NETFLIX ПРЕДСТАВЛЯЕТ
БРЕНДИ
Да ладно, ребята, без шуток. Кто вам сказал о моем дне рождения?
Убью этого крысеныша, попадись он мне.
Заряжай!
Нет! Да бросьте, ребята. Серьезно.
Может, хватит уже?
Свяжитесь с моим дядей, генералом Лосано. Это ошибка!
Целься!
Нет! Я племянник генерала! Отпустите меня!
Если хоть кто-то выстрелит, поплатится головой!
Отставить!
Отставить, черт возьми!
Рад тебя видеть, дядя.
Надо поговорить.
Освободите его!
Отведите его в мой кабинет и катитесь!
Ну? Вы что, не слышали?
Отпустите меня, вахлаки!
Признаюсь, ты заставил меня усомниться.
Всего лишь на долю секунды.
Мелькнула мысль, что на сей раз мне не выжить.
Мне удалось спасти тебя от расстрела, Хан.
- А не помешать им убить тебя. - Так вот же я — живой.
Это ненадолго.
Я спас тебе жизнь в третий и последний раз.
Я убедил их не расстреливать тебя. Взамен они хотят нечто аналогичное.
Доставишь этот конверт полковнику Аларкосу.
- Он же командует шестой бригадой! - Это я и без тебя знаю.
Шестая стоит за сьеррой.
Обойти буферную зону — верная смерть.
Я и сказал, что это сродни казни.
- Ты же не поступишь так со мной! - Ты ударил головой судью!
Я, кстати, тоже пострадал. Но кого это волнует…
Ох уж эти твои шуточки, да, племянник?
Судья оказался давним другом Франко. Чуть ли не кузеном, черт возьми!
Я не знал о его связи с Франко. Буду помалкивать.
Люди сверху давно имеют зуб на тебя.
Ты прослыл спасителем «красных» на своих хреновых судах!
«Рядовой Декрус обвиняется в дезертирстве и трусости на фронте…»
Ты настоял, чтобы его не казнили.
Он не трус, а лишь испуганный 17-летний мальчишка.
Я сделал всё, что мог. Жаль, что не умеешь пользоваться головой.
Ну, почти кузен Франко так не считает.
Судья приговорил тебя за измену.
Докажешь, что ты хороший солдат, — приговор отменят.
Так что ты доставишь этот конверт Аларкосу и вернешься до рассвета.
- Может, лучше бы казнили. Раз — и всё. - Закрой рот.
Это всё твой поганый язык. Был бы жив твой отец…
Убирайся. Будь осторожен.
- Эта война забрала почти всю семью. - Мой брат еще жив.
Не для меня.
- Что это? - Возьмешь машину.
Я же не умею водить.
Не волнуйся, мы об этом позаботились.
Рядовой Декрус.
- Меня что, уже расстреляют? - Нет. Тебе повезло.
Спасибо, капитан, но я ничего не сделал.
Ты должен был сражаться на Эбро, а тебя задержали в 20 минутах от Бойро.
Ты струсил и побежал к мамочке.
- Так уже есть приговор? - Да, ты трус.
- Водить умеешь? - Да. Мы с малолетства…
- Я спросил, умеешь ли ты водить. - Виноват. Умею.
Отлично. Отвезешь меня в шестую.
В шестую?
Но это невозможно. Нам не вернуться живыми.
- Лучше под расстрел пойдешь? - Один черт.
- У тебя есть девушка? - Есть подружки. Несколько.
Одна в Бойро и две в Камбадосе. Та, что в Бойро — лучшая.
- Так ты девственник? - Мы все в Бойро девственники.
- Как у тебя с оружием? - Не силен.
- А в чем ты силен, рядовой? - Ни в чем, капитан.
Господи…
Ты трус, а я юрист. Ну и убойная мы с тобой сила.
Капитан! Лосано! Эй, стойте!
- Монтойя! Как это тебя угораздило? - Шрапнелью из шахты. Еле выжил.
Эти немцы говорят, что сделают мне протез.
И снова сможешь дрочить, а? Да…
Капитан, не могли бы вы дать мне сигарету?
Та старая ворона даже затянуться не дает.
Конечно.
Спасибо.
Это что такое?
- Курение вредит здоровью. - Как и война.
Думаете, эти звездочки вам помогут? Здесь я командую.
А это что такое? Это Лаура так нахалтурила?
Вот вернусь из Гарабандаля, я ее проучу!
А вы чего тут встали? Пошли, у меня времени в обрез!
Это и есть старая ворона? Если ей в Гарабандаль, завтра уже вернется.
Постойте. Минутку. Halt!
Чёрт!
Спасибо, капитан.
В Бойро я работал в мастерской дяди.
Я по мотоциклам, но справлюсь с любым двигателем.
Машины, тракторы… Если там есть винты, зовите.
Да. Мы можем ехать быстрее, рядовой?
Да, можем, но я бы ехал потише.
Так, может, и проживем подольше.
- И мы могли бы… - Нет. Сразу тебе говорю.
- Но я еще ничего не сказал. - В Бойро не поедем.
Как вы узнали, что я скажу?
Сверни вправо. Срежем.
Вы уверены, капитан?
Это же буферная зона.
Там наших нет. Так ведь?
Не волнуйся. Обещаю, с нами ничего не случится.
Ну да. Вы это просто так говорите или правда верите?
Вот чёрт…
НАСТУПЛЕНИЕ ПЕХОТНОГО ПОЛКА
Чёрт!
- Капитан. Проснитесь! - Приехали?
- Делай, что говорят. - Что они говорят?
Извините.
