В Британии вводят карантин.
Теперь люди смогут покидать дома лишь в редких случаях.
Вводятся жесткие ограничения повседневной жизни
с целью борьбы с коронавирусом.
Всё это похоже на сцены из научной фантастики
после апокалиптической катастрофы.
24 МАРТА 2020 ГОДА
Ничего не трогай, малыш, ладно?
Вот, понеси это.
ПЕРВЫЙ ДЕНЬ НАЦИОНАЛЬНОГО КАРАНТИНА
Только не в гостиной!
КОЛИЧЕСТВО ПОГИБШИХ ОТ КОРОНАВИРУСА В ВЕЛИКОБРИТАНИИ 422
Бог мой, мы всё еще вместе только из-за ребенка.
-Артур. -Малыш Арти.
-Его зовут Артур. -Если бы не малыш Арти,
-мы бы уже развелись. -Если честно,
-мы не выносим друг друга. -Любви нет.
Поэтому карантин,
в одном доме вместе с ним...
Только это хоть немного облегчает жизнь с ней -
то, что я могу выйти из дома.
Всё абсолютно взаимно.
Боже, прощание с тобой -
-это лучший момент дня. -Быть с ним рядом...
Приходить домой и видеть ее снова... Чёрт.
Я испытываю грусть и душевную боль одновременно.
Ненавижу твое лицо.
-Мое лицо? -Ненавижу его.
-Ненавидишь мое лицо? -Да, твое.
А, то есть я некрасивая?
Она очень привлекательна. Просто я ненавижу твое лицо.
Для меня он, как рак.
Не могу смотреть. Дело в глазах?
Не кожи или яичек, а в тяжелой форме -
как рак печени или поджелудочной.
Или в щеках? Не могу даже дотронуться.
Колоректальный.
Думая о тебе, я испытываю то же, что и
при мысли о раке моего умершего отца.
-Тоже самое. -Это твои губы.
-Точь-в-точь. -Это всё губы.
У тебя отличные губы. Потрясающие.
Но я их ненавижу.
Нам не стоило быть вместе.
-Безумие. -Мы как небо и земля.
Тогда я подумала: Противоположности притягиваются.
-Всё дело в... -А знаете, кто еще?
-... гормонах, феромонах... -Убийцы и жертвы.
...опьянении и страстном сексе.
Боже, только одна мысль о...
-о сексе с тобой... -Знаю-знаю.
И в политических взглядах мы отличаемся.
Да. Я верю в тяжкий труд.
Все верят в тяжкий труд.
В то время как она -старый добрый, неисправимый социалист.
Это скорее про мою мать. Ты будто ее описываешь.
Ты не понимал моих взглядов.
Они умеренны.
Просто я не хочу, чтобы эксплуатировались рабочие этой страны.
Рабочие?
Что ты знаешь о них?
Я сам вообще-то из рабочих.
Был ими воспитан, и они не те, кем кажутся.
Это не только рыба на ужин, самокрутки и песни вокруг пианино.
Рабочие могут быть ужасными.
-Ты ненавидишь людей. -Только ленивых.
А ведь есть те, кто рос на занятиях по болтовне.
-Бог ты мой, послушайте только. -Образованная элита.
Мой отец был дантистом!
Ты добилась всего сама, так? А вот я - да.
Работал и достиг вершин.
Господи боже, перестань.
Ты ведь из Килмарнока, а не Комптона.
Мы были бедны. Достиг вершин, выбрался.
Тогда я подумала: Как мило, он - тори.
Я не тори.
Ты голосовал за консерваторов с самого начала.
Я голосовал за Тони Блэра.
Чёрт, мы можем не говорить о политике?
Мы переживаем за мою маму.
-Надо было ее привезти. -Зачем ворошить прошлое?
-Мы ведь приняли решение... -Я не ворошу прошлое.
И не собирался. Я понимаю, что мы приняли решение.
Она там совсем одна.
-И малыш Арти... -Артур.
У него одна бабушка, и было бы здорово ее уберечь.
Кроме того, совсем немногие способны понять его.
-К ней приходят сиделки. -Они ужасны.
Они - не ужасны, они - изнурены.
Они приходят на 45 минут трижды в день.
Греют пасту в микроволновке,
меняют калоприемник и сидят себе в телефоне.
Так было только... только с одной девчонкой.
Некоторые из них просто прекрасны.
И, кстати, им платят гроши.
Работают с 7:00 утра до 22:00 вечера.
И ездят от клиента к клиенту.
И если между ними перерыв,
им не платят за это время.
Получают меньше минималки.
Я на них не нападаю.
Некоторые хороши.
А некоторые - нет, но они ведь не семья.
И еще кое-что: они приезжают. Разве это нормально?
Я не знаю.
Они хоть маски надевают, когда едут на автобусе?
Я видел, что люди в масках.
Ну, носить маски не советуют.
В общественном транспорте
есть риск для них заразиться?
В других странах носят маски. А мы?
-Я не знаю! -И я об этом!
Никто будто ничего не знает...
Вообще ничего.
Чёрт подери.
Мы с сестрой устраивали ее в пансионат.
Прекрасное место. Там есть всё необходимое.
Мы не пытаемся ее сбагрить.
Танцы в очереди по утрам, диализ почек вечером.
И она знает, вы не хотите этого.
В последнюю встречу она сказала:
Сучки, хотите меня сбагрить.
У нее колоритная натура.
Мы желаем ей добра.
Оба моих родителя мертвы, так что слава богу.
Слушай, мне...
мне правда жаль.
Хорошо? Нам нужно поладить друг с другом.
Кто знает, сколько это продлится.
Просто всё это сбивает с толку.
Кажется, никто не понимает, что происходит.
Корабль на автопилоте,
а все взрослые будто испарились.
И люди ведут себя невероятно.
-Невероятно. -Что не так с людьми?
Ну, продолжай.
-А знаешь, забудь... -Нет, давай
-Не надо. -Чтобы пройти это,
-нам надо... -Что?
-Говорить. -Мы?
Думаю, да. А ты?
Хочешь меня выслушать?
Наверное. Мы же должны говорить?
-Хоть немного? -Да, хорошо.
В общем вчера, перед объявлением карантина
я был в супермаркете. Знаешь, на углу?
-Да... -Я в этом супермаркете,
прихожу, значит, туда.
А полки совершенно пустые.
Как саранча прошлась.
Мне нужны были баклажаны.
-Для кацу... -Кацу-карри, да.
Мое кацу-карри. Арти только его и ест.
А баклажанов нигде не видно.
Как и кабачков, томатов и морковки.
Я увидел работницу.
Я узнал ее, видел ее раньше.
Ей где-то 50, она маленького роста...
и не хочу показаться грубым,
но ее легко узнать из-за ее носа.
-Да, я ее знаю. -Знаешь?
Она милая.
Она выходит из-за таких пластиковых штор,
и в этот момент вижу,
что там стоят ящики,
целая груда баклажанов.
Просто куча. Думаю: Отлично. Подхожу к ней и говорю:
Простите, у вас есть баклажаны? Она такая: Нет. А я ей: Что?
Она говорит: Закончились. Даже не особо вежливо.
Что на нее не похоже, она очень милая.
В общем я опять говорю: Извините,
я случайно заглянул за пластиковые шторы
и заметил ящик баклажанов.
И она такая: Чёрт, о нет.
Испугавшись того, что ее ждет неприятная ситуация
или типа того.
Она говорит: Я не могу вам их дать. А я ей: Почему?
А она: Начальник велел не выставлять эти баклажаны.
И я говорю: Хорошо, теперь я понял.
И продолжаю: "Вот в чём дело, мой чудесный маленький сынишка
со своими странностями.
И сейчас он ест только баклажаны.
Я не прошу вас выложить все баклажаны,
я прошу вас вынести мне три для моего кацу-карри.
И она отвечает...
дрожащим голосом:
Я не могу дать вам их, потому что мы думаем,
что один из наших водителей заболел коронавирусом,
и мы выясняем,
прикасался ли он к продуктам.
Она думает, на этом всё.
Я ей: Я дам вам десятку. Она говорит: Нет.
Я дам 20 фунтов. Она такая: Я не могу.
