СЕРИАЛ NETFLIX
БОЛЕЗНИ
Заботится ли правительство о нашем здоровье?
Серьезный вопрос.
Мы с вами увидели, как сложно обеспечить невысокую стоимость еды.
Почему та же схема не работает с лекарствами по рецепту?
Если банк обанкротится, правительство будет спасать положение,
но если не выдерживает сердце, вы становитесь жертвой страховых акул.
С вас десять штук.
Двадцать штук! Отличная работа, док, чудесный день!
А как же COVID-19?
Помните, как начиналась пандемия?
Мы все оказались в ловушке,
судорожно проверяли сайты с количеством смертей
и из окон махали нашим работникам передовой,
у которых даже не было базовых средств защиты.
Привет! Благодарим вас!
Зачем нужна маска, если есть шуршащая экипировка?
Вам повезло, если вы были дома в изоляции,
ведь многие люди, например, работники магазинов,
рисковали жизнью за минимальную зарплату.
В какой мешок положить ваш труп: в бумажный или полиэтиленовый?
Когда я наблюдал, как пандемия несется по стране,
убивая сотни тысяч американцев,
я задавался вопросом: где, черт возьми, наше правительство?
Почему мы месяцами не делали тесты?
Почему так мало отслеживали контакты?
Где была масштабная правительственная кампания
о том, как бороться с вирусом?
А ну, надень чертову маску!
Я чувствовал себя брошенным системой,
которая, как мне казалось, должна защищать меня и мой город.
Какого черта это произошло?
Наше правительство буквально уничтожило те болезни,
которые массово убивали нас.
Так почему же оно не справилось с COVID-19?
Возьмем малярию.
Ежегодно от нее умирают сотни тысяч людей в мире.
Хотя в Америке
мы вспоминаем о малярии только когда путешествуем за границу.
Немногие из нас осознают, что вплоть до 1940-х годов
малярия была эндемичным заболеванием Соединенных Штатов!
Уверяю вас,
эта переносимая комарами болезнь сеет хаос по всему Югу,
ей ежегодно заражаются сотни тысяч американцев.
Малярия!
Не переживайте, ребята!
Я из правительства, и я помогу вам.
Мы обучим местных чиновников, осушим места размножения комаров
и опрыскаем миллионы домов старыми добрыми американскими пестицидами.
Пахнет как мамина стряпня.
Мы создали совершенно новое агентство,
чтобы уничтожить эту чуму, переносимую вредителями.
Центры контроля за заболеваниями.
Ах, какие вы молодцы!
Малярия исчезла, как летний ветерок.
Но вы уверены, что это облако ядовитого газа безопасно?
Ну, оно почти уничтожило белоголового орлана…
К счастью, это выносливая величественная птица.
Белоголовые орланы!
И не только малярия.
Центры контроля за заболеваниями практически уничтожили
корь, туберкулез и полиомиелит.
Американцы в наши дни считают эти болезни устаревшими.
Но по сей день правительство вкладывает значительные ресурсы
в разработку лекарств и методов лечения будущего.
Нацинститут здравоохранения –
это крупнейший в мире спонсор биомедицинских исследований.
Скажите, что вас может убить,
и НИЗ сделает всё возможное, чтобы этого не случилось.
Любые болезни: от рака груди
до диабета, гепатита, болезней сердца и даже рака простаты!
Сегодня 10-й блок НИЗ в двух шагах от того, чтобы полностью победить
одну из самых опасных болезней страны.
Спасибо за приглашение. Это место похоже на церковь.
Это самая большая исследовательская больница в мире.
У нас всего 200 мест, все заняты пациентами,
участвующими в экспериментальных клинических испытаниях.
Так на средства налогоплательщиков
в этом клиническом центре была проведена первая химиотерапия.
- Первое эм… - Ух ты.
…лечение депрессии литием было проведено в этом клиническом центре
Генную терапию впервые применили в этом клиническом центре.
Это невероятно. Пациенты приходят к вам,
чтобы получить совершенно новые методы лечения, которые вы открываете.
Знаете, что такое серповидноклеточная анемия?
Да, я слышал о ней в школе, это очень тяжелая болезнь.
Да. Это наследственное заболевание
в первую очередь поражает выходцев из Африки.
Мы десятилетиями знали причину серповидноклеточной анемии,
но эффективного лечения у нас не было.
А теперь, в этом здании мы начинаем,
осмелюсь заявить, излечивать людей.
- Правда? - Не просто помогать им, а лечить их.
Хочу познакомить вас с двумя врачами, которые руководят проектом.
