер игр у меня дома.
Не стану врать, народ.
Лично я, не люблю вечер игр. Терпеть не могу вечер игр.
В этот вечер лезет всё самое худшее,
особенно в моей семье, потому что мы играем агрессивно.
Мы играем в монополию.
Но мне не нравится, как мы это делаем.
Мы играем неправильно.
У нас разрешены переговоры за пределами игры в монополию.
К примеру, представьте, что мы играем.
Вот как мы договариваемся.
Я говорю: «Можешь останавливаться у меня два раза и не платить,
но заплати за мою парковку в реальной жизни.
Если ты согласен...
Это сделка. Понимаешь о чём я?»
В прошлый раз меня взбесило, что женщины напились.
Когда они пьяные...
Дамы, вы делаете глупости, когда напьетесь.
У вас два уровня:
не пьяная и дурная. Вы перепрыгиваете с одного на другой,
через всё это пространство.
Либо «Нет, я сегодня не пью»,
либо «Боже мой, я так нажралась!»
Или то, или другое.
Так... «Боже мой,
не могу поверить, что так нажралась.
У меня в заднице домик из монополии.»
«Что? Что ты сказала?»
«Я так нажралась!»
Они портят всю игру, а я ее спасаю.
Я собрал всю игру.
Я играю в настольные игры как ребенок, веду себя как ребенок.
Когда ты на моём поле, я делаю как ди-джей.
Всегда, когда ты на моём поле.
Ты заплатишь. Ты, блин, заплатишь.
Моя жена напилась. Попала на мое поле, я раздавил ее.
Ты заплатишь. Ты, блин, заплатишь!
Вы видели пьяных женщин?
Она пытается говорить как трезвая, но точно пьяная.
Она такая: «Ладно, ладно.
Ладно...
...это ведь несерьезно, типа...
Соко...
Соко я тебе должна?
Что я должна тебе?»
Я смотрю, у нее нет денег. «У тебя даже денег нет!
Не трать время, сложи свои карточки в коробку. Ты проиграла!
Проваливай.»
«Ты этого хочешь? Хочешь так поступить с женой?»
«Да!»
Это игра, я хочу выиграть. Беру ее карточку,
швыряю. Она пролетает по комнате.
Проваливай.
Всё, что я говорю, пока играю в монополию.
Она выносит это за пределы монополии.
Она мне: «Тебе нужна только победа? Это тебе нужно?
А я хочу хоть изредка кончать.»
«Что? Какого? Что?
Что?
Причем здесь это? Как это связано с игрой?»
Вдруг, Гарри и Уэйн встают...
«Она не кончает.»
Я сказал: «Ну не сука?» Я выхожу из себя.
«Валите отсюда. Проваливайте из моего дома.
Пошли вон!»
Гарри и Уэйн такие между собой: «Да пошёл он
со своим домом и собаками.»
Когда он это сказал,
в моей голове выключилась лампочка.
Я тут же подумал...
...Где были мои собаки, когда меня грабили? Где...
...были мои собаки?
Я побежал. Я просмотрел записи с камер.
Будь я проклят, если я не видел четыре глаза в шкафу.
Всё видели. Как будто говорили:
«Они всё забирают. Ты видишь?
Это смешно. Они ничего не оставили.
Хорошо, что мы здесь. Постель и миска на месте.
Ему нужна сторожевая собака. Так жить нереально.
Это небезопасно для нас.»
Ты ж сторожевая собака!
Вам нужны такие друзья, как у меня.
У меня замечательные друзья.
Уверен, я стал таким благодаря моей группе поддержки.
Мои друзья способствуют моему успеху.
Поэтому я им предан и откровенен с ними.
Летом я повез их в Японию.
Я сказал: «Давайте познакомимся с другой культурой.
Слова «нет» не существует.»
Они согласились. Мы поехали в Японию.
Первое, что мы сделали в Японии, пошли в парк развлечений.
Те, кто меня знает, знают, что я не люблю парки развлечений.
Но я сказал, что слова «нет» не существует.
Мы пошли в парк развлечений в Японии.
Должен признаться, я потерял дар речи. Он был потрясающий.
Почему потерял дар речи, да потому, что я...
...я был там самым высоким.
Это правда.
Реально так было.
Они называли меня Годзиллой.
Я советовал им пить молоко, есть овощи. Никогда такого не советовал.
Мы пошли на американские горки. Повторяю, это не моё.
Но я сказал, что слова «нет» не существует.
Мы пошли на горки,
и это заставило меня понять, какие некоторые из нас испорченные.
Мы сильно испорченные.
Мы приехали в парк развлечений, пошли на горки.
Мы привыкли слышать щелчки над головой.
Так понимаешь, что тебя пристегнули. Ха-ха. Да.
