Комедийное шоу о правительстве США со мной в главной роли
и вами в роли продюсера.
Я сомневаюсь.
Адам, давай ускоримся, я тут своими налогами занят.
Без бухгалтера?
Люблю делать всё сам.
Мы платим налоги, чтобы жить в цивилизованном обществе.
И как успехи?
Ничего сложного. Нужно просто следовать инструкциям.
Умножьте налогооблагаемый доход на 0,2
и введите в строку 13.
Затем введите сумму из таблицы D, строка шесть.
Уверен, что таблица D у меня где-то здесь.
Адам, что не так?
Бывший президент Обама, если люди…
Можно просто «президент».
Это же неточность. Это больше не ваша работа.
Знаете, я работал в супермаркете в 11 классе,
но я не прошу звать меня «администратор Адам Коновер»
всю оставшуюся жизнь. Это было бы глупо.
Меня наши фактчекеры замучают.
Так что лучше оставим «бывший президент» или БЫПСШ?
Любой вариант, лишь бы разговор был по существу.
БЫПСШ Обама, вы продюсер шоу.
Люди подумают, что это проправительственная пропаганда.
Но ведь шоу не обо мне.
Цель шоу — показать, чем занимается наше правительство.
И представить людей, которые в нем работают.
Но правительство не всегда работает во благо.
На самом деле, иногда оно вредит.
Я не хочу шоу о том, как работает правительство.
Я хочу знать, работает ли оно и на кого.
Работа из дома же дает налоговый вычет?
Ладно. Твоя фишка ведь в том, чтобы раскапывать правду?
Вот и углубись в эти вопросы и расскажи всю правду.
Хм. Мы могли бы расследовать финансовую помощь.
Не смущайся.
FEMA!
Дерзай.
Военные технологии.
Адам, это твое шоу.
Сделай его таким, как хочешь. А мне нужно доходы задекларировать.
Прикрепите дополнительную учетную ведомость.
Какую еще дополнительную учетную ведомость? Её не существует!
СЕРИАЛ NETFLIX
Послушайте, я такой же скептик, как и вы.
Интересно, будете ли вы смотреть шоу о правительстве, когда могли бы
смотреть… не знаю… на промахи кулинаров в шоу «Один в один»?
СМОТРЕТЬ «СЛОВО НА БУКВУ П» ИЛИ «ВАФЛЯ И МОТИ», «ОДИН В ОДИН»
Ладно, не делайте этого. Смотрите, я с вами.
Слово «правительство» в Америке практически считается ругательством.
Не верите? Произнесите его в День благодарения –
и увидите реакцию людей.
Не хотим даже думать
и тем более говорить о правительстве, бюрократии, лоббистах
и политике, верно?
Голосуйте за меня, чтобы бла-бла, налоги, свобода, все ненавидят меня.
Но как только я начал изучать, чем занимается наше правительство,
я был поражен, обнаружив, что за политикой стоит
самая большая и влиятельная организация на Земле.
Каждый шестнадцатый работающий человек в Америке
работает в федеральном правительстве.
И хорошо это или плохо, но они формируют все аспекты нашей жизни.
Хотя большинство из нас понятия не имеет, чем эти люди занимаются.
И правда, чем вы занимаетесь?
Я слежу, чтобы ядерное оружие случайно не взорвалось.
Слыхали? Это вам не шуточки.
Разве не странно, что каждые четыре года
мы вовлекаемся в общенациональную потасовку,
чтобы определить, кто будет руководить непонятным правительством?
Наше правительство должно происходить из народа
и работать во благо народа.
Так разве мы, люди, не должны понимать, что на самом деле происходит?
Итак, в этом шоу мы узнаем обо всех способах влияния
правительства на нашу жизнь, положительных и отрицательных.
От денег в наших карманах до нашего здоровья
и того, что помогает нам жить, то есть нашей еды.
ЕДА
Когда я попадаю в супермаркет, у меня глаза разбегаются.
Но есть вещи, которые мы не выбираем.