Спокойно, Декрус, они как собаки.
Если учуют страх, убьют.
Надо делать вид, что нам плевать, ясно?
Что вы тут делаете?
Какое совпадение. Я подумал о том же.
- Документы? - Я капитан Лосано из пятой…
Документы!
В чем дело?
Вы не проедете, возвращайтесь.
Я спешу. Пусть уберут всё с дороги.
Да, освободите проезд.
- Куда едете? - Это засекречено.
Куда?
Раз засекречено, вы знаете, куда засунуть ваши вопросы.
В свою задницу! Вот туда их и засуньте.
- Пропустите или нарветесь. - Точно. А ну, с дороги!
Декрус! Тихо.
Не шуми, потому что этот сеньор… нас пропустит.
Правда ведь?
Мы им показали, у кого яйца крепче!
Как только смогу, остановлюсь, ладно? Меня сейчас вырвет.
- Рядовой, можно вопрос? - Вы уже спрашивали, девственник ли я.
- Что ты делаешь на войне? - Я и сам не знаю.
- Не знаешь? - Надо было встать на чью-то сторону.
- В моем городке все выбрали слойки. - Слойки?
Монашки что-то кладут в тесто. Вкус необычный.
А что кладут — не говорят.
А тут война. Мы сразу подумали:
«Вот схватят "красные" монашек, и не видать нам слоек».
- Мы не могли это допустить. - Так ты воюешь из-за слоек?
Когда вы так говорите… А у вас что, причина получше?
- Любая причина будет получше. - Вы просто тех слоек не ели.
Это «поликарпов».
«Крыса».
А это «фиат».
Русские ни черта не понимают.
Немцев и итальяшек не переплюнуть.
Похоже, итальяшки всё-таки мазилы.
Остановись-ка.
Пошли поможем ему. Он наш.
Наш? Какое мне дело до итальянца?
Декрус, не успели выехать, ты уже трусишь.
Но я уверен, что он в порядке! И там же его друзья.
Рядовой, шевелись, мы его там не бросим.
Вот чёрт!
Может, откажемся от этой затеи? Его будет сложно найти.
- Может, мы… - Ты всегда такой болтун?
- Бабушка всегда говорила… - Помолчи, Декрус.
Ладно.
Пошли.
Он мертв?
А ты как думаешь?
Руки вверх!
И медленно повернитесь!
О боже…
Вот видите? Плохая затея. Я же говорил. Нам крышка.
Спокойно. Хотели бы убить, уже бы застрелили.
Слышали? Повернитесь. Медленно.
Никаких глупостей, рядовой, ясно?
Пошли искать «индейку», а наткнулись на фашистского офицера.
Нет, мы республиканские солдаты.
А в форме, потому что нас забросили в тыл врага.
- Вы нас за идиотов держите? - Нет.
Заберите у них оружие.
- Чего уставился? - Ничего.
Хорош снимать.
Эти фотографии…
- Что тут делаете? - Секретная информация.
Скажу лишь вам.
Это еще почему?
Поймете, когда скажу.
Попрощайся с жизнью.
Убийца попов, не убивай его!
- Убийца попов? - Есть что сказать?
Ничего. Красивое имя.
Мы поймали крупную рыбу.
Капитана вынюхивать не пошлют.
Я тебе это припомню. Будь уверен.
Будешь умничать — долго не проживешь, ясно?
Чёрт. Я уже всё понял.
- Обыщем. Вдруг из разведки. - Обыщите, есть ли что важное.
Эти двое идут из Лас-Агиласа и решили срезать.
«Без крепких яиц войну не выиграть».
- Что это значит? - Сукин сын.
Это шутка?
- Шифровка? - Шифровка, ну-ну.
Тебе лучше объяснить, что это такое.
Ладно.
Запал, убей мальца.
С удовольствием.
Что? Нет! Вот чёрт! Вы не можете меня убить!
Я еще девственник! Скажите им, капитан!
Это неправда! У него жена и двое детей.
Его смерть вам ничего не даст.
Вот чёрт…
Твою мать! Омерзительно. Я так не могу, сержант.
Чёрт, Запал, опять? Будь твоя воля, мы бы воевали за карточным столом!
- Не рано ли ему иметь двоих детей? - Ему рано умирать.
Давайте я застрелю.
Помолчи-ка, Бродский.
Двое детей?
Да чтоб меня…
Мы их забираем.
Ну и кто теперь тряпка?
Запал, не зли меня!
- Партия запретила брать в плен. - Да заткнись ты уже.
Чёрт! Каждый со своим мнением. Тут не ассамблея!
Послушайте. Парень вам ни к чему.
Посмотрите на него.
Отпустите его.
- Возьмите меня. - Уже можно?
Не тебе сейчас переговоры вести.
Забираем обоих в лагерь. Там поглядим.
Я сегодня добрый.
Но не испытывай судьбу.
Пошли.
Шевелись!
Иди!
Пулицер, я близко.
Чёрт! Он жив!
Отцепись от меня! Отпусти!
Чёрт! А ну, отойди!
- Чёрт… - Что это за хрень?
Бродский…
Кто мне скажет, что это было?
Он был одержимый.
Декрус, заткнись!
Он прав.
В России говорят: «Когда мертвые встают…»
Бродский, кончай со своими сказками!
Какими сказками?
Я сто раз говорил, что я русский!
Меня сюда ребенком привезли!
Водку ты и правда любишь.
Хватит! Вы как дети!
- Запал, что с американцем? - Мы тут бессильны. Мертвее некуда.
Уходим отсюда.
- Стойте. Вы же не бросите их так? - А что ты хочешь?