50 фунтов за три. А она: Прошу, не надо.
Двести фунтов здесь и сейчас.
Но она: Правда, сэр, не могу. Косарь.
Что?
Я дам вам тысячу фунтов прямо сейчас.
Я готов. У меня свой неплохой бизнес.
Я схожу в банкомат за деньгами.
Вернусь сюда, отдам вам тысячу,
если вы пойдете туда и принесете мне три баклажана.
И она задумывается, ведь ей они нужны.
Что у нее есть? Минимальная зарплата?
Ей нужны деньги. Она живет впроголодь, поэтому задумалась.
Она проверила, не подслушивает ли кто-нибудь.
Она говорит дрожащим голосом: Сэр,
я бы с радостью взяла 1 000 фунтов, правда.
Это многое значило бы для моей семьи.
Но я не могу с чистой совестью
дать вам эти баклажаны, потому что если вы, ваш сын
или кто-нибудь другой умрет, каким я буду человеком?
И я смотрю на нее, стоя там, и говорю:
Носатая дура.
Ты чертова неудачница.
Понимаешь, ты чертова носатая дура и неудачница?
Поэтому ты застряла на этой дурацкой работе,
а у меня снаружи мерседес Е-класса!
Я разбросал свои покупки и вышел.
Боже мой.
-Бог мой. -Что?
О боже!
Он же больше ничего не ест!
-Ты ужасен. -Я хотел сделать
-кацу-карри. -Ты худший!
Сама сказала говорить. Он больше ничего не ест!
-Ужасный человек... -Сама хотела.
Я же не знала, что услышу!
И я чувствую себя ужасно. Спасибо!
-Ужасно чувствуешь? -Да.
Знаешь, что странно?
Из-за чего я просыпаюсь
посреди ночи в поту. Из-за мысли, что я любила его.
Любила. Правда. Как это вообще возможно?
Наши прежние чувства друг к другу мне непонятны,
как и тебе. Она права, мы были влюблены.
-Я считал ее потрясающей. -А я - привлекательным.
А теперь отвратительной.
В тебе обаяния, как в пинте диареи.
-Тогда изоляция будет трудной. -Очень трудной.
Правда трудной.
Это абсолютно... Руки выше.
Мы получили срочные новости несколько секунд назад...
8 АПРЕЛЯ, 2020 ГОДА
...премьер-министр был госпитализирован в реанимацию
из-за продолжительных симптомов коронавируса.
И пока города совсем опустели из-за карантина,
на ночном небе развернулось самое яркое суперлуние 2020 года.
Распространение вируса не ускоряется, и это хорошая новость.
Не давай мне больше. Вот подлец.
КОЛИЧЕСТВО ПОГИБШИХ ОТ КОРОНАВИРУСА В ВЕЛИКОБРИТАНИИ 7 097
Грибы.
Боже, да. Расскажи им про грибы.
Во всём виноваты грибы.
Пусть она расскажет.
Во всём виноваты грибы.
Если бы не грибы, мы бы уже расстались.
Ты рассказываешь лучше меня.
Итак, это третий год. У нас был теплый, приятный первый год.
Блаженство, любовь, гармония.
И пережили немного сложный второй год.
Вдруг скатившись в язвительность и споры.
И вот идет третий год.
Ужасное погружение в арктическую тундру.
-Я же рассказываю? -Тогда уже пришла ненависть.
И мы не хотели признавать, но знали,
что каждый по-отдельности мечтает из этого выбраться.
Я отчетливо помню, как была с ним на ужине наблюдала, как он ест и думала,
что это худшее, что я видела в жизни.
Что? Я ведь нормально ем.
Нет, дело не в том, как ты ешь,
а в факте того, что ты ешь. Наблюдая за тобой,
будто лучше представляешь все задействованные в пищеварении процессы.
Типа ты пережевываешь пищу, разрывая ее,
измельчая волокна, она смешивается со слюной
и всасывается в большую старую миску с кислотой, чтобы растворить ее,
пока она не станет просто коричневой колбаской дерьма,
которую выдавит твой анус.
Ты представляешь это во время еды?
Только, когда ты ешь.
В общем, было понятно, что мы не хотим продолжать.
И мы еще сильно разругались перед моим днем рождения.
Ужасно. Последняя капля.
Но я, как дурак, запланировал праздничные выходные.
Пособирать грибы в Нью-Форесте.
Нью, мать его, Форест.
И это был невозвратный депозит, так что...
Они везут вас в Нью, мать его, Форест
ни свет ни заря,
-чтобы собирать грибы. -Показывают, какие из них неопасны,
как их нужно собирать и как готовить.
-Вообще-то интересно. -Это было так скучно.
Будь у нас хорошие отношения, мы бы завели там друзей.
Люди были ужасны.
Вроде была парочка нормальных.
А тот мужик, который делал так...
Его следовало бы казнить.
В общем, они учат тебя собирать грибы,
и тому, какие их них нельзя собирать.
И был один особенный гриб, нам сказали:
Если вы его съедите, то не умрете,
но вам будет очень плохо.
Если вы съедите этот гриб, у вас будут спазмы в животе,
будет сильная рвота, будет ужасная диарея,
и вы обмочитесь.
И мы подумали об одном и том же:
Я бы с радостью подкинула его тебе в фрикасе
и заставила страдать.
-Ну, да. -Я бы с радостью сорвала этот гриб
чтобы посмотреть как этот ублюдок лежит на полу,
обсирается, думая, что он умрет.
Так-то ты не хочешь.
Но мысль, что это может произойти, приятна.
Ага. А потом...
-Это произошло. -Ага.
Я отравился.
Да, он отравился.
Один из нас собрал не те грибы.
Они ведь чертовски похожи на хорошие.
Они были в моем фрикасе...
Просто ты готовил без меня.
Ты была слишком занята покупкой сраной помадки.
Для твоего странного друга Нейтана, который ее заказал,
и ты разозлился на меня за это, а затем ты просто надулся,
и приготовил всё сам назло.
Слушай...
Я думал, что умру.
-Он так думал. -Боль была невыносимой.
Он думал, что умрет.
Словно в теле что-то отмирает...
-Он был в порядке. -Я был при смерти.
Да, но не умер же.
Сказали же, что это не смертельно.
Скорая добиралась до нас полтора часа.
Это да. Добирались они долго. Было немного страшно.
Я держала его за руку.
Да, точно. Держала за руку.
Когда вы проживаете что-то подобное,
вы чувствуете ужасающий страх,
полную уверенность, что сегодня умрете...
-Повторюсь... -...И тот, с кем вы,
последний человек, кого вы увидите. Это сближает.
Когда вы проходите через что-то такое, это сближает.
И мы решили попробовать снова.
Самая большая ошибка в истории ошибок.
Потому что в этот краткий миг, окрыленные своей глупостью,
мы решили, что на самом деле нам нужен ребенок.
Не принимайте решений после таких инцидентов.
Или ситуаций, связанных со смертью.
Этот зародыш был не больше
пули, отправленной в голову,
прежде чем мы вспомнили, что ненавидим друг друга.
Всё остальное - дерьмовая история.
-И это история про грибы. -Арти, подойди.
Карантин не так уж плох.
-Нет. -Прошло две недели,
-и мы, кажется, справляемся. -Да.
-Но и приятным его не назвать. -Совсем нет.
Приходится видеть друг друга, проходить мимо по лестнице...
А все вокруг еще такие, блин, жизнерадостные.
Это просто ненормально. Вы вотсапп видели? Невыносимо.
Твиттер, Инстаграм. Невозможно зайти...
Мы все в одной лодке, мы справимся.
Я учусь играть на банджо.
Посмотрите, я связала шарф макраме из гребаных макарон.
Завязывайте уже.
Там было много всего,
и это помогло нам
не фокусироваться... не общаться и даже не замечать.
Притвориться, что другой...
-Не существует. -В коме или...
Мой бизнес, например, требует много времени.
-Расскажи про него. -Не начинай.
-Ну же. -Давай не будем...
-Никто этого не понимает. -Понимают.
Даже я не понимаю.
Это не так. Люди понимают, что я делаю.
-Давай, расскажи. -Ладно.