Например, почему нездоровая еда дешевле, чем здоровая?
Почему каждая буханка хлеба содержит кукурузный сироп?
И почему молоко бывает либо цельным, либо уже 2%?
Куда подевалось всё 53% молоко?
Этот выбор делают за нас другие люди.
И в нашей продовольственной системе самый важный выбор
делает правительство. Поэтому я хочу выяснить,
помогает ли нам этот выбор или вредит.
Этот выбор делается в интересах народа или в угоду кому-либо другому?
Правительство устанавливает стандарты безопасности пищевых продуктов.
То есть что бы вы ни выбрали в супермаркете,
это, скорее всего, не вызовет у вас серьезное заболевание.
Однако сто лет назад
в Америке людей всё время тошнило от еды.
Дорогой, взять отравленное или неотравленное мясо?
Возьму известный бренд, в нем на 20% меньше мышьяка.
Несложно понять почему,
если учесть, как тогда обрабатывали мясо.
Эй, босс, крысы испражнялись на мясо, так что я их потравила,
но теперь в мясе дохлые крысы.
Что нам с этим делать?
Похоже на новый сорт колбасы.
Хотел бы я сказать, что это преувеличение.
Писатель Эптон Синклер разоблачил
эти антисанитарные условия в своей книге «Джунгли», и общество
так возмутилось, что президенту Тедди Рузвельту пришлось принять меры.
Это отвратительно! С этим нужно что-то делать.
Дорогие соотечественники, я подписал «Закон об инспекции мяса»,
Минсельхоз будет проверять качество мяса
на предмет пригодности его употребления в пищу.
Теперь единственные джунгли, о которых
вы услышите, это те, где я охочусь на слонов.
Когда вы видите этот знак Министерства,
знайте, что дядюшка Тедди позаботился о здоровье ваших животиков.
Дядюшка Тедди и правда постарался.
Его пищевое законодательство имело невероятный успех.
Массовый страх перед испорченным мясом ушел в прошлое,
а знак Министерства на продукции стал гарантией
безопасности и качества продукта.
Подумать только, сколько работы!
Мясная промышленность США
ежегодно перерабатывает более ста миллиардов фунтов говядины
курицы, свинины, ягнятины, баранины, козлятины,
не говоря уже об эму. Ага. Сегодня мы едим и эму.
Каждый грамм из этих сотен миллиардов должен многократно проверяться
Министерством сельского хозяйства.
Так кто конкретно занимается этим мясом?
Как они отделяют хорошее от плохого?
И самое важное: что они вообще там делают?
ШУЙЛЕР, НЕБРАСКА
Добро пожаловать.
Рад встрече.
- И я. - Еще бы.
Сколько голов крупного рогатого скота в день?
Мы перерабатываем примерно пять тысяч голов в день.
И сколько человек из Министерства здесь работают?
На заводе 13 инспекторов из Министерства на две смены.
Получается, что 26,
а еще два ветеринара из Министерства.
Сюда ведь нечасто приходят
посторонние люди?
Верно. Как вам сказать? Мы с камерами сюда не пускаем.
Итак, здесь мы разрезаем тушу,
распределяем мясо по ящикам и отправляем на продажу.
Вот, посмотрите вниз, мы с вами говорили об инспекторах.
Да, вижу вон там.
Это инспектор из Министерства.
- Да, вижу у него логотип на груди. - Верно.
Вот так он просто ходит, заглядывает везде,
смотрит под брезент. Такой передвижной тип проверки,
как в ресторане, но каждый день.
Верно.
Немногие частные компании приглашают представителей власти.
Многие думают:
«Они остановят мою работу, и я потеряю деньги».
Они должны быть здесь. Так положено по закону.
Я могу узнать ваше личное мнение?
Как вы считаете, данная мера необходима?
Она помогает улучшить качество мяса?
Или это просто обязательство?
- Конечно, помогает. - Да.
Это партнерство. Они помогают нам стать лучше.
Они следят, чтобы мы правильно выполняли свою работу,
с точки зрения пищевой безопасности.