- Похоронить их по-христиански? - Фашист прав, сержант.
Янки был козлом, но негоже его тут бросать.
Мертвого от живого не отличишь?
Чёрт!
Какого чёрта?
Бродский, он же был нашим…
Я в этом не уверен.
Глазам не верю! Смотрите.
Он мучится.
Теперь можно уходить.
А это что еще?
«Мессершмитт-109».
Нет, это «паблосы». А упавший самолет — не «индейка».
- Кто тебя спрашивал, фашист? - Фашист прав, это «юнкерсы».
Куда они летят?
С этой минуты будешь говорить, когда я скажу.
Дернешься, уложу на месте.
- Фашист, что здесь происходит? - Я знаю не больше твоего.
Посмотрим, когда потолкуешь с Ногтедёром.
«Ногтедёр»? У вас что, нормальных имен нет?
Имя как раз таки подходящее. Он лучший спец по выбиванию информации.
- Вы не знаете тетушку Чаро из Туделы. - Увидишь его, будет не до шуток.
Это в лагере.
Пошли.
Проклятые фашисты!
Похоже, интервью с Ногтедёром отменяется.
Лишь ради него тебя оставили в живых.
Шагай, фашист!
Очоа!
Маноло!
Эй! Есть кто живой?
Да чтоб вас!
У меня был такой же CS1. Оставили в гараже…
Это ES1!
И он был мой.
Ну да, ES1, как скажешь…
Та же пыль, что была и на пилоте.
Ну всё.
Говори или вышибу тебе мозги. Что за дерьмо вы на них сбросили?
- Клянусь, я ничего не знаю! - Сержант!
Это Очоа!
Да пристрели ты их и пойдем к КПП.
И что нам это даст?
Что с тобой сделали, Очоа?
Чёрт.
Надо валить отсюда на хрен.
- Что здесь творится? - То же что с пилотом и янки.
Остается только одно.
Даже не думай! Это Очоа! Ей надо помочь!
Я к ней не подойду.
Пожалуйста, развяжите нас.
Боже правый!
Немедленно развяжите нас!
Что за чертовщина?
Они живые или что?
Отец?
- Нет, паренек! - Отец!
Это уже не отец.
- Она права. Надо убираться отсюда. - Заткнись!
- Дело плохо. - Это наши товарищи. Им надо помочь.
Извините, сержант. Как говорят у нас на Руси:
«Иди к чёрту!»
Получай!
Нет! Прекратить огонь!
- Не стрелять! Они наши! - Как же не стрелять!
В голову! Цельтесь им в голову!
Надо убираться отсюда! Мы им ничем не поможем! Уходим!
- Бежим! - Уходим ко всем чертям.
Беги, Декрус!
Давайте! Толкайте!
Отойди, фашист!
Освободи парня!
Помогай, придурок!
- Освободите меня. Я помогу! - Тебе не верю!
Ну же!
В лодку!
Бродский!
Поплыли!
Гутьеррес, Садовник и тот парень из Манресы.
Массип.
Ходячие мертвецы.
У них сухая кровь.
Парень прав. Они одержимые.
Не пори чушь.
Это невозможно.
Да вы того пилота изрешетили пулями.
И своих товарищей тоже.
Не напоминай мне! Они не были мертвы. Они ходили! Вы же все видели!
Они хотели нас съесть.
Уймись, Бродский.
Это правда. Видели, что они с Карлосом сделали?
Фашист, ты точно в теме. Вы же верите в монашек и всё такое.
- В монашек не верю. Они есть. - Ты понял, о чем я.
Монашки, попы, Бог и вся эта чушь.
Библия же говорит, что Бог воскрес в третий день в Вифлееме,
как эти твари?
Во-первых, не Бог, а Иисус.
Во-вторых, не в Вифлееме, а в Иерусалиме.
В-третьих, когда Иисус воскрес, он не стал есть людей!
Мы знаем не больше вашего!
- Как ни крути, мы на одной стороне! - Нет! Мы на стороне республиканцев.
А вы на стороне подонков.
Как мило…
Развяжите его.
Постой! Скажу тебе пару слов.
Теперь мы квиты. Выполняй.
Осторожно.
«Двум смертям не бывать, а одной не миновать».
Ты о чем там? Что означает это фраза?
Это не фраза, а русская пословица.
Невежды.
Бродский не только русский, а еще и поэт.
Да, настоящий Мачадо.
Может, они ожили!
Мой дядя из Камбадоса впал в каталепсию после двух бутылок самогона.
Решили, что он мертв. Два дня лежал. Потом проснулся.
Его рвало часа три. А через три дня он снова хлестал самогон.
Это разные вещи, парень.
Вся эта апокалиптическая чушь — лишь страшилки для народа.
Не были они мертвы, раз встали и ходят.
Они не нападали друг на друга. Им нужны были мы.
- Что будем делать? - Пойдем к схрону. Тут неподалеку.
Чтобы встретить еще ваших товарищей?
Нет, не бойся.
Там лишь оружие, боеприпасы и еда. Еще радио.
Попробуем выяснить, что здесь творится.
Капитан согласен?
У нас что, есть выбор?
Да.
Застрелим вас и бросим в реку.
Тогда я согласен.
Если поспешим, дойдем до темноты.
Что за…?
Они и здесь?
Чёрт!
Я же говорил, они одержимы.
Дай мне пистолет. Я могу помочь.
Без глупостей! Иначе встретишься с Иисусом и кому ты там еще молишься.
- Это ничего не меняет, фашист! - А я что-то сказал?
Давай, парень, беги!