Я с радостью, пожалуйста…
- Хотите? - Да, пойдемте.
Спасибо вам большое.
- Добрый день! - Добрый.
- Я Адам. - Доктор Фитцхью.
Рад знакомству.
Джон Тисдейл.
- Рад знакомству. - Я тоже.
- Прекрасно. - Да.
Итак, в Америке сто тысяч человек живут с этим заболеванием сейчас,
а вы работаете над тем, чтобы их вылечить?
- Да. - Такова наша цель.
Хотим подарить им новую жизнь.
Как вам это удается?
При трансплантации мы используем стволовые клетки,
семена костного мозга, из них вырабатываются эритроциты.
Мы берем их у родственника.
Они растут, вырабатывают эритроциты
и излечивают пациента.
Невероятно. Это изменит жизни людей.
Да, невероятно.
Когда я начинал обучение в 90-х,
у нас совсем не было лекарств.
Всё, что мы могли делать тогда,
обезболивать.
Но мы и этого не делали.
Никто не изучал лечение серповидно-клеточной анемии.
Много заболеваний,
от которых страдают менее сотни тысяч американцев…
И им дают больше.
- Да. - Да.
Почему так? Может быть, это из-за людей, которые…
страдают от этого больше всего в Америке… это вопрос справедливости?
Думаю, на этот вопрос легко ответить утвердительно.
Почти каждый пациент с этим заболеванием,
сталкивался с тем, что он едет в отделение неотложной помощи,
корчась от боли и не получая никакого лечения.
Что ж, если я представляю себе государственную науку,
я вижу ускорители частиц,
я не обязательно представляю себе, как вы заботитесь о людях.
Вы работаете на правительство, но и заботитесь о людях напрямую.
Выбранные пациенты приходят в НИЗ,
пока они соответствуют требованиям, они получают всё бесплатно.
Мне тоже нравится, что мы можем многое,
не нужно спрашивать о страховке или гражданстве,
мы заботимся обо всех.
Сейчас у нас в клинике есть пациент,
который был на протоколе генной терапии, я иду к нему.
Было бы здорово
- пойти с вами. - Можно.
Доктор Фитцхью, рад знакомству.
- Спасибо. - Я рада.
- Да, пойдемте. - Пока.
- Как ваши дела? - Доктор Тисдейл.
- Привет, Клаветта. - Привет, Адам.
До трансплантации я была очень больна.
Я ходила в больницу почти 30 раз в год.
А потом я узнала о НИЗ и трансплантации.
Я молилась об этом. Это было очень рискованно,
но я решилась
и теперь чувствую себя намного лучше.
Я не попадала в больницу с 2019 года.
Каково это: не только вылечиться, но и стать частью
гигантского проекта по излечению других людей?
Быть в гуще событий?
Если честно, было страшно, но помогло бы мне это или нет,
я сделала это ради будущих поколений.
Клаветта, было приятно пообщаться.
Благодарю тебя, что уделила время.
- Спасибо, я ценю это. - Я не могу…
Спасибо, что поговорили со мной,
что пришли, что познакомили мир с трансплантацией.
Разве это не удивительно?
Можете ли вы представить себе, что вы росли с неизлечимой болезнью,
медучреждения отправляли вас домой.
А затем однажды вас вылечили.
Не целитель, размахивающий кристаллом перед вашим лицом…
Кристалл откроет ваши чакры.
- Спасибо. - Познайте силу луны.
Спасибо, не нужно.
Но ваше правительство
предлагает вам принять участие в эксперименте во имя блага
следующих поколений, чтобы победить болезнь.
Они говорят, что только две вещи неизбежны: смерь и налоги,
но, выходит,
правительство использует одно в борьбе против другого.
И, по крайней мере, благодаря их усилиям,
за последнее столетие продолжительность жизни в Америке
увеличилась на чертовы 30 лет!
Так, значит, правительство заботится о нашем здоровье?
Но подождите, если правительство так успешно лечит болезни,
какого черта они не остановили…
…пандемию!
Когда на нас обрушился COVID-19, правительство полностью облажалось.
CDC и FDA тратили время на разработку неточных тестов
вместо того, чтобы одобрить действующие.
Департамент внутренней безопасности вообще куда-то пропал.
Мы не сделали элементарных вещей:
не было государственного тестирования или отслеживания контактов.
НАЦИОНАЛЬНЫЙ ПЛАН ТЕСТИРОВАНИЯ, ШАГ 1: НПМД
В результате погибли люди.
Согласно экспертным моделям,
если бы федеральное правительство отреагировало слаженно,
это бы спасло сотни тысяч жизней.