Ищут недостатки.
Это то… Это то, что они проверяют.
- Привет! - Привет, Адам, я Мигель.
Я инспектор по безопасности из Министерства.
Вы работаете бок о бок с сотрудниками компании.
Наверняка они от вас не в восторге:
«Зачем нам останавливать конвейер?»
Их недовольство не влияет на ваши решения?
Нет, если у меня есть законная причина остановить конвейер,
если я вижу, что продукт может быть заражен,
и это впоследствии причинит кому-либо вред,
я сделаю свою работу.
Лично для меня очень важно
выполнять свою работу, чтобы люди не болели.
Да.
Пища, которую мы здесь производим, попадет на мой стол и на столы других.
Что происходит, когда вы замечаете, что есть какая-то проблема?
Если я что-либо замечу, я воспользуюсь одной из синих меток,
меткой подозрения, и позову ветеринара,
дальше он во всем разберется.
Итак, вы что-то замечаете –
подозрительные лимфоузлы, например –
и говорите: «Так, помечу-ка я это, чтобы ветеринар посмотрел».
- Привет! Я доктор Анджела Броатман - Привет.
Вы ветеринар из Министерства?
Да. Я работаю в Министерстве уже 11 лет.
И я беспокоюсь об общественном здравоохранении.
Это лишь некоторые из коров, которые сегодня пойдут на бойню
и войдут в пищевую цепочку американского населения.
Я, конечно, не эксперт, но глядя на этих коров,
я не могу сказать, что это приятное зрелище.
Как вы понимаете, что коровы в хорошем настроении,
с ними хорошо обращались?
С этого подиума удобно наблюдать.
Иногда наблюдаю, гуманные ли методы используются,
когда их выгружают из грузовиков,
выгуливают ли коров,
не подвергают ли животных стрессу при выгрузке.
То есть, вы обращаете внимание на поведение.
Конечно. Смотрю, не хромает ли кто.
Слежу, подходят ли коровы к поилкам.
Наполнены ли поилки водой, чтобы животные могли пить.
Высматриваю признаки болезней животных. Я слушаю.
- Слушаете их мычание? - Да, естественное ли оно.
- Слушаю запахи. - Да.
- Откуда вы? - Училась на ветеринара.
Поняла, что мне нравится проводить вскрытие,
нравится рассматривать их органы…
- Вам нравится аутопсия? - Да, аутопсия животных.
Итак, вы были… Вы были ветеринаром
и поняли, что ваше любимое занятие – вскрывать умерших животных?
- Так и было. - И вы задумались:
«Где бы я могла работать с мертвыми животными?»
Министерство сельского хозяйства предложило мне работу мечты.
Я люблю изучать болезни,
а здесь я могу наблюдать так много различных болезней.
- Вы фанат коровьих болезней. - Да.
Для каждого найдется подходящая работа.
- Да. - Чем бы вы не увлекались.
Есть работа… Для каждого найдется своя работа.
Внутри вы увидите, как инспекторы смотрят на каждую тушу,
рассматривают все внутренности, все органы.
Всё, что может представлять угрозу для здоровья населения.
Когда я смотрел на всё это, я обратил внимание,
что вы рассматривали большую тушу и что-то заметили,
а затем поставили синюю отметку. Что это значит?
Зачастую это означает,
что продукт инфицирован,
его нельзя есть.
Как вы видели, в его легких была обнаружена пневмония.
Я осмотрел тушу и определил,
что это туша больного животного.
Ее нельзя употреблять в пищу человеку.
Друг! Я понимаю…
Это напряженная работа.
Вы считаете её напряженной или уже привыкли?
Привыкаешь спустя какое-то время,
ведь ты защищаешь здоровье населения,
следя, чтобы животные не были
инфицированы, ведь дальше они станут пищей,
- на вашем семейном столе. - Да. Как вы к этому пришли?
Был практикующим ветеринаром на северо-западе Миссури.
Ветеринаром из серии «Моя собака кашляет»?
Да. Именно таким.