Дуй отсюда, мать твою!
Бродский!
- Бродский! - Стой!
Пусти меня!
- Пусти! Бродский! - Ему не помочь!
Уходим отсюда! Быстро!
Уходите!
Ему уже не помочь.
Уходите!
Руки прочь, фашист!
Идем!
Почему эти двое еще живы? От них никакой пользы…
Тебе не надоело еще? Да что ты за человек такой?
Нас опередили.
Этого еще не хватало.
Но… что это значит?
Это длинная история. Вообще-то…
Никому не двигаться!
- Оставаться на месте! - Спокойно!
Я капитан Лосано. Бригада «Рекете».
Ага, рассказывай.
Брось оружие, фашист, пристрелим!
Это ты брось, а то вышибу мозги.
«Стрела» и мусульманин!
Руки вверх. Иначе убью босса!
- Чертова монашка! - Спокойно!
Застрели его.
И вскоре я буду бегать за тобой, пытаясь тебя сожрать.
- А если я выстрелю в голову? - Ладно, раз так…
Рафир, убери старика. Я займусь этой малявкой.
Осторожно со стариком. Не успеешь выстрелить, яйца потекут!
Может, прекратим?
Убери от него пушку или застрелю.
- Хочешь яйцами меряться, давай! - Так чего ждешь.
Не цельтесь в моего капитана или получите пулю.
- С предохранителя сними. - Виноват.
Чёрт!
Чёрт, извините меня.
- Ты что, идиот? - Ничего не было, ладно?
Можем поубивать друг друга, а уцелевших встретят твари снаружи.
Или мы опустим оружие и подумаем, как нам выбраться живыми.
- Я не верю «стреле»! - Лейтенант, представьтесь.
Лейтенант Хурель. Испанская Фаланга ХОНС.
Так. Ты?
Ефрейтор Рафир. Пятидесятая дивизия.
- В курсе, что происходит? - Мертвецы не умирают!
Что тут делаете?
- Мы переходили горы… - Рафир!
- Заткнись. - Ты заткнись, лейтенант.
Теперь ты подчиняешься мне. Ясно?
Отлично.
Докладывай. Что вы тут делаете?
Мы переходили горы. «Юнкерс» обстрелял нас по ошибке.
Нас осталось двое из десяти.
И тут раз — наши товарищи решили нас съесть.
Мы бегом через лес, встретили сестру Флор.
Господь привел нас сюда.
Ну, теперь нас больше. Надо действовать сообща.
«Красные» убьют нас при первой возможности.
Да уж, не сомневайся. Пулей между глаз.
- Запал! - Кончайте дурить!
Есть лишь один способ выбраться живыми. Вместе.
Кто хочет в одиночку, пусть уходит.
Пусть будет так.
- Декрус, да опусти ты уже. - Да, виноват.
Закончили?
Раз мы все снова друзья, давайте перекусим.
Эти демоны выскочили из-за деревьев, и машина скатилась под откос.
Водителя съели эти адские отродья.
Я всё видела, да смилуется Господь над их душами.
И я всё еще жива. Это чудо.
Дай-ка я посмотрю.
Не надо, мать, это ерунда.
«Мать» — это мать-настоятельница. И ерунда это или нет — мне решать.
«Хасинто Святейшего Сердца Иисуса»?
Да, и что?
Ношу как амулет.
Рану надо вылечить.
Раз напали на старую ворону…
Извините, на сестру Флор…
Значит, они не только у реки, а могут быть где угодно.
Декрус! Ты, Рафир и Запал, идите наверх наблюдать за местностью.
Ты его слышал, Запал. Наверх!
Дашь фашисту помыкать нами?
Он наш лучший стрелок.
Наверх!
Капитан, не дави. Я тут отдаю приказы.
Переночуем здесь.
Разделим поровну еду и боеприпасы.
- Мы теперь коммунисты? - Анархисты!
как скажешь, товарищ.
Здесь происходит что-то не…
Как вы, фашисты, говорите? «Мирское». Здесь происходит что-то не мирское.
Я мало что знаю, но есть вещи, в которых я разбираюсь.
Я работал на железной дороге. Всё расскажу о лебедках и рельсах.
Не верю, что не знаешь, в чем дело. Попы же говорят, что мертвые встанут?
Скажи, что Библия советует делать, чтобы нам спастись.
Это не имеет отношения к Царству Божию.
«Когда в аду не останется места, мертвые будут ходить по земле».
Это еще что?
Так говорила моя бабушка.
Я не верю в эту чушь.
Хотя на этой войне мы все совершали поступки,
о которых сожалеем.
В Лас-Агиласе есть священник.
Можешь исповедоваться перед Судным днем.
Иди к чёрту!
Судный день. Скажешь тоже!
К Богу это имеет отношение лишь в том, что кто-то играет в Него.
Так как насчет этого, капитан?
Это семейное дело.
БЕЗ КРЕПКИХ ЯИЦ ВОЙНУ НЕ ВЫИГРАТЬ
Эй, мусульманин.
Забыл, что Аллах запрещает вам пить.
А вот убивать разрешает.
Да и вашего Бога не волнует, что вы убиваете ближнего.
У меня нет Бога. Я сражаюсь за правое дело.
Так у тебя был CS1? Богатей.
Я сказал, что водил CS1, а не то, что он был мой.
До войны я работал в мастерской дяди.
А как насчет тебя? Это ведь был твой ES1?
Такой мотоцикл редкость.
Постой-ка.
Ты Мигель Андреу?
Мигель Андреу! Десять лет назад я ездил на Ла-Рабассаду на твои гонки!