У меня консалтинговое агентство.
Мы анализируем данные
и ищем технологические решения для...
-Какие? -...для поставщиков линейного
онлайн-вещания, специализирующихся на экономии затрат.
Что сложного-то?
Когда мы начали встречаться,
и нас спрашивали о его бизнесе, а он говорил это,
я наклонялась к ним и говорила: Чем-то с компьютерами.
Это было смешно, лет сто назад.
Но нам пришлось многое свернуть. Слава богу, есть Риши.
Товарищ Риши.
Да правительство вмешалось.
-Это пандемия. -Инвестируя в компании.
Это пандемия.
Разве это не пункт политической программы Джереми Ко‎рбина
на прошлых выборах?
Так и есть. На прошлых выборах вы выступали
с мерами, которые которые были идеальны
для остановки экономики.
В 2008 году не было пандемии, когда банки...
Я не соглашался с теми мерами. Чёрт с этим.
Сильные тоже не застрахованы от неудач.
Это был бы социализм. Пусть слабые погибнут.
-Да, ты ведь не против подачек. -Это займы, женщина! Займы!
Моя компания никогда не была слабой.
Да, просто непонятная.
В любом случае, многое надо было уладить. Были займы,
возврат по больничным в рамках закона,
отсрочка по НДС, выплаты по увольнениям.
Для меня это было важно.
-У меня 12 работников. -Ты их уволил.
Я их не увольнял.
-Ты разослал им уведомления. -Я тут же отозвал,
когда узнал о пособиях.
Потому что государство платило им зарплату.
Я взял их обратно.
И платил 80% от зарплаты.
Таковы условия государства.
-Мог бы и свои добавить. -Я не идиот!
Тем временем, она всё еще выходит на работу.
Да, я работаю в благотворительной организации.
Мы как талибанская версия Врачей без границ.
Она спасает мир.
Работаю с беженцами.
Занимается важным делом. Я ей горжусь.
Немного горжусь.
Я координатор, так что...
По Европе. По всей Европе.
Работает не покладая рук.
Я не согласен с большинством беженцев,
-но некоторые из них... -Да.
Они ничем не отличаются.
Некоторые из их историй...
Ничем не отличаются...
Ты искренне сочувствуешь им.
Некоторые? О ком ты?
Они ничем не отличаются... Я даже не буду начинать.
Много всего произошло.
Домашнее обучение опять же...
И тут надо отдать ему должное, он в этом хорош.
Португальская колонизация Макао
и температура плавления свинца. Этими двумя
я особенно горжусь.
Он в этом хорош, это правда.
Арти такое обучение подходит, он не очень ладит с другими детьми.
Но он замечательный.
Он здесь? Конечно, он замечательный. Он славный.
Так и есть. Славный малый, правда.
Ты подарила мне хорошего сына.
Я родила его не для тебя, ублюдок!
А еще мама. Я, конечно, переживала.
Мы оба.
Что бы между нами не происходило, мне она нравится.
-Она тебя ненавидит. -Нет, любит.
Она ненавидит твои взгляды.
Хоть есть о чём поспорить.
Моя мама - убежденная коммунистка.
Старая школа, настоящая фанатка СССР.
Падение стены ее потрясло.
В 70-х была связана с Разгневанной бригадой.
Не была...
Те, кто хотел взорвать Телебашню?
По ее вине ресторан больше не вращается.
Она, возможно, прятала двух человек, которые могли быть замешаны,
долгое время.
Я застал ее за чтением Капитала Маркса
малышу Арти в колыбели. Она потрясающая.
Она совершенно независима.
Она долго не соглашалась на сиделок.
Она лишь напугана. Ее ноги уже не те, что раньше.
Страшно, когда ноги отказывают.
Никто не застрахован.
Мы общаемся каждый день.
Ее почки и глаза. Еще шея беспокоит.
Я не про горло.
Имею в виду мышцы, держащие голову.
Я спросил: Вы в порядке? А она... Дал ей обед, а она...
Срань господня, это пугает.
-В общем в тот день пришла сиделка. -Которая Мириам?
Мариама.
Сомалийка. Зову ее Мириам. Ей нравится.
Вообще-то нет!
-Но она хороша. -Она одна из лучших.
Вы в зуме, и ты видишь ее.
Да, и на ней этот самодельный козырек,
из пластика, прозрачный такой...
Как пластиковый пакет на резиночках.
А эта, блин, Мириам, лучшая.
Я спрашиваю ее о СИЗ, и она говорит,
что ей не дали дополнительных.
Вообще. Они делают халаты из мешков для мусора.
-Какого хрена происходит? -Мириам этим огорчена.
Она напугана. Боится за себя, боится за свою семью, клиентов.
А сколько автобусов ей нужно сменить?
-Три. -А сколько клиентов?
-Восемь. -Что за херня?
Я запаниковала. Я позвонила в управу,
врачу, на горячие линии,
но не получила ответа из-за всего происходящего.
Я хотел поехать и забрать ее.
Но не опасно ли это для нее?
Стоит ли кому-то поехать и остаться...
-А его как оставить? -Да.
Мы уже не знали что делать,
а ведь там смертоносный вирус,
а ты сидишь себе, пока твоя мама, мамочка...
И я подумала: Это конец? Моя мама умрет?
Моя мама правда умрет? Мы ужасно перепугались.
Но тут внезапно ее сестра неожиданно всё решает.
-Она очень помогла. -Из ниоткуда.
Что... странно, обычно она немного...
Эгоистична?
-Ну нет. -Пытается быть комиком.
Нет, выступать на сцене.
Попробуй пошутить. Может, кто-то посмеется.
-Но она всех спасла, это точно. -Да.
Она уговорила маму на тот пансионат.
Тот пансионат, помните?
Она уговорила маму поехать туда.
Отличное место. Не знаю как ей это удалось,
-но да. -Ага.
Она уговорила маму поехать туда, и ее приняли.
-Невероятно. -Да, потрясающе.
Ага. В одночасье. Кроме шуток. В одночасье.
Ага.
-Она ведь будет в безопасности? -Там? Да. Она будет защищена.
Анна? Анна, можешь зайти?
11 МАЯ, 2020 ГОДА
БАБУШКА, СКОРЕЕ ВЫЗДОРАВЛИВАЙ!
КОЛИЧЕСТВО ПОГИБШИХ ОТ КОРОНАВИРУСА В ВЕЛИКОБРИТАНИИ 32 065
Сегодня вечером собрал спаржу.
Никогда не делал этого раньше.
Мне не стоило делать это сейчас,
я посадил их пару месяцев назад.
А спаржу нужно оставлять на три года,
чтобы она прижилась, иначе она погибает.
По крайней мере, так говорит гугл.
Но я не смог устоять.
Я ведь вырастил ее своими руками и трудом.
Я не говорю, что я любитель выращивания овощей.
Дело совсем не в этом.
Просто много всего навалилось за этот год.
Я заказал семена... еще в начале февраля.
Не знаю зачем. Просто купил.
Это было, когда мы только ощутили начало всего этого,
происходившего в далеком Китае,
в том местечке, о котором никто не слышал.
Но все эти болезни, они ведь приходят и уходят.
Птичий грипп, Эбола, атипичная пневмония.
Вы не подумайте, я не говорю, что знал, что это произойдет.
Я не говорю, что собирался стать
кем-то вроде Гризли Адамса, скрывающемся в бомбоубежище.
Я просто хотел посадить пару растений.
Я думал об этом каждый год, но руки не доходили.
Это как выучить названия деревьев
или читать Ч. Диккенса. Зная, что это пойдет тебе на пользу.
Но никто этого не делает. Но в этом году,
из-за всего произошедшего...
Я реально этим занялся.
И вот я сажаю овощи, у меня чего только нет.
Морковка, кабачки, помидоры, огурцы.
Есть редиска, одна штучка, привезенная из Венесуэлы,
Не уверен, что это.
Ну и спаржа. В общем, вечером...
нам позвонили почти сразу после объявления
об окончании карантина. Джонатан, да?
Джонатан - медбрат отделения интенсивной терапии.
Просто отличный парень, замечательный.
Тяжело выразить, насколько хорош Джонатан.