Вы должны любить животных, раз занимаетесь этим.
Как вы относитесь к тому, что частью этого процесса,
является, знаете, убийство?
Ну, как я это вижу… Я очень люблю живых животных.
Я хочу убедиться, что с ними гуманно
обращаются на всех этапах, даже когда ведут на убой,
что всё делается правильно.
Если не я, то кто проследит за этим?
Да, верно.
Большое спасибо, доктор Сандруп.
- Приятная беседа. - Спасибо.
Знаете, было нелегко всё это наблюдать.
Но для нас было важно увидеть ту систему,
которая производит нашу пищу.
Неважно, что вы думаете
о производстве мяса, важно, что на каждом заводе в Америке
есть инспекторы, которые работают не на компанию,
а на нас, защищая наши интересы.
Но, знаете, так будет не всегда.
Видите ли, из-за стремления к отмене контроля в 2019 году
Министерство сельского хозяйства США приняло новую норму,
которая сократит до 40% инспекторов по свинине на некоторых заводах,
хотя известно, что заводы, самостоятельно контролирующие процесс,
имели в два раза больше нарушений, там были заражения.
Невероятно! Только я узнал о существовании этих инспекторов,
как их уже сокращают.
Просто какое-то «Наследие Юпитера».
Я понимаю, почему большая мясная компания
не хочет видеть у себя инспекторов,
но это не поможет мне не подавиться чизкейком.
А как вам эта фабрика? Мне показалось, коровам это место
не очень нравится.
Исследования показывают, что животноводство –
большой загрязнитель нашей планеты,
выбросы от него убивают больше людей, чем выбросы угольных электростанций.
Спасибо, Брианна. Если бы правительство заботилось о нас,
оно бы сокращало количество заводов, а не инспекторов на них, верно?
Так в чьих интересах действует правительство: фермеров
или наших, конечных потребителей пищи?
Что ж, мы глубоко погрузились в продовольственную политику
нашего правительства, и оказалось, что на первом месте всегда был фермер.
В этом есть смысл, ведь на протяжении нашей истории
помощь фермерам, по сути, означала помощь среднему классу.
Черт возьми. Во времена Великой депрессии
каждый четвертый американец жил на такой ферме, как эта.
И во время этого великого бедствия мы потеряли 60% нашего дохода.
Патока святая! Что же нам делать?
Не волнуйтесь, ребята, правительство вам поможет.
Я к вам прямиком по поручению мистера Франклина Рузвельта,
хочу рассказать об удивительной новой программе.
Она называется «Бонусные симолеоны
от дядюшки Сэма для роста каждого саженца».
Меняем пару букв и получаем «субсидии».
СУБСИДИИ
Вот как это работает. Выращиваете кукурузу?
Ну да.
Вот вам субсидия! Как насчет пшеницы?
Могу выращивать.
Субсидия! Рис и хлопок?
Ты говори, а я выращу.
Ну что ж, субсидии польются как из гейзера.
Дядюшка Сэм не останавливается, нет, сир.
За следующую сотню лет вложим
кучу денег в сельское хозяйство.
Мы не просто дадим вам субсидии, мы станем покупать излишки
и финансировать исследования, чтобы ваши поля процветали!
Всего пара капель.
Эти инвестиции не просто спасли американских фермеров.
Это была революция в продовольственной системе.
Производство фермерской продукции почти утроилось с 1948 года.
Теперь американцы тратят на продукты меньше, чем любая другая нация мира.
Мы стали крупнейшим в мире экспортером сельскохозяйственной продукции.
Благодарю вас, дядюшка Сэм.
Но проблемы всё еще остались.
Первая – чернокожие фермеры не получали такой же поддержки как белые,
эту историческую несправедливость правительство признало лишь недавно.
И вторая – если мы перенесемся в настоящее время…
Эти субсидии столетней давности всё еще действуют.
Но большинство американцев уже давно не фермеры.
Фермеры – это меньше процента населения.
Почти половина наших субсидий идет не мелким фермерам,
а их получают семь процентов крупнейших ферм страны.