Когда ты прошел поворот, где мы стояли, ты…
Думал, ты не выживешь.
Какая гонка! Ты даже дал мне автограф, помнишь?
Ну да, как ты можешь помнить?
Там была такая толпа. А я был мальчишкой.
Мигель Андреу! Кто бы мог подумать, что мы будем воевать вместе?
Мы не воюем вместе.
И мое имя не Андреу.
Какая разница, кем я был? Вот моя жизнь!
Можешь снова стать гонщиком. Война закончится.
«Закончится» говоришь…
Мы уже год отступаем по всем направлениям.
Так или иначе… кто-то должен был побеждать.
Я не дурак, парень.
Я знаю, что мне уже никогда не участвовать в гонках.
Если знаешь, что проиграли, зачем воюешь?
Я никогда не сходил с трассы.
Плевать, если приду последним. Раз начал гонку, иди до конца.
Так тебя кличут «Убийцей попов»…
Да ты ни одного попа не убила.
Надо было что-то сказать, чтобы взяли в милицию.
Никому не расскажешь?
Слышал, что в милицию вступают лишь шлюхи и лесбиянки.
Порой в одном лице.
Ты ведь не лесбиянка.
Не ершись. От вояки в тебе лишь то, что лезешь на рожон.
Я заметил, ты на меня поглядываешь.
Я всё понял.
Армия, бросающая женщин в бой, это армия уродов.
Ты хочешь найти порядочного парня.
Найдешь — присылай.
Смотри.
Это отец Бустос.
Девочка рядом с ним — моя сестренка.
Красивая, правда?
Отцу Бустосу понравилась.
Пришла война. С родней не успела попрощаться.
А с ним попрощалась. Рассказать еще один секрет?
Но в одном ты прав.
Убить я его не убила.
Когда я уходила, он дышал.
Он просто трепло.
Дурак к тому же. Но он так же напуган, как и мы.
Для меня «мы» — это мои товарищи.
Вы можете умереть сейчас. Не прикидывайся славным малым.
Тем ребятам в лесу плевать, на чьей мы стороне.
Если хотим выбраться, лучше оставим всю эту чушь.
«Чушь»?
Ага. И можем взяться за руки и петь песни.
Все вы, фашисты, — продажные крысы.
Все вы «красные» — адские отродья Сатаны.
Похоже, я видел у тебя хвост чёрта.
Пялился на мой зад?
Нет, я имею в виду…
В моем городе у мужчин потрескавшиеся руки. Ты не был в бою.
- Я юрист. - Юрист?
- Корпоративный. - И что здесь делает юрист?
- Да уж, ты нам тут точно пригодишься. - Я разбил нос другу Франко.
Точнее, почти его кузену.
Так что я нанес больше вреда националистам, чем все вы.
Юрист… Охренеть.
Слышал?
Вижу одного.
- Мусульманин, дай ружье! - Нет.
Лейлу нельзя в чужие руки. «Барака» уйдет.
Ни фига себе, мусульманин!
Этот уже не встанет.
Чёрт!
Вот чёрт!
У нас гости! Мусульманин уложил одного, но их много.
- Нет времени! - Быстро!
- Капитан, что делать? - Давайте, быстро!
Убийца попов!
Чёрт возьми…
Бежим!
За нами! Уходим! Через заднюю дверь!
Давай!
- Боже… - Бегом!
Давайте!
Сюда!
Быстро!
Запал!
Проголодались, чертяки?
Вот вам и жратва.
Бегите!
Твою мать.
Что делать?
Не стрелять. Неизвестно, сколько их еще.
Воняет свиньей.
- Откуда ты знаешь, как они воняют? - Я раз трахнул твоего отца.
- Так ты квир. - Нет.
Это ничего, чувак. Но, раз ты его трахнул, ты квир.
Тут он прав.
Хватит. Тут что, школьный двор?
Что это?
Они отгородили долину.
Кто ее отгородил?
Немцы. Видел, они натягивали проволоку. Отгородили всю долину.
Они тут поджариваются.
Сержант.
Нельзя его так бросать.
Хоть он и «красный»,
да помилует Господь его душу и примет в Царствие Небесное.
Аминь.
Вот чёрт.
Эй! Если это дело рук нацистов, вы должны что-то знать.
На кону наши жизни, фашист, не шути с нами.
Они нас не выпустят.
Мы в районе боевых действий.
Видишь? Я был прав.
Сукин сын, ты всё время это знал!
Нет, стойте. Это та же записка, которую вы видели.
Я не знал, что на ней скрытая карта. Похоже, невидимые чернила.
Я обнаружил ее в доме.
Что там? На немецком?
Да, указаны часы, минуты, скорость продвижения…
Собака узнает голос своего хозяина.
- Продвижения чего? - Войск.
Каких войск? Ты где-то их видел? Это что-то другое.
Это они.
Вся это муть проистекает отсюда.
- И ты втянул нас как слепых котят. - Нет.
Я ни хрена не знаю, что это за твари и откуда они взялись.
Но им точно плевать, за кого мы.
Они хоть не спорят без конца. Похоже, им легче найти общий язык.
Извините за выражение…
Итак…
Хорошая новость: раз есть карта, значит, они не везде, так?
Плохая новость: мы находимся в опасном районе.
Можем идти, пока они не найдут нас, но крест вот тут. И не просто так.
Можно попробовать выяснить, что происходит.
- А если попадем из огня да в полымя? - Порой иначе огонь не затушить.
Не создавая прецедента, фашист, похоже, прав.
Я за расследование.
Не создавая прецедента, поддерживаю очкарика.