Еще раз, какого черта?
Представьте себе, что правительство – это оркестр.
А президент – дирижер.
Им нужны две вещи, чтобы хорошо сыграть.
Квалифицированные, компетентные государственные служащие
и дирижер, помогающий им играть вместе.
Но когда нагрянула пандемия, у нас был другой дирижер.
Я вас заменю?
Насколько это сложно?
Ой, здесь столько инструментов.
Нам они все нужны?
Кампания Трампа явно проводилась на платформе
устранения правительственных ведомств и персонала.
Когда американцы голосовали за него, они были верны своему слову.
Должность советника
по нацбезопасности, созданная для борьбы с такими угрозами
как пандемия была фактически упразднена.
Да. Уходите.
Совет национальной безопасности, занимающийся пандемиями, был уволен.
Убирайтесь отсюда. Прочь!
Давайте, уходите! Пока!
Что еще убрали?
Проект под названием «Прогноз», который отслеживал болезни животных,
должен был предупредить о пандемии заранее, но нет!
Держу пари, они не знали.
Даже центры по контролю заболеваний
были отстранены. Они слишком громко общались с публикой.
Эй вы! Потише!
Такая ситуация случилась во всем федеральном правительстве.
К 2020 году уволились 80% высокопоставленных чиновников.
Администрация даже не выдвинула
кандидатуры на 150 ключевых должностей.
Большая часть правительственной структуры реагирования
была отстранена от дел.
Так что же пошло не так с COVID-19?
Если у вас не хватает музыкантов, вы урезали целые партии
и всем руководит человек,
который, скажем честно, не очень-то разбирается в музыке,
у вас выйдет не симфония,
а какофония.
Реакция правительства была такой противоречивой,
что борьба с пандемией была возложена на отдельные города и штаты.
Но, к сожалению, местные политики
играли ту же самую мелодию.
Вы можете даже не знать, но в вашем штате, селе или городе
есть местный отдел здравоохранения, который работает, чтобы защищать вас.
Они, например, инспектируют рестораны, чтобы остановить пищевые отравления,
рассказывают людям, как предотвратить ЗППП.
И во время пандемии
они отвечали за всё: от распространения вакцин до тестов.
Спасибо за вашу скрупулезность.
Боже, он коснулся самого мозга.
ТЕСТЫ НА КОВИД
Поражает то,
что эти важные общественные работники исчезали на наших глазах.
Сокращение бюджета, спонсируемое республиканцами и демократами,
лишило регионы 56 000 рабочих мест с 2008 года.
О нет! Меня сокращают. Скажите жене, я никогда не любила ее!
Это бред!
Никто бы не отказал в финансировании пожарной службе,
но разграбить здравоохранение оказалось не проблемой.
Хотите знать, почему Америка облажалась с пандемией?
Эксперты считают, что у нас было
на 300 000 работников здравоохранения меньше, чем было необходимо.
Как можно нести
ответственность за здоровье своего сообщества,
имея ограниченные ресурсы?
ОТДЕЛ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ ЛАУНДС НОСИТЕ МАСКУ РАДИ ТЕХ, КОГО ЛЮБИТЕ
БУДЬ ЗДОРОВА, АЛАБАМА!
ЗДЕСЬ РАБОТАЮТ ГЕРОИ
Здравствуйте! Можно Шаванду?
Минутку, я её позову.
Отлично.
- Привет! - Привет!
Адам, как дела?
Спасибо за встречу.
Пойдем в кабинет?
Да, дайте мне немного освоиться.
Мистер Бернс показал мне ваши видео на YouTube.
Вы посмотрели?
Забавные такие, но… довольно милые.
Значит, они забавные.
- Да. - Хорошо!
Расскажите об округе Лаундс.
По сути, округ Лаундс — это село.
- Здесь нет больниц. - Да вы что.
Нет больших ресторанов, «Макдональдса», ничего такого.
Только Департамент здравоохранения округа.
Чем вы занимаетесь?
Чем мы только не занимаемся!
Многими вещами. Планирование семьи.
У нас есть WIAC, это женщины, здоровье…
…женщин, новорожденных и детей.
- Мы делаем анализы. - Так.
По программам CDC, STD.
Записи актов гражданского состояния.
- О рождении? - Да.
О рождении, о смерти.
Если бы Департамента здравоохранения округа здесь не было,
куда бы они шли?
Да. Я читал, что в Алабаме
за десять лет до начала пандемии
персонал сократили на треть в департаментах здравоохранения.
- Мне кажется, больше, чем на треть. - Да?