Давай, загрузились, погнали. Я готов.
В Японии нет щелчков.
Они опустили эту штуку. Но я могу двигаться.
Не щелкает. Моя штука не щелкает. Не получается щелкнуть.
Я смотрю на японцев в своем ряду,
говорю: «Нет щелчка.»
Дама достает камеру, начинает снимать.
Я такой: «Нет. Нашла время.
Такое придумала. Это серьезно.» Японские парни возвращаются по проходу.
Я им машу рукой: «У меня не щелкает. Нет щелчка. Не могу защелкнуть.»
Самый страшный момент в моей жизни.
Он смотрит мне в глаза, мы встретились взглядами, и уходит.
«Полный восторг!
Полный восторг!»
Я такой: «Что?
Что ты сказал?»
«Полный восторг.»
Она начала ехать. Вагонетка начала ехать.
Я не мог спрыгнуть, слишком высоко.
Я обхватил планку рукой.
«Господи, только не так. Ты не привел меня в Японию,
чтобы так со мной покончить? Не нужно так.»
Мы улетели.
Когда мы взлетели, мой желудок тут же провалился
в задницу, тут же.
Мой пупок и анус соприкоснулись. Это было вот так.
Я начал пукать и отрыгиваться.
«О, боже, я умру. Черт возьми, я умру.
Я знаю, что вот-вот умру.»
Оказалось,
это был поезд. Мы остановились.
Он подвозил нас к горке. Мне никто не сказал.
Они не разговаривают в Японии.
Горка называлась «Полный восторг».
Мы шли на горку, а они зазывали: «Полный восторг».
Никакого восторга.
Видели бы вы лица людей за моей спиной, когда я опозорился.
Надо валить отсюда.
Япония для меня очень сложная.
Мне было сложно в Японии, потому что не было переводчика.
Никто не сказал, что нужен переводчик.
Я понял, когда мы приехали.
Я такой: «Слишком поздно. Что-то придумаю.»
Вот почему было сложно. Я не ем морепродукты.
У меня на них аллергия. В Японии морепродукты везде.
Не хочется быть расистом и кретином,
но всё выглядит именно так, когда ты пытаешься общаться.
Ты не говоришь на языке,
поэтому повторяешь за ними, когда они говорят.
Нет ничего более расистского.
Курица. О, черт. Не могу ниже. Курица...
Куурица.
Я видел свое отражение.
Тут же расстроился. Господи, Кевин, посмотри на себя.
Я четыре дня питался сникерсами.
Откушу, положу в карман.
Я ослаб. У меня не было сил.
Я голоден, хочу есть.
Друзья звали гулять вчера. Я сказал: «Не могу. Я умираю.
Вы идите. Я хочу поспать, проснуться, сесть в самолет и поесть.»
Больше ничего не хочу. Они ушли, я остался дома.
Я проснулся среди ночи. Желудок убивал меня.
Я позвонил на ресепшен.
Трубку взяла женщина: «Алло, ресепшен, чем могу помочь?»
Впервые в Японии со мной говорили по-английски, не считая друзей.
Вы бы подумали, что я Том Хэнкс в «Изгое».
Я не выдержал.
Курица!
Пожалуйста! Курица!
Она мне: «Сэр, успокойтесь.
Успокойтесь.
В каком вы номере?» «Я не знаю.»
Она говорит: «Посмотрите, номер написан на телефоне.»
Хорошо. Я... Я в номере...
...палочка, палочка, тире, домик. Как это читать?
Это похоже на заброшенный дом без окон
из бамбуковых палок, не знаю.
Полный восторг... Я не знаю.
Помогите!
Вы поняли? Поняли шутку? Вы поняли.
Они пишут так цифры. Вы поняли?
Вы должны были сильнее смеяться.
Вы как-то смеялись... не так, как должны были.
Я чуть не швырнул микрофон вам в голову, сэр.
Мне нравится, что я могу путешествовать.
Мне нравится, что я могу возить детей туда, куда и не мечтал.
Каждый год на каникулах мы с детьми ездим в Аспен.
Не думайте, что мы ездим кататься на лыжах,
потому что это не так!
Просто мне нравится, что мы одни там среди белых.
Отлично смотримся.
В прошлый раз произошла неприятность на склоне для новичков.
Я учился кататься на лыжах.
Склон для новичков.
Тебе не дают палки, они их забирают.
Чтобы ты научился передвигаться вправо-влево
и падать.
Я на склоне для новичков. Меня сталкивают.
Я в позе лыжника, да?
Еду вниз. Краем глаза вижу, что сюда едет ребенок.
Я не силен в математике.
Я далек от нее, но я знаю,
что если он едет так, а я еду так,
то столкновение будет где-то здесь.