Нам нечего терять.
- Декрус? - А? Да, конечно.
Чего ты боишься, Хасинто? С тобой Дева Святейшего Сердца.
Пошли.
Чертова демократия.
Допустим, фашист прав, и есть что-то, что возвращает мертвецов к жизни.
Если выясним это, надо действовать.
- Что ты имеешь в виду? - Можем сами этим воспользоваться.
Конечно, придется избавиться от наших попутчиков.
Я хочу знать, уверен ли ты, на чьей ты стороне.
Абсолютно уверен.
Надеюсь.
Еще не поздно. Должен же кто-то не спать.
Может, сидят без света из-за бомбежек.
Или их всех съели.
Вот это сражение.
Нет, сражения не было.
Одни стреляли, а другие получали пули.
- Декрус, попробуй завести. - Есть, капитан.
Опять синий порошок.
Сержант!
Если живые, выходите!
Будем стрелять. Три…
Два…
- Один! - Стойте!
Я выхожу. Не стреляйте.
Всё хорошо, девушка. Не бойся.
- Вы не мертвецы? - Видела говорящих мертвецов?
Видела ходячих.
- Что с ногой? - Поранилась, когда убегала.
Убегала от кого?
Видать, от жениха.
Всё хорошо. Ты теперь с нами.
- Как тебя зовут? - Ана.
Вы на чьей стороне?
- Мы тут разношерстные. - Так война закончилась?
Скажем так, мы взяли паузу.
Что здесь произошло, Ана?
Это был самый счастливый день.
Пока не приехали немцы.
Чёрт!
Мой жених… мой муж…
Он упал первым и прикрыл меня от пуль.
Только одна задела ногу.
Потом приехали еще солдаты.
Они заперлись в церкви с огромными ящиками.
Я рискнула спрятаться в погребе.
А потом я услышала шепот.
Снаружи зашевелились мертвецы и стали подниматься.
Они бесцельно бродили по площади.
Я хотела выйти, но это уже была не моя семья. Не мой муж.
Немцы наблюдали с колокольни и смеялись.
Время от времени они вылавливали нескольких и уводили в церковь.
Они проводили там эксперименты.
А мы были их подопытными кроликами.
Пока в церкви не прогремел взрыв.
Вот тогда они перестали смеяться.
Всё было окутано синим дымом.
И теперь уже они бегали и пожирали друг друга.
Они пытались защищаться, но их было слишком много.
У них не было шансов.
Ночью всё стихло.
Я решилась выйти несколько минут назад.
Переходя площадь, я услышала шаги и…
Я подумала, что эти твари идут за мной.
Но это были мы.
Я спряталась здесь. Это всё, что я знаю.
Где сейчас те люди?
Куда они ушли?
- Все в грузовик. Живо! - Держись за меня!
Что? Она вдова.
Никто отсюда не выйдет.
Какого чёрта?
Я нашел формулу, которая это делает. У нас есть оружие!
- Отлично. Возьмем ее с собой. - Разумеется. Но они останутся здесь.
Сволочь республиканская!
Следующая – в голову.
Хайме, ради матери, опусти пистолет и дай всем выйти…
Заткнись! Это не военное решение.
А политический вопрос. И тут уже я отдаю приказы.
Эти сведения надо доставить в штаб.
Русские решат, что делать.
Если сбросим эту пыль на их города, мы выиграем войну!
Они перебьют друг друга. Убьем всех.
Они нам помогли. Мы не можем их тут оставить.
Не просто можем, но и оставим.
Разумеется, можешь остаться со своей подружкой.
Думаешь, не заметили?
Повторять не буду, Хайме. Опусти пистолет, мать твою.
Не матерись.
Они идут отовсюду. Надо… Что происходит?
Ты вахлак, который ни хрена не знает!
Это вне твоих полномочий.
Партия приказывает, а я представитель Партии.
А вы все идиоты.
Я даю вам шанс пойти со мной. Решайте…
Упокой его, Господи.
Они отрезали нам выход.
В этой церкви есть еще подземный выход.
Конечно. У крыс всегда есть пара запасных выходов.
Вы уверены, сестра?
Если те твари сюда войдут, а там тупик, нас тут сожрут на хрен.
Прошу прощения.
Теперь это наш единственный шанс. Идем!
Бежим!
Давайте!
Они уже здесь!
Они нас что, нюхом чуют?
Быстро!
Сюда!
Глянь на этих трусов. Даже не подождут.
Не бойся. Верь мне, я тебя не брошу.
Господи!
Отцепись, сука!
Рафир! Помоги!
Изыди, демон!
- Убери ее с меня! - Отцепись!
Чёрт, ну и погань!
А была такая красивая.
Мы просто дружили. Незачем так ревновать.
Пошли.
Стойте! Девка укусила мусульманина.
- Знаешь, что будет, если заражен. - Это царапина!
Не гони! На ботинке следы зубов!
Твоя «барака» иссякла.
- Сержант. - Стойте! Смотрите!
- Она не прокусила! - Чушь! Снимай носок.
Она не прокусила! Видите? Я был прав! Аллах велик, он защищает меня!
Ох уж эта твоя «барака». Вонь их остановит.
Уходим отсюда!
Стойте, сюда!
Ну же! Бегом!
Сестра…
Ты что делаешь?
- Возвращаюсь в церковь. - Куда?
- Кто-то должен помолиться об их душах. - Не дури. Пошли, они сейчас появятся.
Это воля Божья.
- Да какая Божья? - Хасинто!
Что?
Не создавая прецедента…
Я позволю тебе, распутнику, взглянуть на мою ногу.