Они идут не в народ, а в большие сельскохозяйственные корпорации.
Старый Макдональд рубил бабло, иа-иа-о.
Мало того, что эти субсидии наносят вред нашему здоровью.
Как вы понимаете, инвестиции приносят прибыль.
Глядя на полки супермаркетов,
вы когда-нибудь задавались вопросом, поему они забиты дешевой вредной едой?
А вот вам и ответ.
Вместо того, чтобы выдавать субсидии на выращивание
фруктов и овощей, наше правительство платит за выращивание крупного зерна:
пшеницы, риса и кукурузы, которые затем превращают в эту гадость.
В эту вкусную гадость, которая, как мне известно, вредна для здоровья.
Она увеличивает риск диабета и повышает холестерин,
но я не могу перестать есть её. Ух!
И всё-таки правительство помогает сделать эту еду
самой дешевой и доступной в Америке. Почему?
Знаете, кажется, миссия правительства по помощи фермерам мешает
миссии помощи потребителям, ведь тот же Минсельхоз США,
который поддерживает большие фермы,
также отвечает за разработку рекомендаций по питанию,
советуя нам, что употреблять в пищу.
Разве это не конфликт интересов?
Помните пищевую пирамиду Министерства сельского хозяйства США
на каждой упаковке хлопьев в 90-х?
Никогда не задумывались, откуда она взялась?
Так, ребята, эта схема определила пищевые предпочтения американцев
на десятилетия.
А мы должны полагаться на лучшие научные данные о питании.
Простите, ботаники.
Министерство сельского хозяйства США решает, что вы будете есть.
Боже мой! Они вдвое урезали норму потребления фруктов и овощей
и вдвое увеличили норму потребления злаков!
Чем меньше зелени на ваших столах, тем больше зелени в наших карманах.
Понимаю, в это трудно поверить,
но, по словам бывшего директора Департамента питания Луизы Лайт,
это правда. В офисе министра сельского хозяйства изменили формулировку,
чтобы не навредить продажам мяса и молока,
а также значительно увеличили нормы пшеницы и других злаков
ради пшеничных магнатов.
Проблема значительно глубже пищевой пирамиды.
Создали маркетинговое подразделение для работы с марками быстрого питания,
чтобы найти способы наполнить продукты сыром.
Зачем? Чтобы помочь молочной промышленности.
МОЛОЧНОЕ РУКОВОДСТВО
Нужно добавить больше сыра! Больше!
Черт возьми, солдат! Больше сыра!
Но, мэм, тут всё и так покрыто сыром!
Больше некуда!
Мне плевать!
Добавьте куда угодно, хоть в чертовы бортики.
Гениально!
Погодите. Так это правительство подарило нам пиццу с сырными бортиками?
И не только. Я рос, съедая от 6 до 11 порций
бейглов и пасты в день.
Правительство сказало, что это здоровая еда.
И самооценка низкая.
А теперь я узнаю, что все это ложь, поддерживающая пищевую промышленность.
Какого черта?
В каждой статье и рекламе говорится, что ключом к здоровому питанию
является правильный выбор продуктов,
но почему всё зависит от нас?
Может, вместо того, чтобы выбирать продукты с полок,
нам следует влиять на то, что правительство кладет на них?
Ведь только оно может определить, безопасна ли наша еда,
полезны ли или вредны советы на упаковке.
И действительно ли пачка сахарных ягодных подушечек
в десять раз дешевле настоящих чертовых ягод?
ЯГОДЫ 9,99 $ ВСЕГО 0,99 $
Ой, как вкусно. Этим детей кормят?
Знаете, иногда говорят, правительство не решает важные дела,
но совершенно ясно, что решает.
Более важный вопрос: в чью пользу решает? Ведь если правительство
перестанет работать в нашу пользу, это будет катастрофа.
ПО КНИГЕ МАЙКЛА ЛЬЮИСА «ПЯТЫЙ РИСК»
Перевод субтитров: Катерина Щукина