И он - главный медбрат отделения интенсивной терапии,
присматривает за старушкой, потому что ковид просто
захватил это место.
Он бушует прямо в пансионате для престарелых.
Многие умерли, многие в больницах.
Как и старушка, ее госпитализировали, интубировали,
затем ИВЛ и кома. А Джонатан,
он звонит нам каждый день,
рассказывает нам всё. Всё.
Температуру, сердцебиение,
какой специалист ее осматривает,
когда ее переворачивают,
чтобы она могла дышать.
И когда у него есть минутка, что бывает редко,
уверяю вас, он говорит с ней.
Или подносит телефон к ее уху, чтобы мы поговорили.
Просто потрясающий парень, Джонатан. Славный.
Его точно не в чем винить. В общем, он позвонил нам вечером,
и этого звонка мы так боялись. Один из вас...
может приехать на 15 минут, чтобы попрощаться.
Трубку взяла она. На часах 6:30.
И я наблюдаю за ней, пока она говорит,
она кивает.
Джонатан на другом конце добивает ее.
И она вешает трубку и говорит мне,
просто как факт: Началось.
Джонатан сказал, один из нас может приехать на 15 минут, чтобы попрощаться,
и что нам повезло, потому что...
во многих местах этого не разрешают.
Она должна быть там в 8:45.
Она сказала это так просто, холодна, как лед.
Но я вижу, что внутри ее сердце просто сжалось,
как-то так.
Вот так.
В общем, в 8:45, я подумал: Время еще есть,
я соберу эту спаржу.
Так что я срезал ее и приготовил на пару,
посолил, поперчил, приготовил соус голландез.
Не очень просто, но выходит вкусно.
Мы сели вместе и съели спаржу.
И ей понравилось. Думаю, это помогло...
немного отвлечься.
Дело вот в чём,
я снова и снова об этом думаю,
пока сижу здесь и жду...
Если мне хватило даже намека в начале февраля,
чтобы зайти в интернет и купить семена спаржи...
Да и кто я такой, чёрт возьми?
Но если был малейший намек, что это произойдет еще тогда,
как люди, которые управляют этой страной...
Как люди, которые реально управляют этой страной...
Как получилось, что люди, которые реально управляют этой страной...
-Что ты делаешь? -Я просто...
я вношу ее температуру в таблицу.
Зачем? В плане...
Разве теперь есть смысл?
Нет, полагаю, что нет.
Что ты делаешь? Нет, не надо...
-Я думал тебя обнять или... -Нет.
Нет-нет, мне нужно самоизолироваться.
-Что, здесь? -Да.
Думаешь, нет?
Не знаю.
Как всё прошло?
Ну, она была без сознания.
И в больнице было странно. Было...
Было так пусто в местах, где обычно много людей.
Но ты понимаешь, вне поля зрения все...
-Джонатан был замечателен. -Джонатан славный.
Ага.
Он рассказал, как всё будет происходить.
Приходил специалист,
который установил, что это произойдет утром.
Но он сказал: Не волнуйтесь,
ведь он работает всю ночь
и позаботится, будет рядом, когда время придет.
Он сказал, что это то, что делает медперсонал.
Стараются не позволить людям умирать в одиночестве.
Ага.
Затем он показал, как надеть защитное снаряжение,
чтобы мне всё же было удобно,
и повел меня.
У меня было 15 минут.
Я потратила первые 10 минут на разговоры о дороге.
-Почему? -Дороги были такие пустые.
Да. И затем,10 минут спустя, он наклонился и сказал:
Скажите, что любите ее.
И я сказала, я сказала. Я только...
И тут из меня...
Вылилось просто всё.
Что именно?
Ну, что я люблю ее
и горжусь ею.
Что я очень благодарна за то, какой она была,
и за всё, что она сделала для меня,
и мне было так жаль, что я не сказала этого, когда она могла бы меня услышать.
Я люблю ее так сильно,
что моя жизнь уже полна боли без нее,
и я боюсь, что эта боль никогда не пройдет.
-Нет-нет-нет. -Ты не думаешь, что...
Ладно.
И я сказала ей, что Джонатан сказал мне не волноваться.
Я сказала, что я поговорила с ним,
и он обещал мне, что будет рядом, когда придет время.
Я сказала ей, что
он пообещал держать ее руку,
когда она уйдет. Так я сказала.
Я всё-таки хочу внести ее температуру в...
Давай. Хорошо.
Просто...
в этом ведь нет смысла, да?
Ну, смысла никогда не было, если от этого легче...
Ну раз нет смысла...
Ты сказала ей замечательные слова.
-Правда? -Да.
-Потому что я так не думаю. -Нет, это правда.
Ладно.
Хорошо.
Пока я ехала домой, мне позвонил Джонатан
-и сказал, что всё началось. -Нет, погоди. Нет.
-Да. -Нет.
-Они ведь обещали рано утром? -Да, но ей резко стало хуже,
поэтому всё началось тогда.
-Боже. -Да.
И она была одна.
-Но ведь рядом был Джонатан. -Нет.
-Он же должен был... -Джонатана не было рядом.
У него был еще один пациент,
который умирал в тот же момент, и у него никого не было...
Он сказал, что мама хотя бы была со мной по фейс-тайму...
Боже мой.
И я умоляла его...
Я умоляла его не уходить. Я сказала:
Прошу, не оставляй мою маму умирать в одиночестве. Он извинился.
А я говорила...
Я говорила: Прошу. Он сказал, ему жаль, что пришлось выбирать.
И это так. Ему пришлось выбирать.
Ему пришлось.
Поэтому он просто...
Он положил телефон на подлокотник кровати.
И я сидела на обочине, на кольцевой дороге
с включенным фейс-таймом.
Я просто сидела и смотрела, как мама умирает,
и слышала как Джонатан по ту сторону шторки
говорит мужчине, которого я не знаю,
что он рядом и никуда не уйдет.
Так что мама умерла в одиночестве.
2 ДЕКАБРЯ 2020 ГОДА
ВЕЛИКОБРИТАНИЯ - ПЕРВАЯ СТРАНА В ЕВРОПЕ, ОДОБРИВШАЯ ВАКЦИНУ PFIZER
...Ледяной ветер стонал
Земля застыла, как железо...
КОЛИЧЕСТВО ПОГИБШИХ ОТ КОРОНАВИРУСА В ВЕЛИКОБРИТАНИИ 59 699
Вода, как камень
Падал снег, снег ложился на снег
Снег ложился на снег
В разгар суровой зимы
Давным-давно
Господь наш, небеса не могут Удержать Его
И слишком много для Земли
-В общем, мы стали заниматься сексом. -Да.
-Что... -И для нас это такой же сюрприз,
-как и для вас. -Точно.
-Неожиданно. -Не то слово.
-Ни за что. -Я и не думал совсем.
Последний человек на Земле? Приму обет безбрачия.
-Да, но... -Мы стали...
Мы стали заниматься сексом и...
-И было довольно... -Да, это было...
Как это было?
-Было хорошо. -Да, было хорошо!
Очень даже хорошо, совсем неожиданно.
Но вообще, оглядываясь назад,
-секс всегда был хорош. -Ага.
-Но мы не какие-то... -Нет-нет.
Мы не какие-то, блин, суперособенные...
Нет! Мы не какие-то суперособенные,
-чемпионы. -У кого есть на это время?
-Не, но у нас были свои фишки... -Ага.
-Не то, что мы были... -В прошлом.
Было весело, было у-ля-ля.
Мы неплохо друг другу подходили.
Мы оба очень...
Мы были...
-Мы очень стабильные. -Быстрые.
-Да, быстрые, да. -Да?
Обе стороны довольно быстры в сексе.
-Не в плохом... -Нет...
-Нет-нет. -Нет.
Мы знаем, к чему идем, не болтаемся без дела.
Мы не в восторге от всей этой суеты.
И никто из нас не тянет
на Пола Уэллера... Понимаешь, о чём я?
Но в то же время это не бам-бам.
-Нет. Нет-нет-нет. -Нет-нет. Не преждевременно...
-Нет же? -Нет-нет.
Нам обоим удается достичь того, чего мы хотим...
-И быстро. -...живо. Да.