Я приближаюсь и думаю: «Я собью ребенка.»
Мой инструктор стал кричать: «Падай!
Падай!» Не получилось.
Не могу, меня не научили, я не падаю.
Мне нужно принять решение.
Зацепить ребенка и поехать дальше...
...или стать героем?
Я решил геройствовать.
Когда я приблизился, я схватил ребенка.
Когда я схватил его, я подумал, что вес меня остановит.
Но вместо этого мы подпрыгнули.
И мы покатились по другому склону.
Но это уже не был склон для новичков.
Он был настоящий.
Когда мы начали спуск, дамочка заорала: «Он украл моего ребенка!»
Я такой: «Это нехорошо. Совсем нехорошо.
«Господи, пусть он не будет белым.
Пусть он не будет белым.»
Я не видел, на нем был белоснежный костюм.
Я поднял козырек, показалась маленькая японская голова.
И малыш сказал: «Полный восторг!»
Господи!
Бог ты мой!
Я занервничал, оставил там ребенка и уехал.
В прошлый раз я разозлился,
потому что явился певец Сил,
в мою черную неделю.
Я был зол. Это моя черная неделя.
Я приезжаю сюда последние пять лет.
Ты заявился в мою черную неделю,
это опрометчиво с твоей стороны, Сил.
Он говорит: «Кев, о чем ты? Это не твоя неделя.»
Я ему: «Черта с два. Моя.»
Он такой: «Я не знал, что ты катаешься.»
Я ему: «Зачем еще я бы приезжал сюда?»
Он мне: «На какой горе ты катаешься?
Пахта — самая большая.»
И я сказал: «Увидимся на горе.»
Я пошел к инструктору и говорю: «Сил здесь.
Он испортил мне мою черную неделю.
Ты должен отвезти меня с семьей на Пахту.»
Инструктор поднял нас на Пахту.
Когда мы поднялись,
он сказал: «Вам, ребята, нечего делать здесь наверху.
Эта гора для вас слишком сложная.
Вы не умеете маневрировать. Если ехать прямо, то на тот свет.
Мы должны рассекать гору, рисовать большую змею,
спускаясь с горы.»
Я сказал: «Прекрасно. Ты идешь первым, потом я, потом мой сын, дочь и жена.»
Я думал, если кто-то упадет, он упадет на меня.
Так я удержу семью вместе. Вот, что было у меня в голове. Ладно?
Мы начали спуск с горы.
Так как я и сказал,
всё правда. Мы рисовали больших змей.
Вдруг меня по лицу ударил порыв ветра.
Я обернулся.
Я не вижу сына. Я понятия не имею...
...куда делся мой сын.
Я повернулся назад. Инструктор говорит:
«Боже мой, твой сын едет прямо, я за ним.»
Я говорю: «Не надо. Ты не станешь этого делать.
Он сделал свой выбор. Он выбрал смерть.
Это его выбор.»
Не надо спасать его и бросать нас.
А потом мне придется сожрать задницу жены, чтобы выжить.
Моя жена: «Я всё равно не кончаю.»
«Да ты заткнёшься или нет!»
Моя дочь такая...
«Заткнитесь, все заткнитесь!»
Вдруг, откуда не возьмись, вылетает Сил.
Сил такой: «Я спасу его!»
Толпа восторженно завизжала.
Зазвучала его музыка. Я так и не понял, где были колонки.
Я в бешенстве! Говорю инструктору:
«Спусти меня к подножью.
Сил пытается испортить мою черную неделю.
Мы спустились вниз. Мой сын сидит у Сила на плечах.
Вокруг него ликующая толпа.
Я в бешенстве. Я зол!
Сил!
Верни моего сына. Сейчас же, верни сына.
Он говорит: «Поблагодарил бы, что я спас ему жизнь.» «Тебя никто не просил. Я готов был смириться.
Верни мне моего сына сейчас же.»
Он сказал: «Не говори со мной так при людях.»
«Да пошли эти люди.»
Сил выскочил с лыж, не используя рук.
Хлоп-хлоп и стал в стойку.
Я попытался сделать то же, но не смог.
Я просто наклонился как Майкл Джексон
в том видео «Ловкий преступник».
Толпа решила, что я это нарочно.
«О!»
Он говорит: «Пошли меня, и я тебе врежу.»
Я такой: «Пошел ты.» Он: «Пошел ты.»
Когда он сказал это, вылетела слюна,
и приземлилась на лбу у жены. Моя жена такая:
«А!
Я кончаю!»
Правда жизни. Меня зовут Кевин Харт, черт возьми.
Я признателен вам.
Спасибо вам большое.
Чертовски люблю вас.
Люблю вас.
Верьте, и я вернусь.