Мы знаем, что передается с укусом этих демонов.
Чёрт, Флор…
- Иди. У меня есть работа. - Подожди, сестра.
Вот тебе освящённые гостии.
Если позволишь, я пойду причащать.
С богом, Флор.
«Бог же мира, воздвигший из мертвых Пастыря овец,
великого Кровию завета вечного, Господа нашего Иисуса,
Ему слава во веки веков. Аминь»!
Похоже, всё чисто. И у грузовика мотор работает.
- Декрус, управишься с ним? - Будьте уверены.
Что будешь делать?
На одном из вагонов в Лас-Агиласе такая же эмблема, как в церкви.
Я знаю, кто проводит операцию.
Если доберемся туда…
Постой. Ты нас за идиотов держишь?
Зачем нам идти в логово фашистов?
Они не могли запустить это, не имея противоядия.
- Это можно остановить. - А тебе-то это зачем?
Это же оружие. И оно ваше.
Раз уж мы просрали войну, куда нам тягаться. Вы победили.
Мой брат воюет с вами.
Мой родной брат.
Каждый раз, получая донесение, я боюсь узнать о его гибели.
Или о том, что он сидит в тюрьме и ждет расстрела.
Я в любом случае проиграю.
Если выпустим оружие из Лас-Агиласа, этой войне не будет конца.
Никто из нас не уцелеет. Вы этого хотите?
Если мы допустим это, мы все проиграем!
Хорошо говоришь. Чем ты занимался до войны?
- Он корпоративный юрист. - Да ну.
И уголовное право изучал, но пока им не занимался.
Я поеду в Лас-Агилас и попробую это остановить.
Можете ехать со мной или оставайтесь бродить тут, пока не кончатся пули.
Если явимся туда, нас вздернут или бросят копать окопы.
Здесь хоть шанс есть.
Не бойся, мы тепло к вам отнесемся.
Чем закончить так, как Бродский, лучше застрелиться.
Неплохая речь.
Но для меня это без разницы. Мы проиграли войну.
- Если мы достанем противоядие… - Да не эту войну, идиот, другую.
Вы уже ее выиграли.
Даже если остановим ублюдков, страна ваша.
Слушай, я уже старый. Мне плевать, что со мной будет. Пусть и вздернут.
Но у меня одна просьба:
что бы ни случилось, мои товарищи должны выжить. Добро?
Давай найдем то, что надо найти, и вернем их всех домой.
Поклянись мне.
Подождите. Где Декрус?
- Только что был здесь. - Вот шалопай! Куда он делся?
Можем ехать!
Похоже, у фашиста выросли яйца.
Парень, глупость от смелости отделяет лишь тонкая черта.
Если бы вы только знали.
Поехали!
Какой у тебя план?
Приезжаем, находим противоядие, уезжаем.
А ты знаешь, где оно?
Более или менее. Да.
И место знаешь?
Да.
Я там лишь раз был.
И это наш лучший план?
Лучший не лучший, но другого нет.
Отлично.
Мы на окраине Лас-Агиласа.
Есть туннели, ведущие в центр.
Вагон там. Думаю, это их лаборатория.
Скоро узнаем.
Удачи, юрист.
Мы не в карты играем. Мне не нужна удача.
Стоять!
Не двигаться!
Я капитан Лосано!
Я привел группу выживших!
Ты всегда плюешь на приказы?
Видать, в тебя пошел. Рад тебя видеть, дядя.
Принес ответ Аларкоса?
Как видишь, я срезал и по пути напоролся на проблему.
Но сюда-то ты дошел. Весь в отца.
Пропустите его.
- Приказ — никто не выходит. - Плевать на приказ.
Видишь, как мы похожи?
Я с тремя бойцами и пленными.
Я послал тебя в шестую поучиться воевать.
Это я и делаю — воюю за своих людей.
Да мне плевать на твоих людей. Не так уж мы похожи.
Их надо впустить: у них есть сведения о вашем оружии.
Думаешь, не знаю?
Один из них доложил о вашем приключении на свой пост.
Не знал, что мы его захватили десять часов назад.
Твои пленные ни хрена не знают!
Ты не понимаешь, что там происходит.
Это ты ничего не понимаешь!
У русских есть похожее оружие. Еще не доработано, но это дело времени.
Думаешь, они не пустят его в ход?
Здесь ты не в своем городском офисе. Это война. И я выиграю ее любой ценой!
Испытания прошли успешно. Сейчас будем зачищать долину.
Лучше войди до прибытия бомбардировщиков.
Будь благоразумен. Я за них отвечаю. Я дал им слово.
Я не могу их бросить.
Давай же, Хан.
Не зли меня.
Я их не брошу.
Капитан!
Это приказ!
Какого чёрта? Уходим отсюда.
- Что случилось, капитан? - Удачи!
Генерал, стойте!
Чёрт, я же фашист!
Суки! Ну никому нельзя доверять в этой стране.
Безмозглый идиот!
Надо отложить бомбардировку. Я звоню Аларкосу.
Забудьте об этом.
Вы больше не управляете ситуацией.
Да и не было у вас таких полномочий.
Вы о чём?
Здесь я командую. Мои приказы должны выполняться!
Чёртов немец.
Говорил же, это дерьмовый план.
Скоро они будут здесь.
И им плевать, в какой ты форме.
Нет.
Они будут бомбить район. Самолеты летят. Всё зачистят.
Я не уйду, не пошумев немного.
Запал, есть чем взорвать то логово?
Есть сифоны и динамит. Можно попробовать.
- Где моя взрывчатка? - Я взял.