Излишне говорить, что это совершенно сбило нас с толку.
-Неожиданно. -Да, мы думаем, что поняли
причину, но это всё равно нелогично.
-Нет. -Не особо.
Вы не поймете, но вот в чём дело.
Всё началось в конце первого карантина.
Это была ночь маминых похорон.
Честно говоря, это был странный день.
Что ж похороны, я похоронил обоих родителей,
и есть много того, что тебе нужно организовать.
Люди приходят, чтобы выразить свое почтение, цветы,
песни, кейтеринг, выбор гроба, выбор рисунка на нём.
И всё это может показаться очень раздражающим, но это хорошо.
Ведь всё это отвлекает вас от вашей потери.
Боже, помню на похоронах отца
был большой, высокий заядлый курильщик.
Он подходит ко мне и...
берет мою руку в свои большие ладони и говорит:
Он был последним из великих, твой отец.
Когда он ушел, веселье покинуло это место.
Я любил его.
И я думаю, что в такие моменты...
Вы узнаете то, чего не знали о человеке,
о котором, казалось, вы знали всё, и это отвлекает.
Но ничего этого нет на ковидных похоронах.
На ковидных похоронах пять человек. Пять.
Кейтеринг для них не организуешь.
Ты выбираешь гроб онлайн, типа: Вон тот, с теми ручками.
Никаких незнакомцев, приходящих к двери.
Никто не присылает цветы. Их же не помоешь,
-прежде чем внести. -На ковидных похоронах не поют.
Никаких песен...
Незнакомцы не хватают тебя за руки, говоря,
-что твой отец на самом деле... -Погоди, слушай...
-Можно кое-что скажу? -Да.
Только не смотри на меня странно...
Я же не в курсе, что ты собираешься сказать.
Ну...
Мне понравились похороны.
Я не должна так говорить,
потому что другим людям так от этого больно,
так мучительно, ведь у них нет такой возможности,
но для меня...
Для меня это было...
Идеально.
Ведь не нужно было беспокоиться о кейтеринге, никаких цветов.
Никто не стучит к тебе в дверь, не сует свой нос,
ты не переживаешь, что гроб должен показывать,
насколько ты любишь похороненного человека, никаких песен.
Есть только ты и человек, которого ты хоронишь.
Ничто не отвлекает тебя от боли твоей потери,
и мне это понравилось.
Мне чертовски понравились эти похороны.
Мне тоже чертовски понравились эти похороны.
-Правда? -Да.
Тогда почему ты был...
Потому что ты такая...
Да, но я была в восторге!
Ну, не в восторге, ведь моя мама умерла, но...
Естественно, но я так скажу,
тот курящий здоровяк с похорон,
который подошел и наговорил всего про отца, испортил мне год.
Зачем мне, что человек, которого я считал ублюдком
на протяжении десятилетий, на самом деле Майкл Макинтайр.
Мне тяжело что-то сказать, потому что...
-Ты ведь не можешь? -Нет.
Не принято радоваться ковидным похоронам.
Нет. А когда мы вернулись домой, мы просто разговорились насчет Арти...
Блин, Арти... Он...
-Он был расстроен. -Он хотел увидеть тело.
-Он любил бабушку. -И он хотел потрогать ее.
Ну и что?
Я тоже хотела, это нормально.
-И попробовать. -Не говори так, будто он каннибал.
Я этого не говорю.
Он не хотел его тушить. Он хотел узнать, правда ли мертвое тело.
-Что? -... на вкус как живое.
И это нормально? Совершенно нормально.
Чертовски любопытный ребенок.
В общем, после похорон
мы пришли домой, говорили про Артура,
заварили чай, поели сыра,
и не успели мы осознать, как у нас случился секс.
Стоит рассказать подробности?
-Нет, не нужно... -Ну ладно.
Стоит сказать, что у одного из нас был оргазм.
-Не стоило, зачем? -Подумал, им нужно...
Зачем ты это сказал?
Вот и всё, один раз. Мы списали всё на день, обстоятельства.
-Такого больше не было. -Боже, нет. Закончили.
-Что там по телеку? -Ага.
А потом жизнь после изоляции устаканилась, и мы забыли об этом.
Всё начало меняться, ты встречаешь людей,
-ходишь в рестораны... -Они еще
и поощряют тебя за это.
Да, и несмотря на это, секса не было.
-Нет-нет. -Ни разу.
Малыш Арти вернулся в школу.
Потом снова ушел, кто-то из детей заразился.
Снова пошел, а затем домой, а потом опять назад.
Он болтался туда-сюда, как йо-йо.
В общем, у нас было пространство, чтобы этим заняться,
если б мы хотели. Но мы ведь не хотели?
Нет. Я работала, была занята.
Потом пришло лето, затем осень.
И, казалось, что люди забыли, что мы живем в стране,
которая держится на скотче и шнурках,
и на тех, кто не может работать из дома,
с дерьмовой работой и ужасной зарплатой, кто должен обслуживать нас.
-Осторожно, товарищ. -Отвали.
Мир всё еще борьба за выживание.
У меня идея. Хватит жрать сраные наггетсы.
-Вот и он. -В общем,
всё это время мы вообще не думали о сексе.
Даже тогда, когда начался карантин перед Рождеством.
Мы всё еще не занимаемся этим.
Нет-нет, ни за что.
Нет, а затем они сообщают, что найдена вакцина.
И вот тут мы начинаем трахаться, как подростки.
Честно, не знаю почему.
Всё спровоцировала эта новость?
Это феномен карантина?
У кого-то еще так было?
Может, с вакциной дела станут лучше.
-Может, у тебя. -О чём ты?
Они вряд ли будут вакцинировать беженцев в ближайшее время.
Мы опять включили добродетель.
Нет, богатые страны будут их использовать.
-Внимание, здесь хороший человек. -Отвали.
Вопрос жизни и смерти не должен быть про прибыль.
Всё с этим связано.
И прибыль - это не что-то плохое.
Как они сделали вакцину? Использовали деньги.
Я точно знаю, что ты получишь свою вакцину
намного раньше, чем работник из Сьерра-Леоне,
а чем ты занимаешься?
Хоть завтра за вакциной, если б мог.
Я знаю. Побежал бы со своим набитым кошельком...
Точно, и глазом не моргнул бы.
Дважды, трижды, каждые выходные.
-Почему я занимаюсь с тобой сексом? -Не знаю. В том-то и дело.
Мы занимались этим утром на кухне.
На посудомойке, просто непостижимо.
-Зачем ты... -О чём ты?
Мы слишком многим делимся.
Чёрт, правда. Мне очень жаль.
-Не надо рассказывать... -Нет.
-... всё подряд. -Да, всю подноготную.
-Боже, что за... -Прости.
Сколько тебе лет?
-А тебе сколько? -Ну ты...
Но это не значит, что мы вдруг стали...
Нет! Нет.
-Такими влюбленными... -Нет!
-Совсем нет. -...голубками.
Чёрт, нет, нет и нет.
Только физический контакт. Физический. Просто договоренность.
-Ага. -Да.
-Да. Ведь так? -Конечно! Да.
Это не значит, что мы...
-Ну уж нет. Чёрт. -...влюблены или...
Боже.
-...бежим по полю... -Хватит.
Держимся блин за ручки, заплетаем друг другу косички
-и трахаемся... -Всё еще противно.
И от ее вида всё еще хочется застрелиться.
Я точно не... Ведь так?
Думаю, возможно, правда в том,
что я всё еще переживаю смерть мамы,
и, может, вакцина что-то спровоцировала.
Даже мысль о том, что если бы она...
Что будь она у нее...
Вся эта несправедливость, как это бессмысленно.
Физический контакт между нами,
-кажется, помог. -Да.
-И мне тоже. -И тебе?
Думаю, да. Я думаю, что секс помог.
Да, секс,
но дело не только в сексе, а в контакте...
Дело в нём. В контакте.
Но и секс тоже, честно говоря, мне, по крайней мере.
Но не только новость о вакцине заставила меня задуматься.
В этом тяжело признаться,
но у меня смешанные чувства к сестре.
Я будто смог успокоиться.
И она чувствует себя ужасно, просто...