Иногда на одну программу приходит 40-50 человек,
им приходится ждать.
- Правда? - Это мешает.
Было бы достаточно персонала, никто бы не ждал.
Позвольте спросить о COVID-19.
Были периоды пандемии,
когда это было одно из самых пострадавших
мест в стране.
Вы единственные, кто мог помочь из округи,
все обращались к вам, каково это?
Пугающе.
Люди обращались отовсюду,
не только местные.
Приходили сюда, если было некуда.
Вам приходилось работать сверхурочно?
Я работала в регистратуре, принимала людей,
выполняла работу офис-менеджера,
а теперь я директор, выполняю еще его обязанности.
Откуда вы берете силы?
Правда?
Если я могу помочь человеку, вызвать улыбку на лице,
дать ему то, в чем он нуждается, это потрясающе.
Спасибо вам за вашу работу.
Хотел бы увидеть
доктора Томаса, я зайду поздороваюсь?
- Всё хорошо, расслабьтесь. - Ладно.
Так, снимите маску. Давайте.
Закройте рот.
Я увижусь с доктором Томасом?
Да, увидитесь, он единственный врач в округе.
Каково это?
Он спокоен как удав.
Наш доктор Томас.
Он любит своих пациентов, а они любят его.
Я был так рад познакомиться.
Ладно, берегите себя.
- Адам? - Доктор Томас!
Как ваши дела?
Расскажите мне о себе и о клинике.
Я практикую с 1986 года.
Я закончил ординатуру в Семейной клинике Таскалусы.
Я так понимаю, это государственное учреждение?
Государственный центр.
Они выделяют определенную сумму денег,
а мы следим, чтобы всех людей принимали.
Другими словами, мы принимаем людей даже без страховки.
У нас бывают трудные времена,
но сейчас мы следим за лечением от Covid.
У вас тут настоящая вспышка.
В какой-то момент
процент положительных результатов теста составлял 35%.
- Да. - Высокий показатель.
Я был на карантине около 14 дней.
Единственный врач в округе был на карантине?
Медсестра прикрывала меня.
Она делала вашу работу,
вы не принимали людей?
- Да. - Вот тебе на.
- Практикуете в Монтгомери? - Да.
Как часто?
Каждый день, когда заканчиваю работу здесь.
Может, я присоединюсь к вам, и мы поговорим в машине?
Посмотрите на нашу местность, у нас красиво.
Как вы начинали?
Я решил, что хочу стать врачом,
но я не хотел говорить людям, что вас не примут,
потому что у вас недостаточно денег.
Была такая организация – Корпус национальной службы.
Когда вы заканчиваете ординатуру,
вы пытаетесь связаться с общественным центром здоровья,
индейской резервацией или тюремной системой,
любой организацией…
- которая… - Нуждается.
Которая нуждается.
Есть правительственная программа.
«Мы оплатим ваше обучение, если вы поедете туда,
где нужен врач, например, в округ Лаундс».
- И вот вы здесь в итоге. - Именно так.
- Это удивительная программа. - Да.
Я не знал о ней.
Она началась в 1970 году.
Когда избрали Рейгана, он сократил программу.
Считаете ли вы, что правительство заботится о здоровье американцев
должным образом?
Думаю, есть те, кому это небезразлично, а есть те, для кого это не является…
…приоритетом.
Иногда политики думают, что люди, у которых проблемы
со здоровьем, сами о себе позаботятся.
Сложно понять эту ситуацию,
когда сам никогда не был бедным,
не решал, что лучше: купить еды
или сходить к врачу.
У нас в стране продолжаются утомительные дебаты о том,
как государство должно участвовать в здравоохранении.
Ведь если бы не госработники,
такие как Шаванда и доктор Томас,
в округе Лаундс вообще не было бы здравоохранения.
И им всё еще не хватает ресурсов для их нужд,
чтобы город был в безопасности.
Стоит ли удивляться, что сейчас
в Алабаме один из самых низких показателей вакцинации от COVID-19?
Почему не финансируются базовые общественные услуги?
Когда я был маленьким, мама говорила,
что правительство расточительно,
а частные структуры эффективнее справляются с задачами.
Оглядываясь назад,
эти слова кажутся мне странными,
ведь она была учителем в государственной школе.
Она училась в государственном университете.
Ее отец, мой дедушка,
получил образование, оплаченное законом о военнослужащих.
Вся наша семья получила государственную поддержку.
Откуда у нее такое мнение?
Почему она считала,
что правительство – это бесполезная бюрократия,
которую нужно устранить?