Декрус, ты что делаешь?
Вы оказались правы, капитан.
Я хотел быть смелым, но я просто дурак.
Ты о чём?
Площадь была чистая.
А грузовик нет.
Нет, чёрт. Брось это сейчас же, рядовой!
Брось…
- Там есть противоядие… - Капитан.
Для меня всё кончено.
Но… ты всё-таки трус, Декрус.
И девственник, помнишь?
Вы хороший человек.
Но я не ребенок.
Я прошу вас об одном.
Я соврал о подружках.
Если будете в Бойро, найдите Тереситу
и скажите ей, что я думал о ней на фронте.
И я попробую слойки.
Ну ты и враль, парень.
Я паршиво выступил на Ла-Рабассаде. Выпал в середине гонки.
Когда пришел к финишу, все поздравляли победителя.
И только один сопляк прицепился, чтобы я дал ему автограф.
Нет, ты забыл.
У тебя был красный блокнот. И синий карандаш.
Я взял его себе.
В блокноте я написал: «Раз начал гонку, закончи ее».
«Иди до конца».
«Для Пабло».
Чёрт!
Вот это гонка!
Давай, парень, еще немного!
Чёрт!
Вот это гонка.
Назад дороги нет.
Спецгруппа, идите к северному выходу. Быстро. К северному выходу.
Активирован режим чрезвычайного положения.
Чёрт!
- Что будем делать? - Найдем противоядие.
Тот вагон где-то здесь.
Где здесь?
- Кто его знает! Надо это остановить! - Капитан!
Я в армии из-за красивой формы. Я не рожден спасителем мира.
С вашего разрешения, я рискну. Не ругайте. Клянусь, напишу.
- Рафир, ты идешь? - Нет.
- Удачи. Ас-саляму алейкум. - С богом!
- Сюда. - К выходу, быстро!
Да, удачный у тебя план, фашист.
Я тоже в нем сомневаюсь, сержант.
Готов гонять или драться, а не рыть окопы.
Катись, Запал!
Да, план отлично работает.
Чёрт! За мной. Бежим!
Сюда! Бежим!
Где Рафир?
Еще один струсил.
Давайте! Я прикрою!
Бежим!
АЛКОГОЛЬНАЯ КОМПАНИЯ
Вот чёрт! Сюда!
Господи!
Чёрт!
- Эй! Они там! - Беги же!
Чёрт!
Господи Иисусе… или как там еще!
- Надо попасть в лабораторию! - Как?
Сюда!
Хурель!
Рафир!
Ну ты и напугал!
Наконец-то одни.
Что случилось. Соскучился по мне?
Я всегда был паршивым гонщиком. Я упал. Твои дружки не дали мне уйти.
Твоя девушка?
Лаура.
Хотели пожениться в мае.
Вы, суки, убили ее в Лусене.
Мария.
Мальчика звали Мигель. Как меня.
На моих глазах погибли под обломками дома во время бомбежки.
Они ничего, да?
- Они похожи. - Да ладно, моя красивее.
К чертям всё.
ВЗРЫВЧАТКА
Остался еще подарочек.
Да здравствует Испания!
Подожди секунду! Твоя или моя?
Какая разница? Та, что останется после этого дерьма!
Вот он!
Ну вот. Идите за противоядием. Я вывезу нас отсюда.
- Как ты это сделаешь? - Я же водил такой состав до войны.
За дело!
Сукин сын!
Что это?
Это противоядие?
Где противоядие?
Нет никакого противоядия!
Противоядия нет.
Мы тестировали несколько вариантов.
Они лишь замедляют процесс.
Видимо, я слишком хорошо выполнил свою работу.
Я преодолел последний барьер.
Ворота открыты. И вам это не остановить.
Моя работа…
Моя работа бессмертна.
Вот уже…
Уже близко!
Бессмертие!
Вот и всё, сука.
Вот чёрт!
Чёрт!
Похоже, мне крышка.
Нет!
Нет! Стой! Прошу тебя! Нет!
С ума сошла! Ты же мне руку отрезала!
Кажется, мы успели!
Вот она! Я же знал!
Никакого воображения!
- Давай! - Чёрт!
Заходи! Быстро!
Они снесут дверь. Похоже, у тебя иссякли гениальные идеи.
Остались еще две пули.
Жаль, нет руки, чтобы зарядить пистолет.
- Будешь меня всегда попрекать? - Буду!
- Ты же не собрался меня целовать? - Вовсе нет.
- Нет. - Это не самое лучшее время.
Слушай. У нас осталось не так уж много времени.
Флор, если твои сказки о загробной жизни — правда…
Подожди меня, я иду!
Барака!
Хан!
Ты мне руку отрезала.
Вот ты и дома.
Куда теперь поедешь?
Попробую во Францию.
Чёрт. Знаю, это паршивая страна. Но Франция?
Здесь меня ничего не держит.
Послушай.
Наши ничего о тебе не знают.
Я к тому, что…
Можешь пойти со мной. Тебя не тронут.
Хан, у нас нет ничего общего.
Если бы не война, мы бы и не встретились.
Да, но мы-то встретились.
- Нас ничего не может удержать вместе. - Чёрт.
Неужто война не принесет ничего хорошего?
Ни эта война, ни любая другая, юрист.
Я бы показала руку врачу.
Эй, постой!
Скажи хоть, как тебя зовут.
Серьезно? Я же не могу звать тебя «Убийцей попов»!
ПО МОТИВАМ NOCHE DE DIFUNTOS DEL 38 МАНУЭЛЯ МАРТИНА
Перевод субтитров: Ольга Рубцова