Просто отвратительно.
И мне стоило ей посочувствовать,
но я только злюсь. Во мне столько злости.
Я стал более расслабленным.
И я ненавижу себя за это.
-Но если честно... -Прочистить трубы.
-Чего? -Что?
-Что ты сейчас сказал? -Нет, я просто...
-Бога ради! -...пошутил.
-Прочистить трубы? -Я пошутил.
-Не шути. -Прости.
Да что с тобой?
-Я же извинился. -Ты всегда так!
Клянусь, мне жаль. Я не всегда такой.
Стоит мне только подумать...
-Только я начинаю... -Что подумать?
Не уходи.
Не уходи!
Ее потрясло это.
Со стороны не видно,
но там внутри...
скорбь.
23 ФЕВРАЛЯ 2021 ГОДА
ПОЛНОСТЬЮ ВАКЦИНИРОВАНЫ В ВЕЛИКОБРИТАНИИ 669 105
Нам следует извиниться перед народом.
Нам очень жаль.
Мы живем...
КОЛИЧЕСТВО ПОГИБШИХ ОТ КОРОНАВИРУСА В ВЕЛИКОБРИТАНИИ 121 305
Не могу избавиться от чувства, что моя мама не умерла, а была убита.
Проблема в том, что люди не понимают слово экспоненциальный.
Думают, это значит сильно или быстро.
Его видят по ТВ
или в глупых фантастических фильмах.
Боже, число пришельцев растет экспоненциально,
и думают: О, это много.
Но стоит потратить время и понять
математику экспоненциального роста.
В общем...
Начинаем с единицы и удваиваем ее каждые три дня.
Вы удваиваете ее каждые три дня.
И к концу недели у вас будет четыре.
Один превратился в четыре за неделю.
К концу второй недели будет 16.
К концу третьей недели будет 128.
А к концу месяца будет 512.
Всего за четыре недели.
Это намного больше, чем один,
но всё же не очень.
Но если продолжать,
на пятой неделе будет 2 048.
На шестой будет 8 192.
На седьмой...
На седьмой будет 65 536.
На восьмой будет 262 144.
И когда пройдет еще неделя,
чертовски близко к
к двум календарным месяцам с момента начала,
будет 1 048 576.
Так что разница между началом
и концом первой недели - четыре.
А разница между началом
и концом девятой недели
равна 786 432.
Одинаковое число дней, огромная разница в числах.
Это, кстати, не иллюстрация коронавируса.
На самом деле произошло не это.
Мы не дождались девяти недель до первого карантина...
Много людей привезли эту болезнь.
Было где-то 1 300 нулевых пациентов.
И это я не учитывала
меры по борьбе с вирусом до карантина.
Наблюдение и отслеживание поведения.
На самом деле всё было гораздо сложнее, чем я показала.
Я лишь проиллюстрировала слово экспоненциальный.
И оно не значит быстро.
Оно означает...
Это означает, что время имеет значение.
Если бы мы ввели карантин неделей раньше,
всего неделей,
мы могли бы спасти 20 000 жизней.
Так что слово экспоненциальный не было понято.
Но я только что объяснила его вам...
Я объяснила вам за одну минуту,
тридцать четыре секунды... И вы поняли.
Да? Это не так трудно, правда?
В январе 2020 года Альянс поставщиков медицинских услуг
связался с Департаментом здравоохранения и социальной защиты и сказал:
Что нам делать с этим новым коронавирусом?
И им сказали: Ничего. Не надо ничего выдумывать.
И они спросили неделей позже:
Что нам теперь делать?
Следует ли нам самоизолироваться? Ввести ограничения на посещение
семьи и друзей?
Стоит ли нам носить маски?
И на этот раз им не сказали: Ничего.
В этот раз им сказали...
В этот раз им ничего не сказали.
Ну им вообще ничего не сказали в этот раз.
И только месяц спустя
им дали указания.
Был уже конец февраля,
и указанием было...
Вам не нужно носить маски,
и очень маловероятно, что люди, получающие помощь
в пансионатах, заразятся.
Повторюсь.
Совет Департамента здравоохранения и социальной защиты:
Очень маловероятно, что люди, получающие помощь
в пансионатах, заразятся.
Вы можете это посмотреть в интернете. Там есть ссылки.
Это за неделю до того, как наш премьер-министр ходил
и хвастался, что пожимал руки больным коронавирусом.
А затем Имперский колледж заявил,
что если ничего не делать,
вирус может убить полмиллиона человек.
И правительство такое: Ой, чёрт, правда?
Вот дерьмо. Чёрт побери.
И тут начинается паника.
Больницы будут переполнены,
всё будет как в Италии. О Боже, только не как в Италии!
И министры приказали освободить 15 000 больничных коек
и дали указание больницам - сделать это
менее чем за три часа.
Поэтому пациентов забирали из больниц
и бросали в пансионатах,
и их не проверяли, потому что...
Вновь процитирую:
За больными ковидом могут безопасно ухаживать в пансионатах.
Так что пока система здравоохранения...
Так бурно обсуждалась нагрузка на систему здравоохранения,
и пока тот факт, что не было...
...было недостаточно СИЗ для людей, также бурно обсуждался,
пансионаты почти ничем не обеспечивали.
Им давали жалкие крохи, а цены всё взлетали.
И некоторые местные власти угрожали забрать деньги
у пансионатов, если они не примут больных с подтвержденным ковидом.
Так что их отправляли туда как биологическое оружие.
Они были как простыни, пропитанные оспой.
В первый карантин объявили, что 40%
умерших от коронавируса были из пансионатов. 40%.
Так что я не могу перестать думать,
что мою мать убили. Не машиной,
не пистолетом, не ножом, не битой, и даже не вирусом.
Ее убили глупостью.
Она была убита идиотизмом.
Убита кем-то, кто видел надвигающуюся
на полной скорости опасность и просто решил:
О, давайте просто продолжим?
Чем-то напоминает Дюнкерк, понимаете?
Что-то в духе: Вперед, старина.
И моя мама...
-Моя мама... -Эй.
Думаю...
Думаю, это всё.
-Ты... -Нет?
-Ты выпустила пар... -Ты помнишь...
Когда мы должны были изолироваться...
Мы должны были изолироваться, но не сделали этого.
Они пришли и сказали: Не ходите в клубы и бары
или рестораны,
если только вам сильно не приспичило.
И это произошло, когда Испания и Франция,
Литва и Малайзия уже изолировались.
Ага.
Это всё...
Это всё?
Не в смысле: Это всё, на что ты способна? Я просто спрашиваю.
Если есть что-то еще, ты можешь сказать.
А, да. Прости, нет.
Нет, это всё.
Ты в порядке?
Нет, если честно, не особо.
Мне кажется, будто что-то во мне меняется,
как будто я погружаюсь во тьму.
Понял. Чёрт.
Почему бы нам не подумать о хорошем?
Хорошем?
Да, почему бы не закончить на позитивной ноте?
-Что хорошего? -Не знаю...
-Что насчет Артура? -Ладно. Что насчет Артура?
На днях он рассказал одну интересную вещь.
Он очень умен, правда.
Есть теория эволюции: люди как добыча.
Что звучит немного неважно, просто послушайте.
В общем, есть теория эволюции, которая гласит, что
очень давно жили
ранние гоминиды, они были отличными охотниками,
но они оказались добычей, которая помогла нашему развитию.
И Артур сказал, что это происходит и сейчас.
Он говорил, что в Танзании львы съедают по 50 человек в год.
И что в одной деревне
леопард вот так встает из высокой травы,
и когда люди бегут, охотясь за ним,
он заходит со спины и съедает пару детей, оставшихся позади.
-Это мрачно. -Подумал об этом, пока говорил. Мрачно.
-Может, что-то другое. -Да.
-Приходит что-то в голову? -Мне?
Да.
О, Брексит, он свершился...
Давай лучше... отбросим это в сторону?
О, я просто...
Твоя компания.
-Моя компания развалилась. -Да.
-Но ты же этому рад, да? -Не говори так перед...
-Я уволил людей. -Я не это имела в виду...
Я не рад. Мне пришлось уволить людей,
я потерял работу и прибыль от нее. Я не рад этому.