На протяжении большей части 20-го века в Америке существовал консенсус,
что иметь сильное дееспособное правительство — это хорошо.
Народ! Встречайте восьмое чудо света, дядюшку Сэма.
Смотрите, как правительство стабилизирует банковскую систему.
Как заботится о безопасности еды!
Это правда, здоровому правительству нужно здоровое общество.
Движение за гражданские права
привело к тому, что люди стали возмущаться,
что правительство оказывает помощь
также темнокожему населению.
Они начали обвинять правительство в экономических бедах страны.
Мы сомневаемся, правда, народ?
Посмотрите, экономика страдает
от инфляции, стагнации
и безработицы, которую дядюшка Сэм пытается преодолеть!
Позор! Какой позор!
Что такое?
У нас тут богатые бизнес-группы, высказывающие недовольство.
Нате. Позор этому человеку!
Они платят университетам,
чтобы те продвигали идею, что правительство – отстой.
Да, да. Студенты, поддержите нас.
Свободный рынок решит все наши проблемы.
Позор!
Вскоре политики обеих партий заговорили о сокращении правительства.
Эти тенденции достигли апогея
в предвыборной кампании одного из самых популярных президентов,
и это не потому, что он снялся в фильме с шимпанзе.
Послушайте, народ,
самые страшные слова в нашем языке:
«Я из правительства, и я вам помогу».
Правительство – не решение наших проблем, оно само – проблема».
Всё хорошо, друг, ты ничего не почувствуешь.
Эти слова были так популярны,
что помогли Рейгану одержать одну из крупнейших побед
в американской истории.
Пациент: дядюшка Сэм, 200 лет, преимущественно белый.
Страдает от лени, расточительства и тяжелого случая свиной грудинки.
Народ просит нас выполнить правительствоэктомию,
и мы должны помочь. Скальпель.
Так, посмотрим.
Сократим жилищный департамент на 70%,
заполним его кучей антижилищных капиталистов.
СВОБОДНЫЙ РЫНОК
Вот и всё.
Выпотрошим законы об ипотечном кредитовании.
Не беспокойтесь.
Свободный рынок сам по себе может предотвратить жилищный кризис.
И давайте просто уменьшим налоги.
Раз уж мы добрались сюда, выпотрошим налоговое управление.
Идея, что свободному рынку следует доверять больше, чем правительству,
стала настолько популярной,
что демократы также начали ее перенимать.
Президент Клинтон урезал социальный и финансовый сектора.
Конец эпохе большого правительства. Передай скальпель, Ронни.
Несмотря на попытки противостоять этой тенденции,
даже администрация Обамы пошла на компромисс с рынком
при реформировании здравоохранения.
Вот почему наш закон о здравоохранении опирается на частный рынок,
не на госпрограмму.
В итоге
эта антиправительственная философия привела к тому, к чему мы стремились:
к более слабому, менее эффективному правительству,
неспособному обеспечить нам необходимую защиту.
Вот так, дядюшка Сэм. Так будет лучше.
В это сложно поверить,
но мое тело не всегда было образцом здорового образа жизни.
В свои 20 лет я вообще не заботился о своем теле.
У меня было три стендапа за вечер,
я выкуривал пачку сигарет в день и выпивал.
Я вообще забил на себя…
Ребята, вы отстой.
Что еще сказать?
Пока я сам не загнулся.
С правительством похожая ситуация.
Как оно может заботится о нас, если мы не заботимся о нем?
Нельзя вот так относится к руководящему органу.
Мой путь от пьяницы до эталона фитнеса,
который вы сейчас наблюдаете,
начался, когда я стал прислушиваться к телу.
Мы также могли начать обращать внимание
что наше правительство делает каждый день.
Могли бы помочь его иммунной системе, вновь финансируя здравоохранение,
обеспечив питание
и наращивая его мышечную массу, убедившись, что есть…
обученный персонал или тому подобное.
Ладно, метафора немного не получилась,
но если бы мы всё это сделали,
в итоге мы бы получили сильное правительство,
которое поддерживало бы нас в наиболее важных вопросах.
Мне, конечно, легко говорить об этом на Netflix.
Мне помогают первоклассные актеры.
В реальности же сделать это не так просто.
Как обратить вспять эти процессы?
Как исцелить правительство, чтобы оно работало должным образом?
Как применить эти идеи,
чтобы добиться перемен?
ПОСЛЕДНЯЯ СЕРИЯ СЕЗОНА
ПО КНИГЕ МАЙКЛА ЛЬЮИСА «ПЯТЫЙ РИСК»
Перевод субтитров: Катерина Щукина