-Оптимистичен. Я оптимистично настроен. -И я об этом.
Я имела в виду оптимистично.
-Дурацкая была идея... -Нет, не дурацкая!
Нет, хорошая. Мне нравится.
-Правда? -Да.
Да.
Мариама.
Мириам, мамина сиделка, она всё еще держится.
-Что в этом хорошего? -Она пока не умерла от коронавируса.
Мы ведь не говорили им, что она им заразилась.
Чёрт! Да, она серьезно заболела. Очень сильно.
Но она пока от него не умерла, и это хорошо. Что за херня!
-Я пытаюсь... -Нам нужно лучше постараться.
-Почему бы тебе... -Почему бы нам не пожениться?
-Что? -Ну знаешь, давай, блин...
Блин...
Ну так давай, блин, поженимся тогда.
-Ты делаешь мне предложение? -Ага.
-Вообще-то да. -Ясно.
И твое предложение: Давай, блин, поженимся тогда?
Не Пушкин, ты права.
Ты предлагаешь сказать что-то хорошее?
Нет.
Совсем нет. Нет.
Может, отчасти. Я не знаю.
Дело вот в чём: мы уже прошли через всё это.
И мы - ты и я - всё еще здесь.
Вау!
Это самое романтичное, что мне когда-либо говорили.
-Ты это в песне услышал? -Я много об этом думал.
И я считаю, и я не знаю как, но всё же я
-вроде тебя люблю. -Вроде?
Я люблю тебя. Чертовски люблю тебя.
И я знаю, что это не имеет смысла, ведь я еще тебя ненавижу.
Я так долго ненавидел тебя, что больше уже не могу.
Мне кажется, что мы как-то оказались
в ситуации, когда любовь живет вопреки ненависти.
Любовь живет вопреки ненависти. Немногие так могут.
Это что-то особенное.
Уникальное.
Такое утонченное.
И чертовски красивое.
Так что да, думаю, нам стоит,
блин, пожениться.
Я просто думаю...
Думаю, в моём ментальном состоянии
во мне столько злости и ненависти...
-Неподходящее время. -Прости.
Я всё понимаю.
-Но если бы мы... -Не волнуйся.
Если бы мы забыли об этом и собрались сделать это...
Нам нужно сделать это
под знаменем эгиды абсолютной честности.
Точно. Что это значит?
Ладно.
Так.
Это я.
Те грибы.
Я собрала грибы, и я думаю, что знаю, что собрала их, и...
я знала, что делаю, и хотела причинить тебе боль.
И потом я осталась с тобой, потому что ты отравился.
А потом появился Артур, и тогда мы просто...
застряли...
вместе.
Я знаю.
Что?
Я знаю.
-Знаешь, что я собрала грибы? -Нет.
Знаю, что ты думаешь, что собрала грибы.
Но ты их не собирала, это сделал я.
Ты вела себя просто ужасно.
И я увидел грибы и подумал:
Интересно, каково будет добавить их ей в фрикасе
и посмотреть, как она...
Остальное ты знаешь, уже говорили.
Но ты съел их.
Да, я забыл, что собрал их.
Ясно.
-Ты собирался отравить меня? -Да.
-Ты собиралась отравить меня. -Я просто фантазировала об этом.
-Какая разница? -Разница в отравлении!
Но ведь я отравился.
И давай не называть это отравлением.
Это ж не убивает. Тебе просто ужасно больно.
Ты хотел причинить мне боль? Ты хотел этого так сильно?
Ага.
Почему?
А ты как думаешь?
Ты ходишь с видом: Я такой хороший человек.
Посмотрите только, что я делаю для своих собратьев.
Но ты каждый день ужасно обращаешься со мной.
Но ты относишься ко мне так же.
Но я тебя не презираю.
Иногда я просто ненавижу тебя, но не презираю.
Это нечестно.
А что честно? Ты ведь просила честности, так?
Ты смотришь на меня свысока, всегда смотрела.
Ты нехороший человек. Ты просто хочешь казаться хорошим человеком.
Причина, по которой ты всё это время думала, что отравила меня,
в том, что ты способна сделать со мной вещи и похуже.
Я хотя бы знаю, когда веду себя дерьмово, а ты дерьмовый человек,
который не чувствует свою вонь!
Слушай,
я немного переборщил, но давай сосредоточимся на том,
что это началось с предложения.
23 МАРТА 2021 ГОДА
ГОД СО ДНЯ ПЕРВОГО КАРАНТИНА
КОЛИЧЕСТВО ПОГИБШИХ ОТ КОРОНАВИРУСА В ВЕЛИКОБРИТАНИИ 126 284
В ВЕЛИКОБРИТАНИИ ПОЛНОСТЬЮ ВАКЦИНИРОВАНО 2 532 839 ЧЕЛОВЕК
Помните Нейтана?
Того, что просил помадку из Нью-Фореста?
Нейтан отлично умеет заставлять других делать для него что-то.
Отсюда и помадка.
И сейчас он помогает вакцинироваться тем,
чья очередь не пришла.
Он ведет тебя туда, прям перед закрытием,
и он просит, когда остается всего пара вакцин,
не выбрасывать их, а отдать их ему.
Ему всегда отвечают нет, мягко выражаясь.
И, кстати, не он один пытается так делать.
Там есть много других,
кто пытается вакцинироваться вне очереди.
Но у Нейтана есть секретное оружие.
Он знает, что за пару минут до закрытия,
когда у них остается пара вакцин...
Ну кто из медиков захочет их выбрасывать?
Они выйдут и отдадут их.
Но если они видят человек 10, ждущих две вакцины,
они часто спрашивают:
Есть здесь те, кто ухаживает за уязвимыми?
Проходит секунда, и все сидят молча.
Никто из них этого не делает. Настоящие сиделки вакцинируются в другом месте.
Проходит вторая секунда, и все начинают соображать.
Затем третья секунда, и самый умный,
и вместе с тем самый дерьмовый человек,
понимает, что для вакцинации нужна одна маленькая ложь.
И уже на четвертую секунду
все начинают поднимать руки со словами: Я врач, Нет, я врач.
Так вот что делает Нейтан.
Он рассказывает об этом. Говорит:
Как только вам задают вопрос, поднимайте руку,
выдавайте свою ложь, заходите в здание, и получите, за чем вы пришли.
Это законно, но ужасно скользко.
И когда я узнал, что она
говорит с Нейтаном...
отношения между нами были не очень с момента разговора о грибах.
Весь этот месяц...
Ее работа, так, ее работа... Она постоянно работает сверхурочно.
И я всегда говорю ей: Пусть платят за это, это же не благотворительность.
Что смешно, потому что она самая.
И она обычно сидит там до 19:00, 20:00, 21:00 часов.
Но теперь в 17:00 часов и, бум, она отключает зум.
Прям посреди встречи, бум, отключает зум.
В середине предложения, бум, отключает зум.
Она не перезванивает сестре.
Когда я спросил почему, она сказала: Я больше не хочу
тратить свою жизнь на других людей.
Она даже не ругается со мной. Просто выходит из комнаты.
Единственный человек, с кем она проводит время - малыш Арти,
и даже тогда я иногда вижу, как она смотрит на него, когда играет с ним,
я знаю, она думает: Все эти годы..., понимаете?
Идешь наверх?
Всё это странно на мне отразилось. Это и развал моей компании.
Я раньше думал, что ты теряешь работу
и находишь новую.
Ты падаешь и поднимаешься вновь.
Но я не могу подняться,
понимаете, о чём я?
Я грызу ногти.
Всё время заказываю доставку фруктов.
А вчера плакал в ванной.
В ванной.
Я никогда не плачу, но ванная?
Сраный стыд. Так что можно с уверенностью сказать,
что я немного не в себе сейчас.
Она пошла сделать сами знаете что с Нейтаном,
и я подумал: Надо отвлечься, занять себя чем-то.
Поэтому сегодня я готовлю кацу-карри. Купил все ингредиенты.
Купил их в том самом магазине на углу.
Я не бывал там со времен первого карантина.
Всё так изменилось.
Везде санитайзеры, маски.
Последний раз, когда я был там, всё было пусто.
Было похоже на фильм-апокалипсис. А теперь там полно продуктов,
и всё выглядит так шикарно.
И клиенты ходят как ни в чём ни бывало.
И я вижу одного парня, боже, какой засранец.
Лет двадцати, спортивный костюм,
в наушниках,
покупки в корзине, без маски. Совсем.
Я смотрю вокруг, и его никто не останавливает.
Этому парню просто насрать.
В общем, он стоит в отделе выпечки, вот так,
напротив него хлеб.
А ниже стоит женщина.
В униформе, и раскладывает лаваш, а он стоит над ней вот так.
А я думаю: Ты слишком близко стоишь. Что не так с тобой?
Ты что не понимаешь?
Ведь у нее нет выбора, ей нужно там быть.
А этот парень, он... решает:
Я возьму булочку с грецким орехом. Ему ведь она так нужна.
Он, видимо, умрет, если ее не съест.
В общем, он наклоняется.
Он наклоняется, вот так... Чёрт.
Вот так, близко к ней. А она вот здесь:
Боже, что это? Кто это? Она же чувствует.
Потому что это близко, даже в обычное время почти что неподобающе,
но теперь, еще и без маски...
Чтоб меня. Этот парень, он такой... Засовывает руку,
лицо прям здесь.
Достает булочку с грецким орехом, щупает ее.
Нет, лучше ту.
Кладет ее обратно, тянется за другой. А она здесь, дышит. Достает:
О, отлично.
И он убегает. А я, блин...
я, мать вашу, просто в бешенстве, закипаю.
Столько всего в голове, что я оказываюсь около этой женщины,
потому что хочу сказать ей что-нибудь.
И это она.
Та, на которую я накричал. Которую я унизил.
У нее на лице маска, но я ее узнал.
Она знает, что это я. И она просто спрашивает:
Чем могу вам помочь?
И я остолбенел.
Пока, наконец, не сказал:
Мне жаль.
Мне так жаль.
А она: За что вы извиняетесь?
И я не могу сказать, я просто не могу.
Поэтому вместо этого я говорю: Спасибо вам за это.
За всё. За всё, что вы делаете.
Что помогаете нам. За то, что рискуете,
-и за то, кто вы. -А она: Кто я, сэр?
И я говорю: Вы герой.
Вы герой.
Она говорит: Мне просто нужна работа, сэр.
К тому моменту я почти плачу, ну, не взаправду, а внутри.
И я хочу дать что-то этой женщине, поэтому говорю:
Всё изменится. А она: Что изменится?
И я говорю: Мир.
Люди, как вы, будут цениться.
Мы не вернемся к тому, откуда пришли. Не будем ценить не те вещи
типа директоров, журналов и влиятельных брендов,
людей, чьи профессии неважны. Она говорит: Таких, как вы?
Да. Да, таких, как я.
Всё изменится.
Мы будем помнить.
Она отвечает: Нет, вы забудете. И мир не изменится.
Я не знаю, что сказать, ведь она, может быть, права.
Я знаю, что она права.
Она говорит: Могу я еще чем-то вам помочь?
И я хочу сказать что-то значимое.
Хочу сказать хоть что-то значимое
и хочу сказать это ей, сейчас.
Но единственное, что имело значение в моей жизни, ушло.
Поэтому я просто покачал головой.
И она продолжает раскладывать лаваш
и тихо спасать наши жизни за минимальную зарплату.
СПАСИБО ВАМ ЗА СЛУЖБУ
-Я не дерьмовый человек... -Я знаю.
-Я вспылил... -Всё время.
Я не всё время дерьмовый человек.
Но иногда да.
И ты не хороший человек.
Ну, большую часть времени
совсем не хороший.
-Но иногда бывает. -Спасибо и на этом.
Мне нужно изменить...
Я думала об этом, и мне нужно изменить...
Люди говорят: Когда мы вернемся к нормальной жизни,
Скоро всё образуется. Я не хочу возвращаться к нормальной жизни.
Вообще не хочу. Что такого замечательного в том, что было раньше?
Мы грыземся друг с другом.
Все грызутся друг с другом из-за всяких мелочей, постоянно.
И мне нужно что-то в корне изменить.
Понимаешь?
Ага.
Да, думаю, да.
Мне хочется новой жизни.
Я не могу вернуться к прошлой, правда.
А для этого мне нужно кардинально измениться.
Нет, всё в порядке. В полном порядке.
Я всё понимаю. Абсолютно.
-Ты что, плачешь? -Я не плачу.
-Да не плачу я! -Ты плачешь. Почему...
Нет, я не... А ты как думаешь? Я разбит!
Конечно, я буду плакать.
То, что мы делаем, для меня ничего не значит.
И я это понимаю.
Может, это самое разумное из наших решений.
И нам стоило сделать это давно, но я же не снежная королева
-с ледяным сердцем. -Зачем ты надел куртку Арти?
Твою мать!
Слушай, давай расстанемся.
Я согласен, но мне очень больно.
И я, блин, буду плакать,
а ты будешь на это смотреть.
Мы не расстаемся.
Что?
-С чего ты это взял? -Ты сейчас сказала...
-Я такого не говорила. -Что ты тогда сказала?
Я сказала: Давай не будем жениться.
-Вот и нет. -Только и всего.
-Я сказала: Давай не будем женимся. -Вот и нет.
Ты вообще не говорила о браке. Ничего подобного ты не говорила.
Разве?
-Я это подразумевала. -Подразумевала?
Я имела в виду, давай не будем...
давай не будем жениться. Я не хотела сказать: Давай расстанемся.
Я имела в виду давай не жениться. Что ты ты себе надумал?
Что с тобой происходит?
Ты что, насмотрелся Бриджертонов или что?
Я лишь... я говорю:Давай будем вместе.
Да? Только по-нормальному!
Если это возможно.
Все постоянно злятся друг на друга,
но мы все одинаковые.
Мы все носим одну одежду, едим ту же еду,
слушаем одинаковую музыку, пьем те же самые напитки,
смотрим те же передачи.
Вся человеческая раса
несется навстречу друг другу,
крича: Отвали блин от меня! Я так больше не могу.
-Я не... Не после всего случившегося. -Эй, малыш. Ты в порядке?
Умничка. Идешь играть? Ужин будет готов через 10 минут.
Кацу-карри с баклажанами, твои любимые.
-Нашел рецепт маринада онлайн... -Я не люблю баклажаны.
-Что? -Что?
Я не люблю баклажаны.
Фантастика!
Фантастика. Я просто выброшу всё это в мусорку.
Твою мать.
Прощайте, баклажаны. Здравствуй, картошка фри.
В саду мертвый попугай.
-Мертвый попугай? -Да.
-В нашем саду? -Ага.
Ты уверен, что это попугай? У нас тут не водятся попугаи.
Можно его принести?
Нет-нет, малыш. Лучше оставить его там.
-Посмотрю, как он разлагается. -Да.
Или можешь выбросить его в кусты, лисы его съедят.
Тоже вариант.
-Вы в порядке? -Да.
Ага.
-Всё отлично. -Ага
Всё просто супер.
Эй.
Поиграешь во дворе, малыш? Недолго, хорошо?
Я не презираю тебя.
Ужасно такое говорить.
Я не вакцинировалась.
-Что? -Нет.
Но как... Ладно.
Ладно.
Всё из-за твоего глупого, унылого лица.
Ты дулся неделями с тех пор, как узнал.
Кто ты такой, чтоб судить меня?
Я была там с Нейтаном, и я была готова,
и выходит парень и говорит: Есть те, кто ухаживает за уязвимыми?
И твое глупое, унылое лицо всплыло в моей голове, и я ушла.
Я ушла, потому что переживала, что ты обо мне подумаешь.
Из-за меня?
То, что я к тебе чувствую,
это так странно,
это приводит в бешенство и раздражает,
а иногда правда удручает, но это вроде любовь.
Ты пытаешься сказать, что любишь меня?
Нет, я пытаюсь сказать, что я вроде люблю тебя.
Я просто спрашиваю: Этого достаточно?
Хочешь пойти посмотреть на мертвого попугая?
Ага.
Да, вообще-то хочу.
Перевод: Лидия Д